Туи Сазерленд – Пламя надежды (страница 8)

Атаковавший Вихря солдат вдруг пошатнулся, будто что-то тяжёлое врезалось ему в бок. С рёвом вскинул лапы и полоснул когтями воздух, в котором тут же блеснули кровавые брызги. Хвост ядожала вспыхнул, объятый пламенем, прилетевшим из пустоты, и солдат с громким плеском рухнул в полосу прибоя.

Песчаный тем временем вновь устремился в толпу вокруг Цунами, плюя направо и налево уже собственным огнём. Луния с изумлением заметила, что выброшенные на берег водоросли шевелятся будто сами по себе, оплетая лапы ядожалов. Один жёлто-чёрный даже споткнулся и упал, а двое других яростно отпихивали друг друга, стараясь порвать связавшую их вместе длинную плеть. Ещё один с криком повалился в воду, зажимая шею, куда попала стрела.

Чего доброго, ещё и победим, подумала Луния с внезапно вспыхнувшей надеждой. Она опустилась на торчащую из песка скалу и оглядела поле боя.

Может, её оружие и не понадобится? У троих огненный выдох, листокрылой подчиняются растения… да плюс ещё невидимость и стрелы радужных. Кстати, а как же провидица – почему хвалёная Луна, сожри её шёлковый червь, не смогла предугадать такое близкое будущее?!

Неужто жалкая горстка совсем не воинственных драконов способна одолеть превосходящие силы грозных ядожалов?

Что-то прошелестело в кронах деревьев над пляжем, и на песок приземлился ещё один дракон, окидывая дерущихся прищуренным взглядом.

– Здесь кто-то ещё, – злобно прошипел он. – Кто-то невидимый… а может, и не один.

При виде незнакомца сердце у Лунии сжалось в комок. Золотистые крылья с серым и лавандовым узором блестели на солнце, бледно-пурпурные спирали усиков-антенн медленно разворачивались.

Это не ядожал, а её соплеменник-шелкопряд! Такой мирный, такой безобидный вроде бы, но слова произносит не свои. Его голосом говорит королева Оса!

По чешуе побежали мурашки. Росянка и Сверчок рассказывали, что теперь Оса научилась управлять и разумом шелкопрядов, но наблюдала такое Луния впервые и до сих пор даже не очень-то верила.

Шелкопряд замер на песке, медленно поворачивая голову то вправо, то влево.

– Что он делает? – с тревогой спросила Сверчок. – Почему закрыл глаза?

– Ощупывает воздух, – объяснила Луния, – улавливает движение.

– Ищет невидимых! – ахнула ядожалиха. – А может, и замаскированного радужного. – Зубы её застучали от страха. – Надо ему помешать! Три луны, как же трудно заряжать трубку невидимой стрелой… Помоги мне! Мы должны усыпить этого дракона.

Луния хотела достать свои стрелы, но золотистый шелкопряд внезапно поднялся в воздух и перелетел на песчаную дюну недалеко от скалы. В тот же миг двое ядожалов развернулись и кинулись туда же. Крылья их махали в такт, и все движения были удивительно слаженными, что производило жутковатое впечатление. Сверчок уже рассказывала, как Оса управляет своими рабами, но наблюдать это наяву было ещё ужаснее. Солдаты казались не живыми драконами, а какими-то инструментами, будто два ножа резали воздух.

Их когти разом сомкнулись на пустом месте, и на песке, только что голом, вдруг забился ярко-зелёный дракон с белыми крыльями. Луния не сразу узнала радужного, которого в такой раскраске прежде не видела.

– Ананас! – отчаянно выкрикнула она, но он, конечно, не услышал.

Один из ядожалов схватил камень и ударил пленника в висок. Радужный обмяк, он больше не вырывался. Белые крылья безвольно обвисли, а на животе проступили кровавые полосы от вражеских когтей. Лишь вздымавшаяся грудь говорила о том, что Ананас ещё жив.

Что же делать, как его спасти?

– Остался ещё кто-то невидимый, – проговорил шелкопряд, подняв голову, – и этот кто-то владеет огнём. – Помолчав, он вдруг расплылся в злобной улыбке. – Может быть, это наша беглая огнешёлковая? Луния, моя крошка Луния, ты тоже здесь?

Сердце у Лунии провалилось в задние лапы. Мысль о том, что королева Оса знает её имя и вообще помнит о ней, обжигала ледяным холодом. Мутно-белые глаза шелкопряда, казалось, глядели прямо на неё.

– Замрите все! – донёсся откуда-то голос Росянки. – Шелкопряды могут ощущать движение, не дайте себя обнаружить!

Ей не требовалось повторять, да и без того Луния словно окаменела, судорожно вцепившись когтями в скалу, прижав крылья к спине и затаив дыхание.

Золотистый шелкопряд шагнул к скале, хищно подёргивая усиками. Вихрь уже отступал под натиском троих солдат, а синюю чешую Цунами едва можно было разглядеть в окружившей её толпе ядожалов.

Ещё шаг. Взгляд Лунии не отрывался от антенн врага, которые медленно поворачивались в её сторону, завораживая, будто пара кобр.

Найдёт, поняла она. Поймает и овладеет разумом, и тогда придётся до конца жизни плести огнешёлк, служа пустой оболочкой для жестокого злобного чудовища!

Сбоку внезапно полыхнуло огнём, и шелкопряд еле успел отшатнуться, спасая свой левый бок, но тут же развернулся и протянул передние лапы туда, где затаился невидимый противник.

– Здесь! – крикнул шелкопряд, и на помощь бросились сразу несколько ядожалов.

Луния в ужасе ахнула: из его запястий струились потоком серебристые шёлковые нити, обвивая пустой воздух, в котором безошибочно проступали контуры драконьего тела.

Невидимый снова плюнул огнём, выжигая шёлк и уже не заботясь о том, чтобы не опалить себя самого. Луния уже изготовилась метнуть в золотистого дракона, одержимого Осой, свой палящий шёлк, но схватка почти сразу закончилась.

Одна из ядожалов вытянула переднюю лапу, и из-под когтей её выдвинулись длинные чёрные иглы. Мгновение, и они вонзились туда, где находилась невидимая драконья шея.

Тело, очерченное серебристыми волокнами, осело на песок и замерло, но шелкопряд продолжал добавлять всё новые и новые, пока обездвиженный пленник не стал напоминать муху, заготовленную на обед пауком.

Теперь уже можно было догадаться, кто это.

Солдаты Осы захватили в плен ночную провидицу!

Глава 4

Ещё не всё потеряно, убеждала себя Луния, однако, окинув взглядом берег, пришла в отчаяние. Цунами лежала на песке без чувств, а над ней стоял ещё один солдат, отряхивая кровь морской драконихи с ядовитого жала. Чуть дальше бился на песке Вихрь, которого удерживали сразу пятеро, но когда парализующее жало вонзилось в шею и ему, тоже затих.

– Росянка… – начала Рысь где-то поблизости, и шелкопряд тут же вскинул голову, подозрительно шевеля антеннами.

– Тсс! – прошипела листокрылая.

Наступила мёртвая тишина. Ядожалы все как один замерли на месте, повинуясь мысленному приказу своей королевы. Один лишь золотистый шелкопряд – пустая драконья оболочка, занятая разумом королевы Осы, – медленно обходил лежащие тела и груды морской травы, всматриваясь в следы на песке.

Луния невольно гадала, кем он был прежде. В каком улье жил, состоял ли в «Хризалиде»? Осознаёт ли, что с ним происходит сейчас?

– Кто же они такие? – озадаченно прошипел золотистый дракон голосом Осы, вновь обходя пленников и пристально разглядывая хвост Вихря с ядовитым шипом. – Где-то я видел похожих… – пробормотал он уже другим голосом, но тоже явно не своим. Движения шелкопряда стали вдруг неловкими, будто драконье тело не подходило ему. – Эти меняют цвет, – хмыкнул он, глянув через плечо на Ананаса, – их помню точно. – Задумчиво потёр щёку и повернулся к Луне, обмотанной шёлком. Прищурился: – А вот таких, что остаются невидимыми даже без сознания, припомнить не могу.

– Я смогу их подчинить? – спросила вновь Оса первым голосом. – Подействует на них Дыхание зла?

– Есть только один способ узнать, – пожал крыльями всё тот же шелкопряд.

Красно-чёрная ядожалиха, лежащая на песке, пошевелилась и слабо застонала. Попыталась сесть, зашипела от боли, глянув на свой обожжённый хвост, и обхватила голову лапами.

Одна из тех, что дрались с Вихрем, вспомнила Луния.

– Где мы? – спросила ядожалиха у стоявшего рядом солдата, но тот промолчал, таращась прямо перед собой мутно-белым остановившимся взглядом.

Она оглядела пляж, усеянный неподвижными драконьими телами. Другие вытянулись по стойке смирно, карауля столь же неподвижных пленников: троих драконов причудливого вида и странный шёлковый кокон. Один лишь золотистый шелкопряд продолжал бродить по песку, что-то зловеще бормоча себе под нос.

Глаза ядожалихи изумлённо вытаращились: островок совершенно не походил на травянистые равнины в окрестностях ульев родной Панталы.

Интересно, подумала Луния, как долго разум этих солдат пробыл под властью королевы, и помнят ли они хоть что-нибудь о том, что делали в последние недели? Почему-то королева отпустила ядожалиху, но не остальных.

– Мы что, в Древних королевствах? – вновь обратилась та к солдату и вновь не получила ответа, но шелкопряд услышал и подошёл ближе.

– Здесь были ещё какие-нибудь драконы? – спросил он голосом королевы.

– Тебе какое дело? – фыркнула ядожалиха, глянув с недоумением. Простые шелкопряды до сих пор не смели разговаривать с ней так запросто.

Золотистый дракон прищурил мутно-белые глаза.

– Как тебя зовут?

– Уховёртка.

– Ах да, из улья Цеце. Я сейчас в головах у твоих братьев – хочешь, заставлю их поубивать друг друга… или открутить уши – забавно вышло бы. Короче, если надеешься ещё увидеть родных, изволь обращаться к своей королеве с должным уважением! – Он злобно зашипел, глядя на отвесившую челюсть дракониху. – Напряги свои мозги! Сюда прилетели четверо чужаков, двое из них невидимые. Ещё какие-нибудь были? Может, показалось что-то – вспоминай!