Туи Сазерленд – Драконоборец (страница 27)
Пожалуй, следовало сразу догадаться, что он затеял что-то этакое, ещё когда она увидела его у лотка ювелира и когда он просиял при виде неё.
– Ласточка! – воскликнул Неустрашимый. При третьей встрече она наконец раскрыла ему свое имя, решив, что вреда он ей с этим знанием не причинит. – У меня такая мысль!
– Рада за тебя. Надолго я сегодня не задержусь. – Она обещала Небу вернуться засветло. Недавно он возомнил, будто умеет петь – что было, мягко говоря, неправдой, – и хотел сочинить для неё песню. – Вот тебе ещё чешуйка. Мне нужно …
– Стой-стой-стой, – перебил Неустрашимый. – Послушай, я знаю, что у тебя таких целый запас и ты просто приносишь мне по одной. Ещё я знаю, что у тебя никого нет, потому что ты всегда покупаешь вещи только для себя. И ты боишься ходить в город, а значит, ты сирота.
Ласточка сердито уперла руки в бока.
– Ты слишком много знаешь.
– Больше не надо тревожиться! Мне в голову пришла отличная мысль! Ты должна выйти за меня замуж.
Ласточка удивленно моргнула и обернулась через плечо – посмотреть, нет ли кого у неё за спиной. Дикобразий телохранитель Неустрашимого стоял ближе, чем хотелось бы, но вряд ли предложение делали ему.
– Нет, – ответила Ласточка. – Ни за что и никогда.
– Что? – помрачнел Неустрашимый.
– Семья у меня есть, – ответила Ласточка. «Так уж вышло, что это дракон, но тебе знать необязательно». – И мне ничуть не интересно выходить замуж и жить в городе. К тому же ты меня совсем не знаешь, а уже в жёны зовешь.
Неустрашимый вскинул руки над головой:
– Ты же вечно УБЕГАЕШЬ. Если поженимся, тебе придется остаться, кучу всего разного тебе накуплю. А ты принесёшь сюда свой запас чешуек, и вместе мы сказочно разбогатеем. Ты станешь принцессой города! Мечта, а не жизнь!
– Неустрашимый, я скажу всего раз: фу!
– Как же та-а-а-а-а-ак? – взвыл мальчик.
– А так. Не нужна мне куча всего разного, я ненавижу города и людей, а с тобой хочу просто дружить, – сказала она и мысленно поправилась: «Точнее, подруживать. Встречаться раз в год и вежливо торговать».
– Жизнь ко мне несправедлива, – пожаловался Неустрашимый, опускаясь на землю. Кошка свернулась у него на коленях и желчно взглянула на Ласточку. – Всё так ужасно.
– Не моя забота налаживать твою жизнь, потакая твоим прихотям, – заметила Ласточка. – Я ведь не редкая чешуйка, которую можно забрать в коллекцию. Я человек, меня нельзя просто заиметь, как и все остальное.
– Каждый раз, как мы встречаемся, ты выводишь меня из себя, а потом я тоскую в ожидании следующей встречи.
– Неустрашимый! Эту проблему тебе точно надо решать самому!
– Ух, – проворчал он, зарываясь лицом в кошачью шерсть.
– Попробуй читать, – предложила Ласточка. – Это куда веселее, чем жениться.
Неустрашимый поднял на неё взгляд, проверить, не издевается ли она. Ей-то идея показалась блестящей, к тому же у него наверняка огромные запасы книг.
Неустрашимый сощурился и глянул в сторону телохранителя. Ласточке этот взгляд не понравился. Неустрашимый был испорченным и капризным мальчишкой, постоянно ныл, что она уходит, но прежде ещё не пытался её задержать.
– Тебе новые книги не попадались? – попробовала она сменить тему. Людей сегодня было маловато. Куда они делись, интересно? Уж не в город же прошли?
– А если пообещаешь как-нибудь потом выйти за меня? – спросил Неустрашимый.
Ласточка спрятала чешуйку в карман.
– Начни со словаря. Отыщи там слово «никогда» и перестань обращаться с людьми как с вещами, которые можно купить.
Чувствуя себя преданной, она пошла прочь. Ну почему единственный человек, с которым она почти дружила, обернулся таким же гадом, как и прочие люди?
Но не успела она отойти и на десять шагов, как кто-то в толпе закричал, указывая в небо.
Ласточка обернулась и увидела, как к столпившимся у подножья утёса беззащитным людям летит дракон. Беженцы с воплями слепо забегали по полю, а те, кто уже стоял на ступенях, вжались в склон.
Это был песчаный – огромный, он сверкал в лучах утреннего солнца, обнажив зубы в довольной ухмылке и задрав хвост со смертоносным ядовитым жалом.
В городе тоже зашевелились: солдаты бегали вдоль края утёса, выкатывая орудия. Ласточка отступила подальше, чтобы приглядеться, но тут её сбил на землю телохранитель Неустрашимого.
– Эй, ай! – закричала Ласточка и ударила ногой телохранителя в живот. Гвардеец, пыхтя, откатился в сторону, а Ласточка поднялась на ноги. Дракон тем временем пронесся мимо и пошел на новый заход.
– Я же … спасаю тебя, – простонал телохранитель … женским голосом. Шлем мешал разглядеть её лицо как следует. – Приказ принца.
Ласточка огляделась. Её так захватили городские орудия, что о Неустрашимом она совершенно забыла.
– Где он? – спросила Ласточка. – Разве тебе не его положено защищать?
Телохранительница указала на узкую щель в склоне утёса у самого подножья лестницы. Неустрашимый забился в неё и махал рукой Ласточке. Выглядел он напуганным, но не обезумевшим от страха, как прочие. Конечно, он-то жил в городе, который отбивает нападения драконов, тогда как другие лишились из-за них близких, друзей и даже целых деревень. Ласточка устремилась к принцу. Неустрашимый протянул руку, но у самой щели Ласточка заметила хнычущего посреди неразберихи маленького ребёнка. Подхватила его и сунула обалдевшему принцу.
Ласточка же обернулась и поймала ещё одного мальчика, что пробегал мимо. Выглядел он младше самой Ласточки, когда ту предала родная деревня. Его она тоже затолкала в щель к Неустрашимому.
– Постой … – начал принц, но тут Ласточка заметила девочку, забытую в детском загоне у врат на лестницу. Девочка с плачем трясла калитку, и Ласточка подбежала к ней, перетащила через забор и понесла к укрытию.
– Не многовато ли … – возмутился было Неустрашимый. Щель правда была не такой уж и глубокой, и его прижало к дальней стенке тремя ревущими детьми.
– Еще один втиснется, – сказала Ласточка и метнулась прочь. – Эй, ТЫ! – прокричала она, заметив еще одного ребятёнка, который отбился от своих, подхватила его и принесла к щели.
Дракон тем временем нарез
– Слишком много детишек! – прокричал Неустрашимый, когда Ласточка запихивала к нему последнего. – Они меня облепили, тебе места не хватит!
– Обойдусь, – ответила Ласточка и посмотрела на дракона. – Он как будто и не голоден вовсе. Просто дразнит вас.
Дракон и правда кричал на своем языке нечто вроде: «А-ХА-ХА, МЕЛКИЕ ВОРИШКИ! ВАМ в МЕНЯ НЕ ПОПАСТЬ! Я ВЕЛИЧАЙШИЙ ВОИН ПЕСЧАНОЙ АРМИИ! А-ХА-ХА!»
– Как странно, – сказала Ласточка, упирая руки в бока. – Да он никак чокнутый.
– За последние несколько месяцев он прилетает уже пятый раз, – сказал Неустрашимый, пытаясь выбраться, но дети так вцепились в него, что он застрял намертво. – Мы думали, что распугали их всех и нас теперь оставят в покое, но этот всё прилетает и прилетает. Не знаю, как ты поняла, что этот дракон не голоден … так оно, может, и есть, но он успел утащить трех человек.
– А-ХА-ХА! – снова проревел дракон. – ВОТ ПОГОДИТЕ, ТАРАКАНЫ! КОРОЛЕВА ЗНАЕТ, ЧТО ЕЁ СОКРОВИЩЕ у ВАС! ПРИДЕТ ДЕНЬ, я ВЕРНУСЬ СЮДА СО СВОЕЙ СЛАВНОЙ АРМИЕЙ и УНИЧТОЖУ ВАС!
А вот уже нехорошо.
Вот если бы дело происходило в Амулете, Ласточка спокойно позволила бы дракону спалить всё дотла. Разбуди её и спроси, кто лучше, драконы или люди, и она скажет: драконы. Но тут целый город, полный людей, которые, может, и ужасны, но не они оставили её на съедение драконам, к тому же тут полным-полно детей. Ласточка невольно призналась себе, что не желает разрушения города.
Дракон тем временем развернулся и, хохоча, улетел в сторону пустыни.
– Он не нападает, – сказала Ласточка Неустрашимому, когда песчаный скрылся из виду. – Он прилетел разведать вашу оборону, чтобы привести потом отряд побольше. – Она нежно потрепала одного из детей по головке. – Уже можно выходить, бояться нечего.
– Такого быть не может, – сказал Неустрашимый, когда дети разбежались. Сам он тоже выбрался из укрытия, помятый, весь в пыли и недовольный. На лоб ему упали две выбившиеся прядки. – Драконы не умеют ничего планировать, ими движут инстинкты и голод. Они не строят планы месяцами и не атакуют сообща.
– Что за глупость, прямо слушать тебя тошно. У драконов свои армии! Они воюют друг против друга и, конечно же, планируют, продумывают стратегии и бьются строем.
Неустрашимый отряхнул мантию и прищурился, глядя на Ласточку.
– Откуда ты всё это знаешь?
Нет уж, она совершенно точно не скажет ему, что говорит на драконьем, да и вообще не скажет ничего, что может выдать Небо.
– Я просто очень внимательная, каким следует быть и принцу города. Передай отцу, что в ближайшее время стоит ждать крупного нападения.
Потом она вспомнила, что всё ещё зла на Неустрашимого, и пошла прочь.
– Я ему передам, – прокричал ей вслед Неустрашимый. – Эй, ну прости! Мне правда жаль! Скоро ты вернёшься?
– Не знаю! – не оборачиваясь, ответила Ласточка.
Ей не терпелось вернуться к Небу – убраться подальше от тех, кому только и нужны были что редкие вещи; подальше от драконов и людей, стремящихся причинить вред друг другу. Подальше от города, щетинящегося орудиями и бросающего детей в опасности, потому что они – чужаки.
Когда она наконец вернулась в долину, Небо уже нетерпеливо приплясывал. Солнце давно село; Ласточка слишком устала, чтобы разводить костер, но при свете лун видела возбуждение у него на морде.