Цзюлу Фэйсян – Легенда о Чжаояо. Книга 2 (страница 24)

А? Что? Почему каждый раз, когда я сталкиваюсь с этой старухой, происходит что-то непонятное? Что значит «обрел бессмертие»?

Я поинтересовалась:

– Он был мертв так долго и все равно стал бессмертен? Как это работает? И если он вознесся на Небеса, как это относится ко мне? Как я верну его?

Госпожа Чжоу вытерла слезы, укоризненно указывая на меня:

– Это из-за денег, которые ты сожгла! Ты сожгла для него столько денег! Так много! И за такой короткий срок! Он тут же воспарил к Небесам! Он не вернется!

Что? Выходит, если для тебя сжигают очень много жертвенных денег, это дает бессмертие? Почему никто на Призрачном рынке не сказал мне об этом?!

– Я могла лишь стоять и смотреть, как мой сын возносится на Небеса! Собственными глазами наблюдать, как он улетает!

Она плакала горючими слезами, но по какой-то неописуемой причине мне вдруг стало смешно.

К несчастью, ее истошные вопли привлекли внимание призраков поблизости. Мне стало не по себе: я вовсе не хотела, чтобы меня снова обвинили в чем-то и посадили в тюрьму. Едва я собралась окликнуть женщину, рядом появился призрак. Это был Цзыю. Он пролетел мимо меня и помог старухе подняться.

– Госпожа, кажется, вы совсем перестали отличать добро от зла! Сестрица помогла вашему сыну вознестись на Небеса, теперь он бессмертен! Это же благословение, которого ищут многие, но не каждому дано снискать! Кто-то несколько жизней тратит ради подобного! Как вы можете ее винить?!

Старушка всхлипывала, не в силах ответить.

– Сестрица, пойдем.

Цзыю поманил меня в сторону, желая поскорее увести от этой сварливой женщины. Я понимала его добрые намерения, но…

– А как насчет зеленой бумаги? – Я переводила взгляд с Цзыю на госпожу Чжоу и обратно. – Как же мои бумаги о разводе? С кем мне их подписывать?

Тот улыбнулся:

– Твой «муж» вознесся на Небеса. Зачем тебе подписывать зеленую бумагу? Теперь ты вдова и снова обрела свободу.

«Другими словами… пара пилюль Возвращения Души – и вот я вдова? Ну и ну…»

Поглаживая подбородок, я задумалась. Если не расскажу Мо Цину сама, он никогда и не узнает. Вполне можно скрывать это от него хоть всю жизнь, а когда умрем, ему будет не до того… Впрочем, даже если узнает, это не имело бы значения.

Размышляя так, я медленно следовала за Цзыю к закусочной, и вдруг по пути меня озарило.

– Тогда что насчет меня?

От неожиданности Цзыю резко обернулся:

– А что такое?

– Ну как же я? – Я в смятении уставилась на него. – Для меня ведь тоже сожгли очень много жертвенных денег. Неужели тоже вознесусь на Небеса?

Цзыю выглядел так, будто мой вопрос его позабавил.

– Сестрица, можешь не волноваться. Тебе не стать бессмертной.

– Почему нет?

– Убийцы не могут обрести бессмертие, – принялся осторожно объяснять он. – На самом деле это не полностью зависит от тебя. Кто желает бессмертия, тот не должен убивать на протяжении десяти жизней, обязан жить праведно и отличиться великой добродетелью. Такова была судьба того ученого. Сестрица, ты лишь подтолкнула его в этом.

Ох… Его объяснения не слишком успокоили мои страхи.

– Выходит, сжигание жертвенных денег может отправить призрака на Небеса? Почему раньше никто мне об этом не говорил?

Цзыю не знал, смеяться или плакать:

– Когда призраки получают жертвенные деньги, это то же самое, что получить благодарность от живых. Чем больше благодарности, тем лучше видно, что умерший сделал много добрых дел за свою жизнь: например, одна десятая жертвенных денег означает одну десятую долю заслуг. Когда заслуг накапливается достаточно, что-то меняется. Но… если честно, я впервые вижу, чтобы сожгли настолько много жертвенных денег. Такого никто не ожидал, поэтому и не сказали тебе. Ничего подобного прежде просто не случалось.

Получается, я перестаралась. Но разве можно винить меня? Виноват Мо Цин: он принял в школу так много учеников и заставил сжигать деньги три дня подряд. Досжигались так, что призрака отправили на Небеса!

– Сестрица, не беспокойся. Ты теперь вдова бессмертного, Небеса обязательно позаботятся о тебе.

Я поджала губы: заботятся Небеса обо мне или нет, не имело значения. Лу Чжаояо и без их присмотра умудрялась жить хорошо… Ах да, я ведь все еще наполовину мертва…

Я последовала за Цзыю и устроилась на втором этаже закусочной, а едва он сел рядом, повернулась и постучала по столу.

– Теперь давай поговорим о тебе, – начала я и посмотрела прямо ему в глаза. – Откуда ты знаешь об убийствах? Ведь я не рассказывала о них.

Цзыю замолчал. Опустив глаза, он вдруг улыбнулся:

– А у главы… острый ум.

Он приподнял полы своего одеяния и опустился на колени. Эта поза хорошо мне известна: так отдавали мне честь Темные стражи.

– Темный страж Линь Цзыю приветствует вас, глава.

Я приподняла бровь:

– Ты ходил в обменный пункт «Великая инь» и видел свое прошлое?

Цзыю кивнул.

– Я знаю, что мое время истекает. Прошлое забывается все быстрее и быстрее. Хотя призраки вокруг беспокоятся о моих чувствах и ничего не говорят, но я все понимаю. – Он рассмеялся. – К счастью, у меня накоплено достаточно денег, чтобы узнать, откуда я родом и чем занимался. Я столько лет пребывал в растерянности, а теперь наконец-то все выяснил. Даже если воспоминания снова покинут меня, мне не о чем сожалеть.

Я велела ему встать и задумалась… Линь Цзыю, значит… В Темной страже служило много людей, они приходили и уходили, так что запомнить всех было невозможно. Даже стараясь изо всех сил, я не узнала его. Забыла ли я его еще при жизни или память о нем начала стираться после смерти?

Моя растерянность нисколько не рассердила его и не разочаровала. Он просто принялся объяснять:

– Глава, это нормально, что вы не помните меня. Когда я был жив, нас с братом держали в школе Порченой крови для экспериментов. Позже вы вместе с властительницей Восточной горы спасли нас. Мы с братом никогда не отличались выдающимися талантами, так что не привлекали особого внимания. Мы присоединились к школе Десяти тысяч убиенных…

Его рассказ сразу все прояснил. Последователи школы Порченой крови проводили какие-то подозрительные эксперименты и держали в клетках много детей. На Шици тоже ставили опыты. Разгромив эту школу и убив главу, я освободила всех пленников. Тех, кто хотел вернуться домой, мы отправили домой, а кто хотел остаться, забирали в школу Десяти тысяч убиенных. Многие из этих детей впоследствии стали моими Темными стражами. Выходит, Цзыю был одним из них…

– К счастью, на выходе из школы Порченой крови я увидел вас, глава. Вы держали на руках будущую властительницу Восточной горы, и мы с братом как раз оказались рядом. У нас не было имен, только номера, поэтому вы дали нам имена: Цзыю и Цзыюй. Старший брат еще помнил свое настоящее имя, но новое нам дали именно вы, так что он оставил лишь нашу фамилию. С тех пор я стал Линь Цзыю. Как видите, имя, которым вы меня наградили, я не забывал ни на мгновение.

Имя, которое я выбрала совершенно случайно, неожиданно стало его последним воспоминанием после смерти…

Он говорил с таким почтением, что я вдруг почувствовала огромную вину. Я не помнила, чтобы когда-нибудь называла его по имени. Не помнила, чтобы за моей спиной стоял такой человек, безмолвный и преданный. Не знала даже… когда он умер. Я была слишком беспечной… Поэтому разочаровала слишком многих.

– Брат и я поклялись отплатить за вашу доброту, поэтому вскоре после вступления в школу Десяти тысяч убиенных мы решили присоединиться к Темной страже. Вот только я с юных лет был слаб здоровьем. Если бы брат не заботился обо мне, а командующий не знал о моей преданности, боюсь, меня не взяли бы. Правда, я все равно не оправдал их ожиданий. Во время моей первой миссии я был невнимателен и получил серьезную травму. Брат испугался и пренебрег правилами: посреди ночи он опустился на колени перед дворцом Не-зло и потревожил покой главы, и все же вы… не только не обвинили его, но и велели властителю Южной горы вылечить меня.

Я подняла голову, казалось припомнив что-то, однако ощущения были смутные.

– Возможно, для вас это не имело никакого значения, но в наших сердцах ваша милость оставила неизгладимый след. Хотя мое здоровье так и не восстановилось, я до самой смерти был вам благодарен, а брат по-прежнему служит в Темной страже. Вот уже много лет я не знаю, как у него дела. С другой стороны, достаточно уже того, что я ничего не слышал о нем на Призрачном рынке. Вдобавок сама глава… – Цзыю взглянул на меня. – Не знаю, стоит ли радоваться или печалиться тому, что после смерти мне посчастливилось вновь увидеть вас, глава.

– Нет нужды печалиться. – Я посмотрела на Цзыю. – Я очень рада встретить здесь кого-то, кто так предан мне. Не знаю, сколько у меня осталось денег, просто возьми их себе.

Цзыю был поражен.

– Что? Нет-нет… Как же так?..

– Пилюли мне принимать нельзя, поэтому остается тратить эти деньги только на видения моего прошлого. А поскольку мне не к спеху, отдаю все тебе. Бери и отправляйся в «Великую инь». Пересматривай воспоминания столько, сколько потребуется. Гляди в зеркало до тех пор, пока не надоест и не придет твое время уходить.

Цзыю склонил голову, будто сдерживая себя. Когда я собралась уходить, он сказал:

– Глава… вы по-прежнему так великодушны…

Я – великодушна? Это невозможно. Частенько я была бессердечна и легкомысленна и лишь после смерти поняла, что мне слишком не хватало нежности и добра от этого мира.