Цзян Тай-Юй – Оккультриелтор (страница 7)

– Разотри макушку.

Из ее слов стало понятно, что Бу явно не от мира сего, великий мастер, и наверняка в этот раз и вправду случилось что-то серьезное. Так что я поскорее растер благовоние по макушке.

– А еще кончик носа, ложбинку над верхней губой и в центре груди точку дань-чжун.

Не могла сразу предупредить? Я поскорее собрал немного благовония с головы и намазал там, где она сказала. Пока я растирал, краем глаза увидел, как Бу вытащила большую палочку для благовоний, а еще взглянула на настенные часы. Правая рука у нее опять слегка задрожала.

Уловив, что я смотрю на ее руку, она в ответ на мой интерес объяснила:

– Это техника гадания на пальцах – Малый Лю Жэнь. Я уже два раза проверила. Знать тебе ее необязательно. Сегодня плохой день. И если не решить проблему, у нас будут большие неприятности. Остался последний шанс все исправить. Слушай внимательно: надо зажечь благовоние и попасть в ту самую квартиру, пока оно тлеет. Ты держи палочку в левой руке, только ладонью ни в коем случае не касайся. Давай поторопимся – да помогут нам Небеса!

Когда я услышал такое, мне стало не по себе. Это было волнующе, как в кино. Руки сами потянулись к благовонию, но ее голос меня остановил:

– Погоди!

Тут я увидел, что Бу воткнула палочку в лазурную пиалу, что-то забормотала себе под нос, а затем взглядом велела мне взять благовоние. Я подхватил ключи от скутера, одной рукой надел шлем и вышел на улицу, а Бу следовала за мной. Только взобравшись на сиденье скутера, я осознал, что забыл застегнуть шлем, и беспомощно посмотрел на нее.

– Ну быстрее, чего уставился?

– Да я… шлем забыл застегнуть.

Бу бросила гневный взгляд, словно вот-вот начнет ругать меня снова, но неожиданно ее лицо слегка покраснело, она протянула ко мне руки и застегнула лямку на шлеме.

– Впервые кому-то застегиваю шлем.

– Надо же, спасибо тебе. Мне тоже первый раз кто-то шлем застегивает.

Держа благовоние в левой руке, я управлял скутером только правой. Хотя ехать так было опасно, мы все же добрались до «Сверхдержавы». По дороге я обратил внимание на благовоние: хотя его было много, исчезало оно очень быстро; времени прошло всего ничего, а одной пятой как не бывало. В эти минуты мне не думалось о том, что другой человек застегнул мой шлем и как приятно мчаться на скутере с девушкой, мои мысли вращались вокруг происходящего, я был лишь слегка взволнован и больше испытывал страх, а еще – наслаждение от переживания самого момента.

Как только мы оказались в «Сверхдержаве», я отшвырнул шлем и бросился на пост охраны, в левой руке пряча благовоние. Охранник, увидев, что мы в столь поздний час опять явились смотреть квартиру, пробурчал что-то про усердную молодежь, но впустил нас. Когда мы вошли в холл, Бу вдруг сказала:

– Погоди, мне сначала надо вниз сбегать, а ты поднимайся, только ничего не предпринимай, дождись меня.

Сердце подпрыгнуло: зачем оставлять меня одного? Посмотри на себя: взрослый мужик, если начать мяться и отнекиваться, точно опозорюсь. Собравшись с духом, я кивнул и шагнул в лифт.

Когда я вышел из лифта на одиннадцатом этаже, сразу возникло ощущение, что на меня ополчился весь мир, и оно заполнило пространство. Я тряхнул головой, пытаясь отогнать от себя странные мысли, открыл дверь и сразу включил свет. Квартира выглядела так же, вентилятор по-прежнему крутился. Мне было страшно закрывать дверь за собой, так что я остался стоять на входе. До чего странное существо человек: хотя от подвесного вентилятора веяло чем-то зловещим, в тот момент я не мог оторвать от него взгляда.

Вот что значит вращение. Взор следует за движениями, как будто попадая в необъяснимое завихрение некой мощной силы притяжения, не психологического, а по-настоящему способного поглотить человека целиком. Я смотрел как завороженный, мое тело расслабилось, а голова слегка закружилась, и в ту минуту мне стало так хорошо, будто я держусь на воде, отдавшись ее потоку. Стоило мне закрыть глаза, как макушка, кончик носа и грудь начали гореть, и я очнулся.

Чье-то лицо прильнуло к моему носу так близко, что нельзя было ничего разглядеть. Тук! И меня бросило назад. Дверь издала в ответ «бах!» – и закрылась. От испуга я чуть не выронил благовоние из рук. Я рассмотрел, что передо мной стоит женщина, пожимающая плечами, и, только приглядевшись, увидел, что это была тетушка Лань.

– Тетушка Лань… – Я пытался справиться с бешено стучащим сердцем. – Что вы тут делаете?

– Ян Шу! – Она бросила взгляд на благовоние в моей руке. – А я как раз тебя жду.

Армия тьмы хочет пройти

Ждет меня?

Как мощный удар в сердце. Ну уж нет, все слишком зловеще, надо делать ноги. Правой рукой я нащупал дверную ручку, оказавшуюся аккурат за спиной, и собирался уже открыть дверь, но благовоние в левой руке мгновенно разгорелось с такой силой, будто кто-то раздувал огонь.

Остающаяся в поле зрения тетушка Лань, точно паря в воздухе, отпрянула от меня к большому столу в столовой, а когда я поднял голову, то внезапно увидел, что с подвесного вентилятора свисает девочка: вцепившись руками и ногами в одну из лопастей, она прокрутилась раз-другой, а потом медленно остановилась. Четырьмя конечностями она держалась за лопасть и поэтому висела в страшно изогнутой позе: голова была запрокинута на все девяносто градусов, а лицо оказалось перевернутым; взглядом она сверлила меня или дверь за моей спиной.

И вдруг прямо изо рта этого то ли живого, то ли призрачного существа раздался пронзительный, режущий слух крик. Больше я не мог здесь оставаться, повернулся и отворил железную дверь, собираясь выскочить вон. И когда стремительно выбежал, что-то со всей силой ударило меня прямо в грудь, я поднял глаза – передо мной Бу, которая втолкнула меня обратно в квартиру. Так я оказался в ловушке – ни вперед двинуться, ни назад отступить. Хотел было открыть рот, чтобы предупредить ее, что там внутри творится неладное, но Бу закрыла мне рот рукой. Вообще-то это первый раз, когда девушка кладет мне на губы руку – мягкую-мягкую.

– Ни звука, – прошептала она.

По-прежнему чувствовался исходящий со стороны вентилятора обжигающий взгляд, и от напряжения я едва не проглотил руку Бу. По тому, как она выглядывала в коридор, чуть наклонив голову, стало понятно, что дело скверно. Я проследил за ее взглядом – и лучше бы не делал этого, настолько запредельным мне показалось то, что я увидел.

Часть коридора справа, где должна была находиться другая квартира, окутал туман. Оттуда приближался высоченный, чуть ли не достававший до потолка, серый человеческий силуэт. Лицо его закрывала металлическая маска, вся его фигура была обвешана чем-то вроде колокольчиков, которые болтались из стороны в сторону, но не издавали ни единого звука. Он размахивал руками намного сильнее, чем обычные люди, и одет был в какое-то подобие ковролина, как будто завернут в него, а в руках держал полотнище, похожее на флаг. За ним шло еще несколько таких же по виду, головой достававших почти до потолка, только без колокольчиков, и флагов они не несли.

Шли на ходулях? Что-то надо было сказать, но Бу велела молчать. У меня со лба стекал пот, я весь был на нервах. Капли пота жгли глаза, но я не осмеливался его вытереть. Вид этой армии шокировал, и, хотя лица их были закрыты металлическими масками, мне казалось, что прорези для глаз обнажают глубокие черные дыры и оттуда на меня неотрывно смотрят.

За мной в нескольких шагах остались тетушка Лань и та зловещая, висящая на вентиляторе девочка. А эти исполины приближались необъяснимым образом, точно не ступали, а наплывали. В тот миг страх сковал меня, но сразу стало понятно: явление это невообразимое и небывалое и невозможно даже представить, что такое увидишь. Расстояние между нами было небольшим, но они наплывали достаточно долго, а может, время утратило свой обычный ритм и стало растягиваться. На ум пришло только одно сравнение: это было похоже на случай с диареей, когда мучаешься животом и наконец добираешься до туалета, то каждая секунда – от входа, закрытия двери, спуска штанов и приседания – кажется бесконечно долгой. Рука Бу все еще лежала на моих губах, не знаю, почему она ее не убрала, но я смутно почувствовал, как пальцы Бу слегка дрожат.

И только когда эти странные исполины прошли мимо нас, я выдохнул и почувствовал себя легче.

– Назад! – прокричала Бу, потянув меня за собой, и тогда тот, что шел впереди, вдруг повернул голову, но тело его осталось без движения, и от этого неестественного поворота головы мой желудок стало выворачивать наизнанку. Она втащила меня в квартиру, а за спиной вдруг раздался тот режущий слух пронзительный вопль, и краешком глаза я увидел, как главный исполин весь затрясся и наклонился в нашу сторону.

– Что за чертовщина? – закричал я, видя, как совсем не по-человечески двигался этот великан.

Он устремился к нам, наклонившись под углом в сорок пять градусов, подобно сидящему на носу драконьей лодки, который тянется за финишным флажком. Двинулся в сторону Бу. Собрав волю в кулак, в порыве непонятно откуда взявшейся смелости я правой ногой сделал резкий выпад вперед и швырнул благовоние прямо в этого высокого.

– Какого черта ты делаешь? – Бу уставилась на меня.

– Тебя спасаю! – ответил я и тут же, отодвинув ее в сторону, дотянулся до двери и наглухо захлопнул ее.