Цви Найсберг – О российской истории болезни чистых рук (страница 23)
Потому КАК то в единый миг уж наставшее затем неимоверно гиблое настоящее будет вполне ведь и впрямь-то способно при всем том разом сходу затмить СОБОЙ любые козни, считай вот сразу нескольких предыдущих столетий.
Причем не то, чтобы вовсе никому совсем не хотелось бы переменить этот мир к чему-либо бескрайне так единственно лучшему…
Да только во имя самого полноценного создания должных условий хоть сколько-то праведного и полностью иного жизненного уклада нужно было, как есть найти способ и вправду донести буквально до каждой той или иной отдельной индивидуальности все, то во что отныне каждому и всякому вполне еще полагалось бы действительно верить.
Причем надо бы при всем том разом взвывать к буквально каждой той чисто отдельной людской душе, а не сбивать людей в серую, бессмысленную и тупую толпу вообще уж при всем том начисто отныне лишенную всякого человеческого облика.
Раз в связи с той до чего и впрямь безответственной коллективностью люди никак этак качественнее и разумнее думать точно ведь явно не станут, а скорее утратят они всяческий тогда личностный облик став при этом одной лишь разве что частью совсем бездумно потребляющей все и вся биомассы.
А подобного рода всеобщее братство убого и более всего собою напоминает прямое возвращение назад в животный мир.
Ну а для того чтобы истинно на деле создать принципиально другое и лучшее общество надо бы всячески развивать каждую конкретную индивидуальность…
И только лишь – это и может дать в руки народа вполне ведь полноценную возможность сколь ответственнее прицениться буквально-то ко всему светлому и духовному, что, так или иначе, простецки же существует в этом исключительно вот только весьма разноликом мире.
И кое-кому непременно уж следовало попросту разом так начать более-менее взвешенно раздумывать именно над тем, как бы это и вправду создать условия при которых всякое народное сознание попросту раз и навсегда перестанет быть всецело зацикленным на простых и житейских нуждах всего того крайне донельзя тяжкого людского бытия.
Но нет, вместо этого кое-кто более чем незатейливо и тавтологически до чего же упрямо вторил всем, тем вкривь и вкось сколь многотрудно надуманным и многослойным, словно тот еще слоеный пирог всяческим вот философским благим рассуждениям.
И ведь главное и близко так не было в них абсолютно никакой самой конкретной увязки со всею той простой, и вязкой от века же промозгло собственнической общероссийской действительностью.
Да и вообще мировоззрение довольно-таки многих старорежимных либералов было сплошь уж упадническим и полулогичным, в нем подчас явно преобладали голые эмоции, а они между тем зачастую истинный враг всякого вовсе не наспех одетого в житейское платье здравого смысла.
105
Причем все, то донельзя нечестивое общественное недобро по всему их самому безапелляционному рассуждению в самом том еще корне своем всегдашне и заключалось в одной лишь извечной русской лени, а это между тем сущая ерунда, поскольку все дело тут было именно в том лениво же бестолковом и отчаянно коррумпированном руководстве.
Ну а также и в том, что на месте здравой головы зачастую и по сей день властно сколь насуплено восседает массивная и бездушно амбициозная начальственная задница.
Причем она не только не дает проходу уму, но и загоняет его в угол, ставя его всем в пример сущего и как есть вовсе недвусмысленного пустоголового разгильдяйства.
Причем – это уже старая история – века идут, а общее положение ни к чему истинно лучшему попросту именно что совсем и близко вовсе не меняется.
И ясное дело, что нечто подобное и приводит именно к тем сколь однозначно, именно и впрямь-то безмерно уж донельзя так крайне печальным последствиям.
Ведь нечто подобное как-никак, а более чем вполне всерьез формирует сознание многих умственно развитых людей во всей стране, они приучаются думать и рассуждать об тех разве что лишь некогда возможных во всей этой жизни переменах совершенно вот вовсе пассивно, а не весьма деятельно и активно.
И это именно та чисто вездесущая лень интеллектуальная в том самом весьма так неотъемлемом ее сочетании с тем самым до чего только красноречиво умиленным ее умением цветасто и много довольно-таки неуемно и праздно глаголить, и есть истинная беда, в том числе и современной интеллигентной России.
106
Да и вот еще что: та самая вовсе так умопомрачительная страсть, всесильно жаждущая вовсе-то незамедлительного сокрушения буквально-то всего разом и вся…
Ну а также и более чем безыскусное наделение всей той «бесовски неправой» буржуазной действительности донельзя ужасными вековыми пороками только лишь и является сущим порождением вездесущей и чисто внешней империалистической тьмы, неизменно не мытьем так катанием всячески стремящейся более чем незатейливо разрушить Российскую империю считай, что именно вот изнутри.
А для всего того те чисто внешние и полностью как есть чудовищно враждебные силы до чего еще ловко уж и использовали изрядно ведь давно столетиями поднакопившиеся нравственные и сословные внутренние российские противоречия.
А Чаадаев и иже с ними и впрямь разинув рот, слушали враждебную болтовню витийствующих чужеземцев и довольно-таки простодушно принимали все их злые и острые речи за чистую монету, думая при этом, что те и впрямь-то довольно искренне фыркают, объявляя весь российский быт безнадежно примитивным и совершенно как есть умственно-отсталым.
Ну, а на самом-то деле, они лишь только и всего, что откровенно отрабатывали свой хлеб, им же наверняка очень ведь, даже кое-кто щедро за все это явно приплачивал, чтобы, они все российское – остервеняясь почем свет безо всякой-то устали на все лады беспрестанно вот костерили.
Ну а заодно и впрямь исходились они при всем том именно тем на редкость безутешным и безудержным плачем по поводу необычайно так милых их сердцу атрибутов культурного Запада, который они разве что совсем уж вовсе ненароком и лишь вовсе-то ненадолго злосчастно покинули.
107
Ну, а затем как гром среди ясного неба разом, и нагрянула эпоха полнейшего раскабаления от всех и вся без исключения нравственных основ, а между тем самое начальное свое производное она никак не вскользь брала именно из чертовски изнурительной патетики чьих-либо и близко не в меру напыщенно яростных речей-бичей.
И главное, все это лишь ради той во многом явно этак разве что чисто как есть всецело досужего (на одних тех весьма праздных словах) до чего уж и всеблагостного достижения царства светлой истины.
Ну, а во имя немыслимо наилучших грядущих дней, а также и всех тех сколь еще неистово мигом на редкость радостно просветленных идеями лиц тех самых простых людей, чем это вполне ведь всерьез было бы нисколько так явно вовсе не погнушаться?
Раз им всем и именно что чисто до чего еще подневольно и впрямь совсем незамысловато разом на деле еще предстоит исключительно ведь доблестно, затем поучаствовать во всех тех чисто разве что только грядущих невообразимо светлых и благостных крепостно-коммунистических свершениях.
И пускай себе, затем совершенно вот безвестно погибнут 250 миллионов китайцев, зато те самые остальные 750 точно еще будут затем жить долго и счастливо, как про то некогда вымолвил великий кормчий Мао Цзэдун.
108
Да и у Братьев Стругацких тоже вполне возможно будет найти нечто как-никак и впрямь бесподобно, до чего и впрямь наглядно ведь во всем только подобное.
Их роман «Обитаемый остров» выражает собой не очень уж четко и выпукло обозначенное нравственное отрицание всяческого довольно-то агрессивного внешнего воздействия, так и проникающего на самые задворки фактически любой людской натуры при помощи самых разных искусственных надстроек над всем тем необъятно широким общественным организмом.
Ну, а также в этом романе явно присутствует и вполне полноценное понимание абсолютной же безнадежности любых попыток все и вся в единый миг буквально подчистую переменить при помощи одного того крайне так воинственного сокрушения всем и каждому будто бы вконец обрыдших и чисто уж именно прежних, былых основ…
И вот чего именно автору удалось для себя и других в нем после весьма многократного перечитывания явно так не на внешней поверхности и впрямь-таки там еще вполне отыскать.
Стругацкие «Обитаемый Остров».
«Разум прикинул, что к чему, и подал совет: поскольку изнутри тиранию взорвать невозможно, ударим по ней снаружи, бросим на нее варваров… пусть лесовики будут растоптаны, пусть русло Голубой Змеи запрудится трупами, пусть начнется большая война, которая, может быть приведет к свержению тиранов, – все для благородного идеала. Ну что же, сказала совесть, поморщившись, придется мне слегка огрубеть ради великого дела…»
109
И это как раз откуда-то отсюда и берет свое наиболее заклятое начало то самое исключительно так вовсе ведь отчаянное и бессмысленно лютое безвременье до чего непроглядно серого и обезличенного террора, а вот нет, чтобы постепенно и продуманно организовать все те и впрямь детально взвешенные преобразования…
Да только вот, однако, нечто подобное кое-кому ни в едином глазу явно абсолютно вовсе не подходит, поскольку им как-никак, а разом подавай все сразу на блюдечке, пусть даже и сквозь тьму и кровь нескольких тех последующих, и, впрямь весьма уныло живущих в то бесноватое время истинно так бесприютных поколений.