Цви Найсберг – О российской истории болезни чистых рук (страница 2)

Однако рьяные политические авантюристы ничего подобного ей, собственно, никогда вот чисто еще заранее и не предлагали.

Да только к чему бы это, они в конечном-то итоге пришли, фактически уж разом вослед за тем самым и впрямь до чего еще безумно смелым их воцарением над всею той без них, довольно-то одиноко и крайне так неуютно существующей более чем необъятно широких просторов вселенной?

Поскольку с их довольно-то весьма многозначительно суровой точки зрения вовсе-то явно и не хватает всему этому мирозданию той еще на редкость твердой, мозолистой и волосатой руки всего того донельзя же пресловутого рабочего-крестьянского класса.

Но речь тут может идти разве что о чем-либо более чем невообразимо большом, а никак не о том безнадежно малом и нисколько невзрачном, как некая та сугубо отдельно же взятая личность.

И это как раз того самого живого и можно ведь так сказать самого отдельного человека всем тем, кто был чисто извне как всегда весьма взъерошено руководим, сколь непомерно огромной заботой о некоем всеобщем благе и близко-то было уж явно не разглядеть.

Ну а коли некое, то чисто абстрактное благо до чего незамедлительно словно бы вражеский штык явно потребовало поистине проявить истово максимальную заботу о самом должном пропитании ныне чрезвычайно размножившегося народонаселения, то вот тогда именно в данном немыслимо важном направлении и будут произведены те самые строго подотчетные хирургические действия.

И главное, были бы те процедуры со всем тем совершенно же пустоголовым населением чисто и впрямь сходу до чего спешно проделаны, ну а заодно и было бы это осуществлено крайне же донельзя стерильно и вполне аккуратно.

Причем данное сколь отчаянно нужное, хотя и довольно-то суровое решение партии и правительства было бы со всею той скупой слезой в голосе исключительно лишь именно ведь явно разве что только и продиктовано как раз уж той весьма полноценной и истинно отеческой заботой о судьбе тех еще грядущих поколений.

И главное всему тому было бы должно разом осуществиться исключительно как-никак, а разве что, потому что у тех и впрямь вкривь и вкось искривленных, словно ржавые гвозди людей, никаких слюнявых сомнений по поводу избранного пути уж и близко не в едином глазу совершенно никак затем вот тогда не возникло.

А именно поэтому, руководствуясь единой, словно свежевспаханное колхозное поле железной логикой большевистская когорта тогда и рассматривала бы абсолютно любые свои действия в одном-то свете донельзя острой необходимости весьма четкого сохранения правильного баланса между достаточно скромными ресурсами планеты и тем и по сей день порочно появляющимся на белый свет родом людским.

А только лишь потому и сколь правомочно будет чисто так исходя из тех самых достаточно веских предположений, как есть сходу предугадать, что, это никакая там иная, а разве что данная концепция устранения проблемы перенаселения всего Земного шара, более чем непременно полностью как раз вот тогда и возобладала.

Ну, а в свете всего того доселе вышеизложенного и было бы до чего еще незамедлительно разом и принято то самое непременно ведь единогласное и судьбоносное решение на том чисто гипотетически вполне реально некогда проведенном общемировом пленуме ЦК.

Ну а прозывалось бы оно тогда именно так: «О мерах по самому насущному предотвращению дальнейшего же продолжения этой-то нынешней до чего еще чрезвычайно гибельной ситуации».

То есть, в тех самых отчаянно нелегких для всей большевистской власти условиях, когда то невероятно прожорливое население всей планеты срочно бы как-никак, а явно потребовалось до чего неминуемо разом начать решительно сокращать, эта власть вполне закономерно и пришла бы к «светлой идее» насильственной кастрации большей части новорожденных лиц мужского пола.

И ведь все это сколь еще обезличенно верно бы осуществлялось разве что именно ради истинно наилучшего грядущего всего человечества, поскольку то, как есть необычайно обильное деторождение во всем том дальнейшем попросту вот и грозило выразиться в том самом отъявленно сумасшедшем переизбытке вечно голодных ртов.

Причем любое сопротивление было бы донельзя жесточайше сходу подавлено и растоптано кирзовыми сапогами привилегированных частей отныне уж только считай единственной в мире коммунистической гвардии.

И главное, именно этакого недюжего ума бравые действия, и были бы сколь естественно разом и призваны, до чего и впрямь вполне незамедлительно остановить, то чудовищно бесконтрольное увеличение всей человеческой биомассы, которая при коммунизме точно бы жила (как и понятно) в безупречно полнейшей идиллии с довольно скромными ресурсами всей нашей планеты.

Причем то-то и оно, что значительно хуже подлых фашистов в этом вопросе самую что ни на есть весьма суровую принципиальность могли бы проявить именно те буквально-то доверху переполненные верой в свой светлый путь милые господа товарищи!

И уж довелось бы им при этом быть еще похуже, как раз вот именно потому, что были они вполне одинаково дико враждебны всем, кто хоть на секунду позволял себе касаться острыми иглами критики хоть каких-либо суровых догматов их идеологии.

В то время как в том еще отчаянно злом нацистском государстве отдельные оговорки этак строго явно не преследовались.

Да и вообще при всей той отчаянно лютой своей преступности тот же нацизм извращенно и аморально весьма обиходно и крайне ведь выхолощено только-то разве что и пожелал одного лишь как есть донельзя всеобъемлющего добра.

Правда добро это всецело предназначалось для одних лишь своих людей, а именно представителей той чисто арийской нации или максимум более-менее хоть сколько-то родственным ей народам.

Ну а большевики всею силой серого ума до чего еще доблестно пожелали именно своей родной отчизне одного лишь совсем ведь никак небезызвестного и всеобъемлющего вырождения…

4

Большевиками безостановочно двигало одно самое так более чем явственное стремление именно что ко всем, тем чисто на редкость максимально (дутым) успехам, и вовсе не менее самому однозначному перерождению всего рода людского в сплошное и полностью и впрямь совсем безмозглое быдло.

То, что Варлам Тихонович Шаламов в его «Колымских рассказах» совершенно вот вовсе ошибочно называет «канцелярской выдумкой» на самом-то деле являлось до чего и впрямь прагматичной политикой государства, что была разве что однозначно вполне так нацелена на одно то грядущее и сколь этак всеобъемлющее вырождение нации.

И вот она яркая цитата из его «Колымских рассказов».

«Если уж к ним относятся как к рабочей скотине, то и в вопросах рациона надо быть более последовательным, а не держаться какой-либо арифметической средней канцелярской выдумки. Эта страшная средняя в лучшем случае была выгодна только малорослым, и действительно, малорослые доходили позже других».

Как говорится, если до самого уж конца сколь беспроигрышно начать еще сходу изыскивать наиболее скрытые устремления всего того новоявленного тоталитарного общества, то вернее всего это и проявит себя как раз именно там, где у него и вправду на деле имелось наиболее вот полноценно максимальная и всесильная власть…

*Причем есть в России же люди, которые явно разве что более чем строго отмечают те тысячи евреев, что заседали в сталинском правительстве, «верой и правдой» несли службу в системе НКВД, а заодно и в управлении Гулага было их действительно не так и мало.

Однако вот те сотни тысяч расстрелянных и совсем ни за что посаженных евреев эти же самые люди замечать попросту никак нисколько явно не желают.

А между тем среди тех евреев вполне хватало, в том числе и таких, что на воле вольной были полностью законопослушными гражданами…

Да только после тех нескольких лет их пребывания в Гулаге, они еще обязательно бы устроили (имей они подобную возможность) евреям работникам НКВД настолько изощренную казнь, до которой никто из братьев славян никогда и близко бы попросту так совсем не додумался*.

5

Причем до чего еще тягостно возвращаясь к нашим баранам…

Нет, давно бы пора бы раз и навсегда вот полностью изъять из обращения всякую мысль о некоей более чем простой и чисто аморфной тупости отъявленно дьявольской большевистской заразы к тому же донельзя еще и пропитанной безнадежно скотской идеологией…

Эта власть была по-своему очень даже мудра и начала, она действительно вырождаться разве что вместе со всем до чего только чужим ей великим народом.

Виктор Астафьев являвшийся плотью от плоти всего того всецело родного ему общества в его книге «Царь рыба» вполне наглядно, нисколько не жалея на то черных красок, сколь живописно описывает сущую деградацию широчайших северных просторов его некогда благодатной… вширь необъятной даже и на карте – северной родины.

Вот он тот весьма конкретный пример его глубоко прочувствованного мироощущения.

Виктор Астафьев «Царь рыба».

«…а начальник строительства требует продукции, на каждой оперативке брякает по столу: "Нам завезли достаточно человеческого материала, но добыча руды тормозится. Доставленный на всю зиму человеческий материал несоразмерно убывает, и если так будет продолжаться, я из вас самих, итээровцев, вохры и всяких других придурков, сделаю человеческий материал!"