Цаньцзянь Ли – Свет во тьме (страница 43)
Простые смертные хватали ароматный рис и приготовленное мясо и начинали есть большими глотками. После нескольких месяцев голода такая вкусная еда стала величайшим счастьем в их жизни…
Что касается Императора Вечной Ночи, он чуть ли не тонул в слюне.
Несколько мастеров святых отступили с бледными лицами, желая исчезнуть в толпе. Но Линь Мин резко повернул голову и холодно сказал: «Куда это вы собрались?»
Несколько мастеров святых обратились в бегство. Некоторые из наиболее умных напали на простых людей, желая использовать их в качестве заложников, чтобы угрожать Линь Мину.
Однако, как бы они ни пытались, они не могли изменить свои судьбы.
Из кончиков пальцев Линь Мин вылетел свет черного копья, вонзившись в тела этих людей, как стрелы. Их тела взорвались, когда их органы и меридианы распались.
Затем они упали на землю, заливая все вокруг кровью.
Когда простолюдины увидели, как эти святые умирают и выглядят такими жалкими после смерти, они начали громко кричать.
Даже стеснительные молодые девушки больше не боялись этих жалких трупов.
Видя это, Линь Мин искренне улыбнулся. Он медленно взлетел в небо. На Планете Новой Мин было несколько тысяч мастеров святых, и он хотел стереть их всех с лица этой планеты, чтобы вернуть легкую и комфортную жизнь простым людям.
Когда Линь Мин улетел, многие люди поклонились ему, встав на колени. Их лица были полны восхищения, когда сладкие слова похвалы слетали с их губ.
Они долго стояли на коленях на земле, не поднимаясь на ноги. Ребенок, не старше 11-12 лет потянул отца за край одежд и с некоторым колебанием сказал: «Отец, этот храбрый и удивительный Старший Брат, он… он ведь похож на эту статую?»
Юный и наивный голос был особенно хорошо слышен на притихшей площади. Услышав это, люди были ошеломлены.
Похож?
Не просто похож, но по какой-то неизвестной причине этот человек действительно имел удивительное сходство со статуей…
Все посмотрели друг на друга, не в силах найти слова, чтобы выразить мысли. Но кем бы ни был этот человек в черной одежде, в одном они были уверены: бесконечная ночь, наконец, прошла. Тот единственный луч света, который освещал путь вперед, начал превращаться в яркий и ослепительный рассвет!
На тихой площади начали плакать люди. Молодая девушка в лохмотьях была слишком взволнована. Она не могла сдержать свои эмоции, по ее щекам полились ручьи слез. Наконец, она упала на пол, закрыв лицо руками, пока плакала, изливая всю горечь своих страданий.
Мужья и жены обнимали друг друга, не скрывая слез. Даже когда они вытирали свои слезы, их сменяли свежие.
Мужчина сжал кулаки и взревел, подняв голову к небесам…
В этот день на всей Планете Новой Мин встречались толпы людей, которые потеряли самообладание. Они бегали по улицам, подбадривая остальных, рассказывая всем, что вернулись мощные мастера человечества!
Они пережили так много испытаний и невзгод, и теперь эти времена подошли к концу!
Слез было очень много. Крики и возгласы заполнили небеса.
Испытав настоящие невзгоды и смерть, а теперь столкнувшись с внезапной свободой и победой, никто не смог сохранять спокойствие.
В частности, когда люди подняли глаза и увидели Небесный Дворец, который представлял могущество святых, все они разразились криками, как вулканы, которые, наконец, вспыхнули после того, как их подавляли слишком долго.
«Да здравствует человечество!»
Кто-то крикнул. Все больше и больше людей скандировали эту фразу, пока она не стала потоком, который пронесся через все 100 000 городов Планеты Новой Мин, их голоса эхом отзывались на горизонте!
В этот момент сердце каждого жителя было связано с чьим-то другим сердцем, как одно целое.
И в радостной толпе никто не заметил женщину, похожую на нищую, торопливо бросившуюся в переулок.
Она вошла в обшарпанную и ничем не примечательную комнату. Затем она открыла там скрытый запечатывающий массив, обнажив скрытый уголок…
В этом уголке она поместила нефритовый свиток в центр формирования массива передачи звука. Когда она это сделала, ее сердцебиение ускорилось, а лицо покраснело. Было ясно, что она дрожит от волнения.
Она должна была сообщить Сяо Мосянь обо всем, что произошло на Планете Новой Мин, и отослать изображение этого таинственного человека, одетого в черное.
Эта женщина была информатором, которого Сяо Мосянь оставила на Планете Новой Мин.
Она верила, что внезапное появление этого таинственного могучего мастера по-настоящему поразит Императора Демоническую Фею…
Глава 2040. Голос
Сяо Мосянь стояла перед бронзовым зеркалом, тихо приводя в порядок свои боевые одежды. В это время дверь в ее комнату распахнули, и вошла одетая в красное женщина, мягко говоря: «Младшая Сестра Сянь’эр.»
Сяо Мосянь повернулась и увидела, что пришла Му Цяньюй.
Сяо Мосянь сжала губы, словно хотела что-то сказать. Но, в конце концов, не могла найти, с чего начать. Она молча повернулась и начала расчесывать свои длинные волосы.
«Ты решила отправиться на Планету Новая Мин?» Спросила Му Цяньюй, ее настроение сложно было понять. Ее голос был наполнен грустью. В последние годы Сяо Мосянь всегда брала на себя бремя окружающих. С тех пор, как пришла новость о смерти Линь Мина, на своих плечах она несла слишком многое.
Сяо Мосянь горько покачала головой.
«Хотя говорят, что стоит вернуться на Планету Новую Мин, правда в том, что это будет финальное сражение со Святым Сыном… когда мы прибудем на Планету и преодолеем блокаду, Святой Сын почувствует это. Он наверняка будет ждать поблизости в засаде. С аватаром Голода он будет намного быстрее, чем мы. Все это неизбежно перерастет в бойню. Мы… не сможем добраться до Планеты Новой Мин».
Сяо Мосянь прекрасно понимала, что замышляет Святой Сын. На самом деле, это нельзя было даже назвать заговором, скорее неуклюжим способом выманить её.
Но этот неуклюжий метод был именно тем, который Сяо Мосянь не могла игнорировать. Даже если она закроет глаза на своих людей, ее битва со Святым Сыном была неизбежна.
И все было так, что она могла бы также начать атаку по собственной инициативе.
Гордо и героически умереть в бою было бы лучше, чем вечно прятаться и скрываться, как какая-то добыча. В этой последней битве кровь наверняка зальет все звездное пространство. Лучший для нее результат - принести себя в жертву и тяжело ранить Святого Сына, чтобы у ее последователей был шанс сбежать.
Атмосфера в комнате стала тяжелой и угрюмой. Му Цяньюй подняла длинные черные волосы Сяо Мосянь, и сьала медленно расчесывать их. Ее движения были медленными и дотошными.
В последние годы Му Цяньюй уже не раз помогала Сяо Мосянь расчесывать волосы. Она действительно лелеяла и любила Сяо Мосянь. С тех пор как Мо Вечный Снег ушла, Сяо Мосянь держала все под контролем.
Но из-за предела ее силы Му Цяньюй мало чем могла помочь Сяо Мосянь.
«Старшая Сестра, ты не можешь идти. Оставайся здесь со Старшей Сестрой Синсюань. После нашей битвы со Святым Сыном, каким бы не был результат, он не будет продолжать искать в этой туманности».
Когда Сяо Мосянь произнесла все это, рука Му Цяньюй внезапно замерла.
Му Цяньюй прикусила губу, не зная, что сказать. Она не хотела оставаться, но что она могла изменить, если уйдет? Она только умрет напрасно, и если она попадет в руки Святого Сына, последствия будут невообразимыми.
Если случится что-то, что она не сможет изменить, даже если она умрет, ей не хватит мужества встретиться с Линь Мином.
Сяо Мосянь словно прочла мысли Му Цяньюй. Она взяла Му Цяньюй за руку и ярко улыбнулась, и у этой улыбки было неисчислимое количество значений. Му Цяньюй ничего не могла поделать, по ее щекам потекли слезы.
Возможно, это был последний раз, когда она сможет помочь Сяо Мосянь причесаться. Когда все будет закончено, Сяо Мосянь и Линь Мину все еще понадобится кто-то, кто будет поклоняться и чистить их духовные скрижали…
Му Цяньюй прикрыла рот, ее слезы тихо падали. И в это время Линь Хуань толкнул дверь и вошел. «Мама, тетя Му…»
Му Цяньюй быстро утерла слезы. «Ах, Хуань’ер, ты пришел.»
«Мм», - видя мокрое лицо Му Цяньюй, Линь Хуань мог предположить, что только что произошло. Но он не стал говорить об этом.
В последние годы Линь Хуань уже совершил прорыв и оказался в полушаге от области Императора. Рвущий Небеса Божественный Владыка советовал Линь Хуаню не спешить с достижением этой границы. Однако, поскольку святые вторглись в дикую вселенную, Линь Хуань не мог ждать. Он совершил прорыв примерно на 500 лет раньше времени, но, даже сделав это, он все равно ничего не мог изменить.
Он обладал боевой силой уровня Императора, и даже среди Императоров он не считался слабым.
Но столкнись он со Святым Сыном, он был бы маленьким белым камнем на фоне яркой луны; несоответствие было слишком велико.
С аватаром Голода Святой Сын был слишком, слишком силен, настолько силен, что ни один живой человек, кроме Божественной Мечты, не мог сразиться с ним. Даже Император Шакья не годился ему в противники.
«Хуань’эр, какое у тебя дело ко мне?» Сяо Мосянь заметила, что Линь Хуань держит в руках диск массива передачи звука. Это была информация, которую он только что получил.
К этому моменту Сяо Мосянь уже оцепенела. Какие новости могут быть хуже, чем нынешняя ситуация?