Цан Юэ – Зеркальные города-близнецы. Книга 1 (страница 4)
– Это же одноглазая птица би-и![9] Там, за перевалом… До Небесных чертогов рукой подать!
Небесные чертоги? Девушка обернулась и радостно обратилась к юноше-кукловоду:
– Кто-то сказал, что мы скоро дойдем до Небесных чертогов? Неужели правда? Значит, мы… мы вот-вот окажемся в Облачной пустоши?
По легенде, Небесные чертоги находились в юго-восточной части Облачной пустоши. Они были своего рода барьером, отделяющим Облачную пустошь от Срединных равнин. Можно считать, что путник, благополучно добравшийся до Небесных чертогов, оказывался в затерянном рае.
– Первой прилетела черная птица… Это поистине дурное предзнаменование, – пробормотал Сумо, не отвечая на вопрос девушки.
Похоже, пророчество начинало сбываться.
Снежная шапка, сбитая вихрем, поднятым взмахами крыла птицы, сползла с вершины горы и огромной белой лавиной обрушилась на ошеломленных путников. Несколько человек, сидевших на самой высокой части склона, не успели вовремя подняться и спрятаться в укромном месте. Лавина унесла их за собой в бездну, лишь пару раз среди снега мелькнули руки несчастных.
– Лавина! – раздался громкий крик, заставивший беженцев выйти из оцепенения. – Спасайтесь! Убегайте скорее! Снежная лавина!
Вместе с криками донесся металлический звон, словно кто-то бил в колокол. Это Железный котел Ли, первым придя в себя, принялся изо всех сил колотить бревном по котелку, в котором готовил кашу, невзирая на то, что котелок был еще очень горячим.
Обернувшись и увидев надвигающуюся сверху снежную волну, На Шэн охнула от ужаса. Ее лицо вмиг стало белее снега. Разбушевавшаяся стихия внушала девушке, считавшей себя незаурядным медиумом, панический страх. Она хотела сорваться с места и бежать в укрытие, но ее руки и ноги разом обмякли и перестали слушаться. Огромная снежная лавина высотой в несколько десятков чжанов[10] неумолимо приближалась.
На самом краю Небесных чертогов, в центре Облачной пустоши, находилось Зеркальное озеро. Его поверхность была похожа на огромное зеркало, в котором отражается темное ночное небо и город, возвышающийся посередине. Это был огромный величественный город со зданиями, верхушки которых будто упираются в небеса.
В центре города стояла гигантская белая башня. Она была так высока, что ее шпиль терялся в облаках и даже птицы с трудом могли подняться на ее вершину.
На вершине башни всегда бушевал ветер, раздувая рукава и полы одежды всех, кто там находится. Основание белой башни занимало десять цинов[11] земли, и, хотя она сужалась к своей вершине, площадь верхних помещений составляла целых два цина.
Несмотря на огромные размеры башни, в ней располагались только храм, обсерватория и алтарь предков.
В обсерватории было прохладно и свежо. Порыв ветра заставил стоящую там женщину потуже затянуть пояс халата. Четки, выскользнув из ее рук, упали на пол. Стоящая рядом с ней пожилая женщина в черном платье в тревоге повернула голову, словно почуяв в ветре зловещее предзнаменование, и посмотрела на юго-восток.
На звездном небе появилась большая тень, похожая на черную тучу.
– Кто-то спугнул птицу би-и! Похоже, какие-то люди подошли к Небесным чертогам, – со вздохом произнесла пожилая женщина. – На снежном перевале опять появятся горы замерзших тел. Как эти глупые бродяги могут быть настолько безрассудны?
– Сириус[12] сменил цвет на пунцовый! – внезапно заговорила ее молодая спутница, вглядываясь в звездное небо. Она показала рукой на одну из звезд. Голос ее слегка дрогнул. – Госпожа Заклинательница, человек, несущий беду, идет сюда!
– Небесная дева, кто, ты говоришь, идет? Человек, несущий беду? – воскликнула пожилая женщина. В ее темных глазах появился блеск. – Небесная дева, собери всю информацию об этом человеке, пусть У Пэн пошлет кого-нибудь, чтобы предотвратить беду.
В восточной части неба действительно появилось что-то похожее то ли на звезду, то ли на облако, повиснув над Небесными чертогами.
– Зло возвращается! – медленно произнесла девушка, расшифровывая небесные знамения. – Кто-то родом из этих мест возвращается обратно.
– Покажи мне, Небесная дева! – попросила Заклинательница, наклоняясь к ней. – Тот, кто возвращается, несет с собой зло?
– Я не могу разобрать… – ответила девушка после недолгого раздумья, глядя на Сириус. Затем она опустила голову. – Мне не видно, кто это. Однако небесные знамения предвещают: зло и несчастье скоро придут в Облачную пустошь. Сириус, Бенетнаш[13] и Чжаомин[14] загорелись поочередно одна за другой, облака закрутились в спираль, это значит, что Облачная пустошь в опасности!
Заклинательница была поражена. Она с изумлением посмотрела на Небесную деву – самую могущественную в храме.
«Неужели в этом мире существует кто-то, о ком Небесная дева не может ничего узнать? Что же это за человек, вернувшийся в родные края? И что за звезда, пророчащая несчастья, взошла на небосклоне?»
Северная часть Зеркального озера граничила с долиной горы Цзюи, располагающейся на севере Облачной пустоши.
Бесшумно разрезая крыльями облака тумана, сотни крылатых коней мягко опускались на землю. Крылатые скакуны были невероятно прекрасны – их длинные шелковистые гривы развевались на ветру, словно атласные флаги. Крылья, выходящие из-под ребер, казались тоньше крыла цикады, а посередине высокого лба каждого скакуна сверкала белая звезда.
Всадники, сидящие на этих красавцах, были облачены в черные мантии, края которых разлетались в разные стороны. Головы всадников покрывали черные шлемы, а их лица были закрыты масками, сквозь отверстия в которых виднелись тусклые, безжизненные глаза, похожие на черные дыры.
Во главе отряда стояли два всадника – в синем и в белом. Спустившись с небес на землю, они намеревались вернуться в Бесцветный город через портал, открывшийся на горе Цзюи. Но стоило коням оказаться на твердой поверхности, как двое всадников, возглавляющих отряд, остановились.
– Бай Ин, ты видела Сириус? Похоже, грядут великие перемены! – произнес всадник в синем одеянии, управляющий левым флангом. Он поднял голову и, нахмурившись, взглянул на самую яркую звезду, выделяющуюся на ночном небе. – Надо скорее доложить Ведающему Судьбами!
Звезда Сириус приобрела темно-красный цвет. Она одиноко сияла холодным светом, словно суля бесчисленные реки крови, которые в скором времени должны были пролиться под этим небом. И среди жителей Кунсана, и у нынешних правителей империи Цанлю из Ледяного клана существовало поверье, что Сириус – предвестник несчастья. Стоит только Сириусу появиться на небосклоне, как в мир людей приходит большая беда!
– Возвращайся, Лань Ся, – мягко, но в то же время решительно сказала всадница в белом. Полы ее одежды развевались от дуновения ночного ветра. – Сириус встал на востоке. Мне нужно отправиться к Небесным чертогам и поговорить с Богиней Ночи.
– Будь осторожна! – обеспокоенно ответил Лань Ся. Похоже, его статус был ниже, чем у спутницы: он не мог остановить ее и потому лишь попытался предостеречь. – Принцессе надо быть осторожной. Эти варвары из Ледяного клана заметят, что ты одна, и могут…
– Не беспокойся, я взяла с собой сияющий меч!
Девушка в белом улыбнулась, подняла руку и слегка выкрутила запястье. В руке лязгнул белый светящийся меч длиной около трех чи. Она опять резко повернула запястье, и тот исчез. Лишь белая рукоять оружия продолжала сверкать в ладони. От взмаха белоснежного меча в воздухе закружились цветы и листья и, словно иней, опустились на землю.
Девушка обернулась и с улыбкой произнесла:
– С небесным скакуном и сияющим мечом мне ничего не грозит! Если на моем пути не встанут все Десять шаманов, то даже Небесный легион не остановит меня!
– Слушаюсь, – ответил Лань Ся, кланяясь Бай Ин, не спускаясь с лошади. Затем он положил руку на лезвие меча и отдал честь воинам обоих отрядов. – Как истинный последователь мастера меча, я не смею сомневаться в способностях принцессы.
Бай Ин щелкнула пальцами, и свечение на ее ладони исчезло. Спрятав рукоять меча, она еще раз посмотрела на звезды. Между ее бровями появилась глубокая борозда. Она кивнула своему спутнику:
– Я съезжу ненадолго и сразу вернусь, а ты пока отведи отряды назад.
– Обязательно возвращайся в город до рассвета! – попросил Лань Ся и, не тратя лишних слов, развернул коня. – Иначе принц и князья будут беспокоиться.
– Хорошо, – согласилась Бай Ин. – Поезжай!
Небесные скакуны вновь расправили крылья и взмыли в воздух, унося воинов в черных одеждах. Ни один из них не произнес ни звука, лишь тихий шелест крыльев нарушал ночную тишину. Вскоре все они растворились в дымке озерного тумана.
«Сумо, Сумо… Ты должен забыть!»
Этот голос… Он вновь послышался ему во сне.
Он звучал как песня, протяжно и ласково, обволакивая его с ног до головы, словно плотный кокон, не пропускающий даже воздух. Сумо почувствовал, что задыхается, и изо всех сил заработал руками, пытаясь разорвать этот кокон, сковавший его, но все его усилия оказались тщетными.
Голос вдруг зазвучал совсем рядом.
«Сумо, ты так крепко спишь! Почему ты плачешь? Зачем ты ушел и почему вернулся опять? Что ты ищешь здесь? Что осталось в твоем сердце? Скажи мне, чего ты хочешь?»
Тихо спросила она, с нежностью смотря на спящего. Ее бледное лицо, словно без единой кровинки, оказалось прямо перед ним и почти касалось его щеки. Между бровями у нее виднелось ярко-красное пятно в виде четырехконечной звезды, еще более оттенявшее тусклость кожи. Она была похожа на призрак: дунешь – и растворится, как дым.