Трой Деннинг – Страницы боли (страница 53)

- Зоомби, ты… останешься со мной… нет?

- Нет, Джейк… Я не могу.

Отвернувшись от нее, Тесей не увидел, как взорвался последний алый кокон. Он почувствовал это.

ОСТРОВ ОТЧАЯНЬЯ

Они идут за плывущими по серебристым волнам черными шариками, трассонец и демон, идут вдоль извилистых каналов, идут по журчащим проливам, берега которых поросли высокими и едва различимыми в тумане деревьями. В воздухе висит густой запах Шебы, смесь едкой вони темной крови и затхлого аромата спутанного меха, а белый туман клубится от следов ее торопливого неглубокого дыхания. По дорожке из темных шариков крови они отслеживают ее путь, чуют ее страх в кислой желчи своей собственной растущей жажды. Одержимость трассонца тяжело и резко бьется внутри его черепа; они выследят монстра и спасут Серебряного Ветра – если это, конечно, возможно. Но что насчет Джейк? Ее сердце замерло, лужа расплывшейся вокруг тела крови перестала расти и побагровела, все ее Боли исчезли.

Внутри трассонца пылает злость, горькая, бурлящая и черная, как смола. Кого он способен обмануть? Злость его направлена вовсе не на Карфуда или его самого, как он хочет нас убедить. Его гнев вызван лишь тем, что все его убеждения оказались ложью, тем, что он пропитан пороком, пропитан настолько, что не в силах признаться в этом даже самому себе – но я же знаю правду. Госпожа знает все.

Он – не прославленный герой, этот трассонец; он слишком эгоистичен, слишком ревнив. Ему стоит не завидовать обретенной Джейк свободе, а радоваться ее уходу; ему следует быть счастливым, ведь она смогла отыскать путь из своего лабиринта к свету – да и вам тоже. Зачем грустить и гневаться? Я не нарушила своего обещания. Это правда, что тифлинг прошла сквозь невероятные страдания, муки, которым под силу сломить даже волю гиганта, познала скорбь, способную уничтожить бога – все, как я и говорила, но разве она не нашла выход и не обрела свою награду? Если Единая Смерть – не то, на что вы надеялись, то не меня следует в этом винить. Я же говорила, что она – одна из Пыльных, и какое мне дело до того, что вы питаете тайную симпатию к мертвецам?

Идя вдоль изгибов затянутого туманом канала, трассонец и демон следуют за дорожкой из капель черной крови. Волны еще не успокоились, в воздухе до сих пор витает запах Шебы, и они упорно продолжают высматривать ее светлый силуэт в жемчужно-белом тумане. Вокруг них возвышаются уже не болотные деревья, а едва различимые сквозь белую хмарь однообразно-серые гранитные стены; илистое дно, в которое глубоко погружались пальцы омерзительной ноги Потерявшего Память Героя, сменяется твердой и неровной землей. В конце прохода проступают очертания низкого бастиона. В тумане виднеются лишь темные щели между известняковыми блоками да небольшие арочные врата.

Не останавливаясь, Карфуд устремился к ним.

- Тонущий дворец, - пригнувшись, чтобы не удариться о косяк, он ступил на ведущую вверх полузатопленную лестницу. Когда демон начал подниматься, с его крыльев хлынули потоки серебристой воды. – Как бы я хотел составить его карту!

- Повремени с этим до тех пор, пока Шеба не окажется мертва, - про себя Тесей добавил: «Если ты не вынудишь меня убить и тебя тоже».

- Ты весьма в себе уверен, - танар’ри добрался до верха лестницы, где вода доходила ему лишь до щиколоток, и остановился. – Это хорошо, ведь мы не хотим угодить в ее ловушку, не так ли?

Прижавшись к стене, Карфуд жестом велел Тесею подойти. После пары крайне неприятных мгновений соседства с изуродованной болезнью грудью демона трассонец втиснулся в узкий проход. Стекающая с его одежды и тела вода потоками струилась между обломков камней, вывалившихся из древних стен замка. Туман заметно поредел, давая возможность видеть на целую дюжину шагов вперед. Там, на пересечении четырех коридоров, находились гигантские вращающиеся ворота, длинная створка которых стояла ребром. Трассонцу доводилось участвовать в штурме множества крепостей, так что он сразу понял, что это - вход, ведущий в запутанный лабиринт простреливаемых со всех сторон коридоров, смертельную ловушку для захватчиков.

По одну сторону врат лежало окровавленное и неподвижное тело Серебряного Ветра. Лишь поднимающаяся и опускающаяся грудь свидетельствовала о том, что он еще жив. К противоположной же была прислонена амфора. Шеба пряталась позади, но она была так велика, что даже толщина створки не могла скрыть ее подергивающийся силуэт. Под обрубком ее руки натекла лужа черной жидкости.

- Она хочет, чтобы мы разделились.

- Без сомнения, она была бы не против, но ее план состоит в другом. Она предлагает тебе выбор – амфора или бариаур, - опустив взгляд, демон изогнул губы в улыбке, обнажая желтые клыки. – Тебе предстоит решить, герой ты или нет. Что для тебя важней – жизнь друга или утраченные воспоминания?

- Выбрать способен кто угодно; герой же получит и то, и другое, - набрав полную ладонь темной крови, текущей из многочисленных ран демона, Тесей обтер ей клинок. – Я спасу Серебряного Ветра. Ты заберешь амфору.

Маленькие глаза Карфуда вспыхнули алым.

- Если думаешь, что вправе отдавать мне приказы…

Проходя мимо него, Тесей резко ткнул в один из желтых коконов, висящих на изуродованном чумой боку танар’ри. Тот взорвался, разбрызгивая ихор по огромным бедрам демона. Зашипев от боли, Карфуд опустился на одно колено.

- Не хочу тратить время на споры, - трассонец положил руку на еще один желтый кокон. – Мы сделаем…

- Можешь сколько угодно меня мучать, - прорычал Карфуд. – Это ничто по сравнению с тем, что ждет тебя, если мы разделимся. Даже без руки Шеба способна заживо содрать с тебя шкуру – и, если мне удастся спастись, я непременно проделаю с твоими друзьями то же самое.

Демон уставился на ладонь трассонца, даже не пытаясь отвести ее в сторону. Тесей нахмурился. Неужели Шеба настолько сильна, что даже без руки вселяет страх в сердце лорда танар’ри?

- Сердца танар’ри не ведают страха, - Карфуд медленно встал и устремил взгляд вперед. – Если тебе нет дела до судьбы твоего товарища, давай воспользуемся сложившейся ситуацией. Если мы не заберем амфору до того, как он умрет, она передумает.

- Я сказал – и то, и другое.

Используя свою новообретенную конечность, Тесей нащупал валяющийся под водой камень и, переложив клинок в левую ладонь, взял его в руку. В недавнем прошлом он потратил бы множество бесценного времени на бесцельные размышления о том, как его поступок следует расценивать с точки зрения чести. Он бы задался вопросом, не потеряло ли силу данное им Посейдону обещание, раз уж Госпожа Боли сама прогнала от амфоры его друзей. Он бы провел драгоценные минуты в раздумьях, не отказалась ли она от нее и, если так, может ли он претендовать на ее содержимое...

Но сейчас трассонец просто принял все, как должное.

- Друг мой, ты начинаешь мыслить как танар’ри, - произнес Карфуд. Если демон и затаил на Тесея злость за ту боль, что он причинил ему ранее, по его голосу этого невозможно было понять. – Мне нравится.

- Значит, мне точно грозит бесчестье.

Повернувшись, Тесей направился вперед. Карфуд следовал за ним по пятам. Они держались середины коридора, чтобы не выдать своих намерений.

Когда они приблизились к стоящей ребром створке, лодыжки Шебы окутало разрастающееся облако белого тумана. Она продолжала вздрагивать, даже не пытаясь обернуться и посмотреть на них. Ее спокойствие встревожило трассонца; она была достаточно умна, чтобы понимать, что они ее видят.

Когда до ворот оставался один шаг, изливающийся в проход туман уже достиг уровня коленей Шебы. Обманным жестом потянувшись к Серебряному Ветру, Тесей резко бросился в противоположном направлении. Прочитав его мысли, Карфуд рванулся к бариауру. Шеба не двинулась с места.

Трассонец швырнул в амфору камень, который с громким глухим стуком пробил в ней дыру. Оттуда вырвался каскад изодранных черных лент вперемешку с шелковистыми золотыми нитями. Они извивались и трепетали, словно стремящиеся выбраться из гнезда молодые змеи. С дальней стороны врат, где скрывалась Шеба, по-прежнему виднелся ее спутанный мех.

- Во имя Тьмы! – проклятье Карфуда сопровождалось громким рвущимся звуком и злобным, полным боли воплем. – Она…

Остальную часть фразы заглушил длинный булькающий рев. Тесей уставился на монстра, который по-прежнему оставался недвижим. До него понемногу начало доходить, что происходит. Он отступил было назад, чтобы броситься Карфуду на помощь, но вовремя одумался и устремился к противоположному концу ворот.

Нечто тяжелое врезалось в створку, и проход сотряс оглушающий грохот. Тесей поравнялся с амфорой, нижняя часть которой полностью скрылась в поднимающемся тумане. Как бы ему ни хотелось схватить ее и броситься бежать, он не мог оставить Карфуда. Вплоть до сего момента демон добросовестно исполнял данную им клятву, и трассонец не мог опуститься до того, чтобы отплатить ему настолько черной неблагодарностью. Пробегая мимо амфоры, он с силой пнул ее.

Она оказалась куда крепче, чем он думал. Его нога пробила в ней еще одну дыру, и кувшин завалился набок. Из него появилась очередная изодранная лента грубой черной материи, захлестнув его щиколотку. Трассонец попытался стряхнуть ее, но она лишь затянулась крепче и принялась наматываться на его ногу.