Трой Деннинг – Страницы боли (страница 3)
Клерк кинул многозначительный взгляд в сторону двери. Двое стражников теперь стояли внутри фойе, смотря на трассонца так, словно все это время ожидали от него неприятностей.
- Шшшшто насссчет моего хвоссста? – пожаловался кхааста. – Есссть ззззакон, запрещающщий ломать хвосссты, ессссть!
Стражники кивнули скорее друг другу, чем кхаасте, а затем вскинули копья и двинулись вперед. Толпа раздалась в стороны, пропуская их, а бариаур перевел взгляд обратно на трассонца.
- Это правда? Ты на него напал?
- Я не причинил ему никаких серьезных повреждений, - резко бросил трассонец. Разве не кхааста был виноват в произошедшем? – Он осмелился преградить мне путь. Даже тебе должно быть очевидно, что дело мое чрезвычайной важности.
Бариаур вскинул брови и поднял ладонь, приказывая стражникам остановиться.
- Ты провозглашаешь статус Экстренного Приоритета?
- Если это значит, что мне не придется ждать, то да!
Облизнув губы, служитель опустил руки на стол и подался вперед, опираясь на локти.
- Тебе следовало сказать это охранникам, которые убедились бы в наличии у тебя необходимого количества денежных средств и проводили в начало очереди, чтобы избежать беспорядка и досадных эпизодов вроде ломания хвостов, - скорчив угрюмую мину, бариаур посмотрел на кхаасту, а затем перевел взгляд на трассонца. – Но, учитывая, что ты и так здесь, пропустим этот этап и перейдем прямо к сбору. Теперь можешь внести плату.
- Плату?
- Десять золотых, - глаза бариаура под стеклами очков угрожающе расширились. – Иначе бы каждый, кто входит в эти двери, провозглашал бы статус Экстренного Приоритета, не так ли?
Видя, что трассонец не спешит тянуться за кошельком, охранники снова двинулись вперед.
- Именем Зала Ораторов, ложное объявление статуса Экстренного Приоритета является преступлением против закона Госпожи, - произнес высокий, который говорил с трассонцем раньше. – Преступления против закона Госпожи караются не менее чем…
- Есть у меня деньги!
Поставив амфору на пол, трассонец прислонил её к стойке и, придерживая ногой, открыл кошелек и отсчитал требуемую сумму. На десять золотых можно было купить немало вина, но в Трассосе его всегда угостят и бесплатно. Он передал деньги бариауру, который пересчитал их, сделал запись в гроссбухе и опустил монеты в щель на поверхности столешницы.
- Квитанция нужна?
- Нет. Мне нужно…
Бариаур поднял палец, приказывая трассонцу замолчать, а затем достал из-за скамьи большой железный колокол и шесть раз ударил в него. Негромкий звон, похожий на пение птиц, разнесся по всему просторному холлу. Когда угасли последние отголоски, помещение наполнилось негромким шумом разговоров. Выйдя из-за угла, трое молодых людей в бледно-голубой униформе с уродливыми красными наплечниками вытянулись во фрунт рядом со стойкой. С противоположной стороны показались ещё шестеро охранников в такой же алой броне, что и стоявшие у ворот воины. Они встали между толпой и стойкой, держа копья наизготовку. Откуда-то из глубин здания послышался неторопливый стук четырех копыт по мраморному полу.
Окунув перо в чернильницу, бариаур занес его над гроссбухом и посмотрел на трассонца.
- Имя?
Тот заколебался, не желая публично признаваться в своей единственной слабости. По холлу пронесся нетерпеливый ропот, и охранники принялись теснить толпу назад.
- Имя?
- А-э-ы, а зачем оно нужно?
Глаз бариаура дернулся.
- У нас здесь свои порядки, болван! Имя?
- Ты посмел назвать меня… - трассонец прикусил язык, напомнив себе о том, что без помощи этого бариаура ему не обойтись. – Я – эм – не могу назвать тебе свое имя.
Доносившийся из глубин здания мерный стук копыт стал громче, и двое охранников шагнули вперед, окружая гостя.
- Не хочешь или не можешь, болван?
- Не могу, - стражники не произвели никакого впечатления на трассонца, но он все равно заставил себя ответить вежливо. Его задача состояла не в том, чтоб проливать кровь, а истинные герои никогда не идут на поводу у эмоций. – Я не знаю своего имени. Я ничего не помню с тех пор, как очнулся на побережье возле Трассоса, чьи жители были столь добры, что заботились обо мне до тех пор, пока я не смог отплатить им за заботу, убив великую гидру. Вскоре я услышал о могучем крокодиле, что преследует рыбаков на реке Гебрус, поэтому я отправился…
- Да, да. Я это уже слышал, - фыркнул бариаур. – Но что мне записал в гроссбух? Тот, убил Гидру Трассоса, приручил Гебронского Крокодила и так далее, и тому подобное? У меня только одна строка.
Трассонец задумался, Пока он размышлял, доносящийся из глубин здания стук копыт становился все громче и громче. Наконец он поднял взгляд.
- Люди Трассоса зовут меня Потерявшим Память Героем. Это должно поместиться в строку.
Бариаур глубокомысленно кивнул.
- Потерявший Память Герой, значит, - сделав запись в гроссбухе, он снова опустил перо в чернильницу. – Следует ли мне в качество твоего дома указать Трассос, Уровень Первый, Арборея?
Потерявший Память Герой кивнул.
- Это единственный дом, что я знаю.
Бариаур записал и это, а затем перевел взгляд на трассонца.
- Конечно, не помнить своего имени – весьма серьезное дело, но само по себе оно едва ли заслуживает статуса Экстренного Приоритета, - он ещё раз смочил перо и произнес почти с симпатией: - И все же ты заплатил, и вернуть тебе деньги я не могу. Кого ты желаешь увидеть в первую очередь? Бюро Человеческих дел или Комиссию Внепланарных Рас? Согласно эдикту Экстренного Приоритета Зала Ораторов, для ответа на один единственный вопрос ты можешь затребовать не более десяти встреч.
Трассонец почувствовал, что его желудок перевернулся.
- Вы можете рассказать мне, кто я?
Бариаур причмокнул губами.
- Я не вправе разглашать подобную информацию, - его перо продолжало висеть над гроссбухом. – Мои обязанности состоят лишь в том, чтобы составлять списки аудиенций. Итак, кого ты желаешь увидеть?
Трассонец чуть было не потребовал Бюро Человеческих Дел, но в последний момент нашел в себе силы побороть искушение. Прославленные герои, к числу которых он, несомненно, принадлежал всегда, не могли ставить свои потребности выше данных ими обетов.
- Если ты не знаешь, к кому хочешь попасть, я вправе дать тебе список.
Доносящийся из глубин здания стук копыт стал ещё громче; трассонец в любую секунду ожидал, что из-за угла вот-вот появится огромный бариаур. Из толпы посыпались оскорбления и предложения. Стражники заорали в ответ, требуя от посетителей оставаться на своих местах и подчиняться правилам. Чтобы его смогли расслышать сквозь весь этот шум, Потерявшему Память Герою пришлось перейти на крик.
- Я здесь не ради своего имени. Я хочу видеть Госпожу Боли!
Старый бариаур сдернул с носа очки, и в холле внезапно воцарилась тишина, нарушаемая лишь приближающимся стуком копыт по камню. Клерк перегнулся над столом и, изогнув кустистые белые брови, уставился на Потерявшего Память Героя.
- Прошу прощения? Ты сказал – Госпожу Боли?
Потерявший Память Герой кивнул.
- Именно, - он указал на большую амфору, которую придерживал ногой. – У меня для неё дар.
По толпе пронесся нервный смешок, и несколько стражников угрожающе рявкнули в ответ. Раздававшийся позади стойки стук копыт внезапно стих. Лицо бариаура обрело глубокий малиновый оттенок.
- Сейчас не время для шуток, болван! Ты провозгласил статус Экстренного Приоритета!
- Я и не шучу, - возразил Потерявший Память Герой. – Я здесь, чтобы доставить Госпоже Боли дар. Итак, мой вопрос таков – где я могу найти её дворец?
Позади стойки послышался короткий стук, и за клерком появился второй бариаур. Превосходившая своего помощника ростом на целую голову, она была намного больше всех представителей этой расы, когда-либо виденных Потерявшим Память Героем – по крайней мере, насколько он помнил. Её передние ноги, скрытые шелковыми одеяниями, виднелись над краем конторки, а изможденное лицо оказалось удивительно плоским, за исключением длинного узкого носа, который возвышался надо ртом, словно сторожевая башня. Длинная и пышная грива волос, окрашенных в тот же бледно-голубой оттенок, что и мраморные стены зала, не могла полностью скрыть два золотых изогнутых рога, растущих из висков.
Потерявший Память Герой невольно распахнул рот и, тут же захлопнув его, отвел взгляд в сторону. Для женщин-бариауров наличие рогов считалось уродством; было бы невежливо продолжать на них пялиться.
Новоприбывшая обвела толпу сердитым взглядом, а затем посмотрела на клерка.
- Ты прозвонил в чрезвычайный колокол, Эарлик?
Хоть она и произнесла «Эарлик», трассонец заподозрил, что она нарочно исковеркала достаточно популярное имя «Эрлик», чтобы оскорбить своего служащего.
Не глядя ей в глаза, Эрлик кивнул.
- Да, мадам Мок, - прищурившись, клерк ткнул пальцем в соответствующую строку. – Человек, известный под именем Потерявшего Память Героя из Трассоса, что на Арборее, Первый Уровень, объявил статус Экстренного Приоритета и заплатил требуемую сумму.
Мадам Мок устремила взгляд на Потерявшего Память Героя. Её мрачное лицо приобрело ещё более хмурое выражение.
- У этого Потерявшего Память Героя, у него есть настоящее имя?
- Если и есть, я его не знаю, - трассонцу надоело, что о нем говорят так, словно его тут нет. – Я не помню ничего, что было перед тем, как я очнулся на берегу возле Трассоса, чьи добрые горожане заботились обо мне, пока я не набрался сил, чтобы отплатить им, прикончив гидру, которая…