Трейси Лоррейн – Предательство, которому ты служишь (страница 10)

— Хочешь, чтобы я подождала?

Я смотрю на часы, и мои глаза расширяются, когда я вижу, что еще даже не так поздно. Такое чувство, что сегодняшний день длился целую неделю.

— Не нужно, я, наверное, просто лягу спать, — вру я. Реальность такова, что я собираюсь провести всю ночь, уставившись в потолок, думая обо всех вещах, которые могла бы сделать по-другому, поскольку мои сожаления о том, что произошло, угрожают утопить меня.

— Хорошо, если ты уверена. Если что, то я полностью готова к ночи дрянных ромкомов и ведру мороженого, пока ты топишь свои печали.

— Я просто хочу спать.

— Хорошо. Подожду другого дня, чтобы вытереть пыль со своих старых DVD-дисков.

— Договорились.

— Позвони мне, если тебе что-нибудь понадобится.

Она исчезает, и в ту же секунду, как за ней закрывается дверь, все мое тело обмякает от поражения, и я, спотыкаясь, ползу в ванную.

На самом деле, у меня нет сил принимать душ, но каждый раз, когда двигаюсь, я чувствую на себе запах Луки и Леона, и мне нужно, чтобы он исчез. Нужно, чтобы память о том, как сильно я облажалась сегодня вечером, исчезла.

Действие водки, кажется, уже давно прошло, оставив лишь затяжной глухой стук в висках.

Стянув через голову рубашку Леона, сбрасываю трусики и встаю под струи воды, надеясь, что они смоют не только их запахи, но и воспоминания о каждом плохом решении, которое я приняла сегодня вечером.

Мне не следовало убегать.

Если бы я не сходила с ума при мысли о том, что кто-то еще забеременел ребенком Кейна, то, возможно, всего этого можно было бы избежать.

Откидываюсь спиной на кафельную стену и соскальзываю вниз, пока моя задница не ударяется об пол.

Ярость, появившаяся на лице Кейна, когда он понял, что я делала с Даннами, заполняет мой разум до полного опустошения Луки, когда он обнаружил, что мы с Леоном лгали ему в течение многих лет.

Рыдание рвется у меня из горла, когда я опускаю голову на руки и, наконец, позволяю себе утонуть в своих сожалениях и боли, которая приходит вместе с ними.

Звук людей, передвигающихся за пределами моей комнаты, будит меня на следующее утро задолго до того, как я готова взглянуть в лицо реальности.

Мои глаза опухли и болят от долгих ночных рыданий, а тело отяжелело от усталости.

Перевернувшись, я хватаю телефон и смотрю на время, не упуская из виду, что у меня нет звонков или сообщений ни от Кейна, ни от Луки.

Я все понимаю. Должно быть, они оба ненавидят меня прямо сейчас.

— Черт, — стону в подушку, зная, что мне нужно что-то сделать с катастрофой в моей жизни, но на самом деле я была бы более чем счастлива весь день прятаться в своей комнате и ни с кем не разговаривать.

Отказываясь вести себя во всем этом как жертва, я вытаскиваю свою задницу из постели и одеваюсь.

Во всей этой неразберихе есть один человек, который не сделал ничего плохого, и с этого мне нужно начать.

Натянув джинсы и свитер, собираю волосы в небрежный пучок и наношу легкий слой макияжа, прежде чем открыть дверь.

Все взгляды устремляются на меня, когда я выхожу, напоминая мне, что каждый человек здесь знает о том, что произошло прошлым вечером. Мои щеки вспыхивают, когда образ Леона между моих бедер опаляет меня.

О чем, черт возьми, я думала?

Я не думала. Меня подпитывали гнев и водка.

Никто ничего не говорит, когда я прохожу через комнату, и мне совершенно не нравится, что они ходят на цыпочках вокруг меня.

— Все в порядке, можете продолжать, как будто я и не входила.

— Прошлым вечером ты устроила настоящую сцену, — говорит Брэкс после еще нескольких неловких секунд.

— Извини, если испортила вечеринку.

— Мы все равно были не в настроении, — добавляет Уэст.

— Но ты, конечно, принесла с собой развлечение.

— Сказала бы «всегда пожалуйста», но… — Я замолкаю.

— Как ты себя чувствуешь? — сочувственно спрашивает Элла.

— Лучше, чем следовало бы. — Наверное, я протрезвела перед тем, как заснуть, так что мне удалось избежать худшего похмелья.

— Голодная? — спрашивает Вайолет, пододвигая ко мне тарелку с пирожными.

— Спасибо, — бормочу я, поднимая одно.

— Я… эм… — Указываю на дверь. — Мне нужно попытаться исправить кое-что.

Вижу любопытство относительно того, с кем именно я собираюсь увидеться на всех их лицах, но никто из них не спрашивает, они просто кивают или грустно улыбаются, когда оставляю их наедине с этим.

К тому времени, как подъезжаю к дому Даннов, я уже на взводе. Мне не только придется встретиться с ними лицом к лицу после того, что произошло между нами всеми, но мне также придется посмотреть в глаза всем их соседям.

Глубоко вздохнув, я вылезаю из машины, прежде чем успеваю убедить себя вернуться в общежитие и спрятаться.

Не желая никого будить, я отказываюсь от звонка в дверь и, просто открыв дверь, вхожу внутрь. Есть большая вероятность, что они все равно не впустили бы меня, если бы увидели, что это я.

Звуки разговоров доносятся из гостиной, поэтому я направляюсь в ту сторону в надежде найти там Луку.

Я останавливаюсь в дверях, зрелище передо мной буквально лишает меня дара речи.

Я должно быть издаю какой-то звук, потому что через секунду все взгляды поворачиваются ко мне.

— Летти! — радостно объявляет Шейн, младший брат близнецов, пока мои глаза остаются прикованными к Луке, который баюкает свою маленькую племянницу.

Лука поднимает на меня взгляд, но я не вижу в глазах счастья, и мое сердце снова разбивается вдребезги. Кожа вокруг его глаза почернела и опухла, а на щеке проступает неприятный синяк от кулаков Кейна. Мой желудок переворачивается при мысли о том, что они подрались из-за меня.

— Привет, — здороваюсь я, наконец-то глядя на Шейна, когда напряжение в комнате становится невыносимым. — Она великолепна.

Улыбка Шейна озаряет его лицо, когда он смотрит на свою дочь.

— Спасибо. — Он тянется к девушке рядом с ним. — Ты помнишь Челси, верно?

— Конечно. — Я мило улыбаюсь ей, неловко стоя и чувствуя, как взгляд Луки прожигает меня.

— Чего ты хочешь, Лет? — рявкает он, заставляя Шейна ахнуть от удивления.

— Я-я эм… надеялась, что мы сможем поговорить, — неловко произношу я, заламывая руки, когда все смотрят на меня.

— Леон наверху, если тебе нужно с кем-то поговорить. Вы, двое, кажется, близки в эти дни.

— Лу, пожалуйста. Все совсем не так, как кажется.

— Нет? Тогда как? Потому что в последний раз, когда я видел вас двоих вместе, его голова была…

— Лука, — гремит Леон у меня за спиной, обрывая его слова.

Не поворачиваюсь, чтобы посмотреть на Леона, хотя чувствую легкое прикосновение его пальцев к моей пояснице, когда он проходит мимо меня. Я ценю его поддержку, но не думаю, что ее будет достаточно.

— Мы как раз собирались позавтракать, не хочешь присоединиться к нам?

— Она не может, — отвечает за меня Лука.

— Лу, пожалуйста. Мы можем просто поговорить?

— У тебя были годы, чтобы сказать мне правду, Лет. Время ушло.