Тревьон Бёрнс – Дрожь (ЛП) (страница 30)
Сердце Веды сжалось.
***
Если бы он только знал.
Если бы Гейдж только знал, как она проводила каждую свободную минуту своего времени, выслеживая Тодда Локвуда с намерением убить его. Шпионила за ним в спортзале. В припаркованной машине возле его дома. Во время обеденных перерывов в «Блэкуотер Круиз».
Если бы Гейдж только знал настоящую причину её возвращения в Тенистую Скалу, он бы стал относиться более уважительно к их отношениям «друзья по сексу».
Гейдж пренебрегал ими снова и снова. С каждым днем он становился все настойчивее и наглее. Веда знала, что их бурный роман близок к фееричному завершению. Теперь она поняла, что Гейдж никогда не перестанет подталкивать её к тому, чего она не в силах ему дать сейчас.
И никогда не сможет.
Чего — то, чего у нее нет, чтобы разделить.
Часть её, которая была способна любить и быть любимой, умерла 10 лет назад. Это та часть её души, которая никогда не вернется назад.
Никогда больше.
Это часть её, которая умерла вместе с Тоддом Локвудом.
Веда знала, что Гейдж не поймет её.
И она знала, что должна покончить с этим.
К счастью, Тодд вышел из своего дома, и Веда осознала, что её начало подташнивать даже от одной только мысли порвать с Гейджем. Не от самой мысли расстаться с мужчиной, а от его реакции. Девушка представила, как ему будет больно, а это последнее, чего бы она хотела.
Тошнота усилилась, и Веда сильнее сжала бронзовый медальон в своей руке. Лучше ранить Гейджа сейчас, пока он не успел к ней привязаться, что будет не таким болезненным. Чем, когда они оба привяжутся друг к другу.
Девушка сделала глубокий вдох и попыталась успокоить бурю, бушующую в её душе, при этом наблюдая, как Тодд забрался в свой «Астон Мартин» и сорвался с подъездной дорожки.
Веда завела свою машину, и её маникюр цвета металлик заблестел под лучами восходящего солнца, когда она повернула руль и последовала за ним вниз по дороге.
***
«Сегодня», — решила Веда.
Она порвет все отношения с Гейджем для его же блага.
Нет лучше места сделать это, чем ежегодное мероприятие по сбору средств в больнице Блэкуотер. Гейдж не устроит сцены, так как там будут его родители, бизнес партнеры и самые уважаемые спонсоры. На публике у него не будет шанса затуманить её разум и с помощью своего члена заставить передумать.
Веда почувствовала, как руки Коко обхватили её сзади. Они обе были в зеленых бальных платьях, которые лишь немного отличались по стилю. Девушки были похожи на близнецов. К тому времени, когда они поняли свою ошибку, было уже слишком поздно возвращаться домой и переодеваться.
Коко, конечно же, была не против.
Она тихо взвизгнула.
— Я так рада, что ты все-таки решила прийти. Обожаю такие вечеринки. А с тобой будет еще веселее.
Веда подняла глаза к куполообразному потолку самого большого бального зала в Тенистой Скале. Его украшали тысячи маленьких белых огоньков, которые создавали иллюзию звездного неба. Прозрачно-белые шторы были задрапированы по всему периметру потолка, пока огоньки придавали им ангельское сияние.
Она опустила глаза. Сотни людей в смокингах кружили возле белых обеденных столов, сливаясь в одну большую черно-белую массу, за исключением нескольких женщин в ярких бальных платьях.
— А я, наоборот, ненавижу все эти вечеринки, — возразила Веда, глядя на Коко.
Коко нахмурилась, подняв руку, чтобы заправить волосы за ухо. Как всегда, длинные рукава её платья были сильно опущены вниз, скрывая практически все пальцы на руках. Они были натянуты так сильно, что через вырез её декольте можно было увидеть розовый бюстгальтер.
— Нет, я тоже ненавижу их, — сказала Коко, опустив глаза. — Я просто рада быть здесь с тобой, вот и все.
Веда поправила вытянутый вырез платья Коко, чтобы спрятать бретельку бюстгальтера.
— Это хорошо, что ты любишь такие мероприятия, — сказала Веда. — Это нормально, что мы с тобой не всегда любим одни и те же вещи. Тем более что мне никогда ничего не нравится. Мы можем не соглашаться друг с другом. Но это не значит, что мы не можем… — Веда пыталась остановить себя, прежде чем произнести слово, крутящееся в голове, но не успела. — Но это не значит, что мы не можем быть друзьями. Хорошо?
Услышав это слово, глаза Коко увеличились вдвое. Друзья. Она убрала руку Веды, чтобы натянуть рукава еще ниже, снова показывая бретельку своего бюстгальтера, когда красивая улыбка осветила её лицо.
— Если тебе что-то нравится, покажи это, — сказала Веда. — Если ты что-то ненавидишь, то покажи и это тоже. Никогда никому не позволяй убедить себя в том, что твои чувства ничего не значат. Они значат. Ты сама много значишь.
Коко покраснела, стыдливо опуская глаза.
Веда снова потянулась к ней, поправила вырез, и рукава платья вновь поднялись. Она усмехнулась, сдаваясь, когда Коко дернула их снова вниз.
— Тебе не жарко? — спросила Веда. — Ты выглядишь потрясающе, но ты всегда ходишь в одежде с длинными рукавами. На улице чертова невыносимая жара.
Коко пожала плечами.
— У меня некрасивые руки.
— Бред, бред и еще раз бред. Некоторые танцоры Нью-йоркского балета убили бы за такие изящные ручки, как у тебя.
Коко снова покраснела.
Веда слегка толкнула её в плечо.
— Но, эй… это же твое тело. Если ты хочешь прикрывать свои руки в такую жару, то ради Б ога. Кто я такая, чтобы говорить тебе, что делать, правильно?
Веда вернула свой взгляд к бальному залу.
Когда она поймала взгляд Гейджа, который стоял в другом конце зала под руку со Скарлетт и улыбался двум хорошо одетым мужчинам, кровь застыла в её жилах.
Веда была поражена внезапной реакцией своего тела, до конца не понимая, что это было. Из-за того, что кровь стучала в ушах, девушке было трудно что-либо расслышать. Вдруг как будто издалека она услышала шепот Коко.
— Я так рада, что мы с тобой друзья, Веда.
Но Веда не смогла ей ответить, потому что Гейдж тоже поймал её взгляд. И оказалось, что он перестал слушать людей, стоящих перед ним, как и она перестала слушать Коко.
Гейдж улыбнулся ей, и когда В еду пронзило непреодолимое желание пересечь эту комнату и сделать немыслимые вещи с его членом, она поняла, что приняла правильное решение.
Веда больше не могла позволять ему контролировать свой разум и тело, как это произошло сейчас.
Она не могла себе даже вообразить, что её разум, тело и киска, которая уже была влажной для него, так бурно отреагируют на один его пристальный взгляд.
Девушка не для этого приехала в Тенистую С калу, чтобы отвлекаться на этого богатенького мальчика, и сегодня она покончит с этим.
Пока Гейдж не разрушил все её планы.
***
Веда осилила только половину основного блюда, когда поняла, что больше не выдержит. Она была готова уйти. Не из-за людей за столом. Е й повезло сидеть вместе со своими коллегами-анестезиологами и некоторыми из её любимых медсестер. Даже врачи, которые каким-то образом оказались с ней за одним столом, были вполне терпимы. Казалось, ни один из них не страдал синдромом Бога, как многие хирурги, которых ей приходилось терпеть каждый день на работе. Веда могла вытерпеть даже Коко, которая не переставала смотреть на нее своими выразительными глазами с того момента, как Веда позволила слететь со своих уст слову «друзья» сегодня вечером.
Причина была в том, что на противоположной стороне за первым столиком она заметила, что Гейдж едва слушал свою мать, говорящую достаточно громко. Он с отвращением смотрел на Тодда, с которым до сих пор не разговаривал. Он как будто держался из последних сил, чтобы не перепрыгнуть через стол и не перерезать глотку Тодда блестящим ножом в его руке.
Веда видела нетерпение в глазах Гейджа, когда его отец говорил что-либо. И она заметила, что он даже ни разу не взглянул на Скарлетт…
Потому, что он был занят разглядыванием Веды.
Она не смогла больше ничего проглотить, вдруг осознав, что её отношения с Гейджем разрушат не только её планы, жизнь и будущее. Но также и его жизнь. Веда не могла позволить погубить две жизни, зная, что эти отношения ни к чему не приведут.
Однако покончить со всем этим оказалось не так легко, как она думала изначально. Особенно после каждой секунды, каждой минуты и каждого часа, проведенного с Гейджем, который полностью игнорировал свою семью и улыбался ей через весь зал. Что в свою очередь заставляло её чувствовать себя еще хуже.
Веда положила салфетку на стол и извинилась. Она нуждалась в перерыве. В перерыве от скучных светских разговоров, в перерыве от сентиментального взгляда Коко, которая теперь считала В еду своей лучшей подругой… и в перерыве от горячих взглядов Гейджа.
Сначала она грациозно прошла через весь зал мимо десятка столов. Улыбнулась, когда почувствовала знакомый взгляд, преследовавший её повсюду. Но вскоре девушка вспомнила о своем решении и ускорила шаг, останавливаясь только для того, чтобы поприветствовать людей, которых знала.
Когда она добралась до длинного пустого коридора с золотыми люстрами на потолке, Веда почувствовала себя немного лучше. Стало легче дышать.
Она снова глубоко вздохнула, позволяя своим дрожащим векам прикрыться, пока следовала знакам, ведущим в уборную. Повернув за угол, девушка увидела еще один длинный коридор, который, казалось, был бесконечным.
Складывалось такое ощущение, что внутри неё шла война. Будто внутри её тела велась какая-то битва. Веда была уверена, что если вдруг один из хирургов-мудаков в бальном зале вскрыл бы её прямо сейчас, то они обнаружили бы, что все её органы настроены друг против друга и намерены поубивать всех и вся, не подозревая, что убийство одного означало смерть остальных.