Тревьон Бёрнс – Дрожь (ЛП) (страница 19)

— Ты — настоящая сволочь, Линкольн Хилл, — Вино Маретти упер свои руки в бока, и его глаза были полны тревоги. — Это уже третья боксерская груша, которую ты испортил меньше, чем за месяц.

Угол рта Линка поднялся от ухмылки, пока его обнажённая грудь вздымалась, а с подбородка вёдрами стекал пот. Его руки всё ещё были сжаты в кулаки, которые мгновением раньше уничтожили боксерскую грушу, теперь лежащую у босых ног на ярко-красном ковре. Он пожал плечами. На голову Вино — владельцу крупнейшего тренажерного зала в Тенистой Скале, с потолка вместе с упавшей боксерской грушей обрушились пыль и мусор.

— Значит, моя вина в том, что ты не готов платить деньги за то, чтобы эта вещь была установлена правильно?

— Значит, моя вина в том, что тебя отстранили? — возразил Вино, наклоняясь и пытаясь поднять тяжелую грушу с пола. Румянец расползался по его щекам, пока он еле-еле передвигал грушу, используя все свое тело, в то время как Линк снес её лишь ударом двух кулаков. — Почему мы все должны страдать из-за того, что ты не можешь контролировать свой гнев?

Неохотно соглашаясь, Линк отодвинул Вино в сторону тыльной стороной ладони, наклонился и обернул цепь груши вокруг руки. Он потащил грушу по полу, слегка опираясь о стену.

Линк отодвинул пряди тёмно-коричневых волос, выбившиеся из насквозь промокшего хвоста, пока его грудь по-прежнему вздымалась и блестела от пота.

— Я снова установлю её, когда у меня будет время, — пообещал Линк, разматывая бинты из спандекса, которыми были обмотаны его руки вокруг ладоней и запястий.

— Как насчет прямо сейчас? У тебя есть ещё неделя, прежде чем ты вернешься к работе, так, чем тебе еще заниматься? Ничем конкретным… кроме как уничтожать мой спортзал.

Линк пронесся мимо него, его колючие зелёные глаза были сосредоточены на стеклянных дверях боксерского зала.

— Нужно кое-что уладить.

Вино проводил мужчину недовольным взглядом. Когда он увидел, на кого уставился Линк, то потянулся и схватил его за руку, которая была вдвое больше обычной, пытаясь остановить.

Линк посмотрел вниз на его руку, а затем через плечо на самого Вино.

— Если действительно хочешь найти…

Хозяин оглянулся назад на стекло, где Гейдж Блэкуотер и Тодд Локвуд подстраховывали друг друга на скамье для жима лежа.

— Ты должен привести свои мысли в порядок. Не позволяй гневу овладеть твоей сосредоточенностью.

Линк огляделся, а потом вырвал свою руку из его захвата.

— Линк, — умоляюще произнес Вино, его плечи опустились, принимая поражение, когда Линкольн рывком открыл дверь и вышел из комнаты без лишних слов.

***

Веда оторвалась от справочника по клинической анестезии, который давным-давно открыла перед занятием на эллиптическом тренажере, слишком увлеченная разворачивающимися перед ней событиями. Поглядывая через весь зал, на стеклянные двери боксерского зала, она обнаружила, что очарована детективом Линкольном Хиллом, обливающимся потом и находящимся на грани в момент, когда снес боксерскую грушу. Даже когда он начал дрожать от дикого напряжения, а пот стекал с его упругого тела, словно водопад, мужчина не смягчился. На самом деле, Линк только увеличил скорость ударов, наносимых по груше в самую середину так сильно, что тяжелый снаряд, в конечном счете, сорвался с потолка и рухнул на пол.

Одышка и ворчание её коллег — посетителей тренажерного зала, вывела её из ступора, и Веда моргнула, возвращаясь к реальности.

Её взгляд пересек весь зал и остановился на Тодде — причине, по которой она была тут в первую очередь, а затем заприметил Гейджа на скамейке для жима. В течение недели Веда выслеживала Тодда. О на узнала, что он приходил в этот тренажерный зал каждые выходные ровно в десять часов, но это был первый раз, когда кто-то сопровождал его. Она увидела, как вместе с Тоддом зашел Г ейдж. Ч ерез весь зал они пересеклись друг с другом взглядами, и у нее перехватило дыхание. Он сразу же отвел взгляд и больше не оглядывался. Ни разу.

Неделя.

Неделя пролетела с тех пор, как у них был секс. Неделю они были вынуждены терпеть друг друга на работе, изо всех сил пытаясь сохранять профессионализм. Неделю Гейдж притворялся, что она для него больше не существовала. Целая неделя, а её тело до сих пор реагировало на его запах, когда он проносился мимо её эллиптического тренажера.

Веда вырвалась из прошлого в настоящее в тот момент, когда Линкольн открыл стеклянную дверь боксерского зала. Его взгляд был устремлен на Тодда, пока он широкими шагами двигался через зал.

Тодд выпрямился, улыбнулся Линку и помахал. В течение недели, следя за ним, Веда хорошо изучила Тодда: его график, его привычки, его каждую, пусть даже крошечную, особенность. Она знала, что мужчина никогда не будет проявлять такой любезности, как улыбка или дружеский взмах рукой. В любом случае, не с добродушным намерением.

Нет.

Тодд дразнил Линка.

Но зачем?

Взгляд Веды вернулся обратно к Линку как раз вовремя, чтобы увидеть, как детектив скривил свои губы, глядя на Тодда. Он сжал кулаки, от чего его бицепсы стали в два раза больше их естественного размера. В походке поубавилось ярости, а затем он и вовсе остановился.

На мгновение Веде показалось, что Линк собирался пронестись через зал и схватить Тодда за горло. Его взгляд обещал, что так он и сделает; вернее, говорил несколько секунд назад, но появился маленький мужчина-итальянец и поймал Линка, сжав руки мертвой хваткой и встряхнув его. Детективу потребовалось несколько секунд, чтобы оторвать свой пристальный пренебрежительный взгляд от Тодда и посмотреть вниз на мужчину, и только сделав это, он позволил оттащить себя. Почему?

Веда посмотрела им вслед, широко раскрыв глаза. Часть её рвалась остановить этот эллипсоид (Прим.: Элипсоид — тренажер, смесь беговой дорожки, велотренажера и степпера) и последовать за Линком. Тот факт, что он явно презирал Тодда, возможно, даже больше, чем она, усугубил эту потребность до практически предельного уровня. Она жаждала помочь ему. Спасти его так же, как он спас её много лет назад. Но как? Что бы она сделала? Что бы сказала?

«Привет, я девушка, которой ты делал искусственное дыхание «рот-в-рот» на пляже несколько лет назад, помнишь? На мне было белое платье, едва прикрывавшее мою незрелую, слишком-взрослую-для-неё-самой-хорошенькую задницу? Ни о чём не говорит? Да ладно, ты должен помнить. Ты дал мне медальон своей непьющей матери, чтобы немного успокоить меня? Кстати, я до сих пор храню его».

Она надула губы. Это звучало не так уж плохо. Её палец замер над кнопкой «стоп» на тренажере, но более рациональная часть мозга сдержала её от нажатия.

Если Веда действительно собиралась закончить то, ради чего сюда вернулась, было бы глупо подружиться с Линком. Даже если он спас ей жизнь, то по-прежнему был детективом. Если она расскажет ему о себе прямо перед тем, как трупы всех её мертвых насильников начнут появляться как дешёвые леденцы, он сопоставит факты в считанные секунды. Т огда её арестуют и отправят в тюрьму. Но девушка уже решила, что лучше умрет, чем попадет за решётку.

Она, в буквальном смысле, должна умереть.

Так что нет, Линкольн Хилл никогда не сможет узнать о том, кто она на самом деле. Веда никогда не сможет вернуть этот бронзовый медальон, как всегда планировала. Он так много раз помогал ей за все эти годы. Но из-за сцены, свидетелем которой она только что стала, девушка знала, что сейчас он был нужен Линку больше, чем ей.

Веда надула губы, задаваясь вопросом, смогла бы она узнать, где он живет, и подбросить вещицу ему в почтовый ящик. Н ет, об этом не могло быть и речи. Никоим образом она не могла предупредить его о своём присутствии.

— Проверяешь свою следующую жертву?

Взгляд Веды метнулся вперёд, и ошеломленный вздох вырвался из глубины её горла от звука голоса Гейджа. М еньше чем в футе от её тренажера она встретилась с его холодными карими глазами, когда он проходил мимо, набросив полотенце с логотипом спортзала на свои широкие плечи.

— Он не был с женщиной с тех пор, как пропала его жена, — сказал Гэйдж, кивая в сторону Линка, на которого смотрела Веда. — Я сомневаюсь, что он сможет справиться с тобой.

— Хорошо, что он не моя следующая жертва, — Веда крепче сжала ручки эллипсоида, всё ещё скользкие от её потных ладоней. — Я до сих пор получаю слишком много удовольствия от первой.

Его челюсть отвисла. Очевидно, мужчина решил, что девушка говорила о нём, а не о дураке, который быстро приближался к нему сзади.

— Почему ты все время говоришь с этой психопаткой? — Тодд сжал Гейджа в удушающем захвате, шепча ему на ухо так громко, что было слышно всем. — Она сумасшедшая, брат. Давай у*бывать отсюда.

Тодд потащил друга в сторону, не отрывая свой взгляд от Веды, когда Гейдж вытянул шею, и его глаза наполнились эмоциями такой глубины, что девушка еле сдерживалась вплоть до того момента, пока парни не исчезли за углом.

Веда остановила тренажер, как только они ушли, схватила бутылку с водой, влажную от ледяного конденсата, и осушила её за несколько тяжёлых глотков.

Даже когда ледяная вода охладила её горло, она, как и прежде, чувствовала сухость. Её сердце колотилось ещё больше, ведь она не должна позволять себе никаких чувств.

Как возможно, что мужчина, который являлся другом Тодда Локвуда, имел такую власть над её телом?