Торн Котрос – Заказное из Лондона. Часть первая (страница 8)

Через две минуты показался дымящийся Вугар, который нёс на руках человека. Грек бросился к нему, забрал спасённого и бережно уложил его на влажную землю. Это был Емельян Сергеевич.

– Он? – спросил Вугар.

– Да! – ответил шеф.

– Ну, слава Аллаху. Живой? Проверяй, а я пока позвоню нашим.

– Дядя Емельян. Слышишь меня? – Демьян легонько похлопал старика по щекам. Пожилой мужчина открыл глаза, посмотрел на своих спасителей, и застонал.

– Дёма. Живой, живой. Меня колом не добьёшь, – заговорил он через минуту.

– Так тебя не колом добивали, а поджарить хотели, – пошутил Грек.

– Как же я рад тебя видеть, сынок! Спасибо ребятушки, спасли ведь старика! – Емельян Сергеевич взял руку Демьяна и приложил к своим губам.

– Ну, старый, чего ещё удумал? Я тебе барыня, что ли?

– С днём рождения, дядя Емельян. – Вугар присел рядом, и похлопал деда по плечу. – Помощь уже в пути. Поднимают пожарные вертолёты и всех остальных.

– Хорошо, – ответил Демьян. – Надо бы ещё…

Из темноты леса раздался истошный крик:

– Сгиньте, демоны! – На них с огромным ножом в руке бежала девушка с растрёпанными волосами. Овчарки тотчас среагировали. Они бросились на нападавшую. Вугар выхватил пистолет и, прежде чем девушка успела добежать до них, разрядил в неё всю обойму. Собаки набросились на упавшее тело, и принялись остервенело рвать его зубами.

– Ширван, Мальта, назад! – закричал Демьян, оттаскивая животных от добычи. Те нехотя, с рычанием, отошли от девушки и злобно скалясь, сели рядом.

– Ждать! – скомандовал он. – Вугар, опять? Не мог в ноги выстрелить?

– Деми-джан, прости, рефлекс, – виновато ответил напарник.

– Ай, ладно. Я сам не лучше. Ну, будем теперь рапорты писать, и часами в милиции штаны просиживать. Ничего не меняется, только декорации.

Демьян и Вугар сидели в кабинете следователя. В помещении полумрак, свет от единственной лампы отбрасывает тени на лица. На столе следователя были разложены документы, фотографии, связанные с делом, которое привело их сюда.

Демьян сидел на стуле, его взгляд был устремлён в пол. Вугар нервно теребил в руках перчатку, время от времени бросая недовольные взгляды на сотрудника. Оба выглядели уставшими и напряжёнными, словно им пришлось пройти через многое, чтобы оказаться в этом кабинете. Следователь, в свою очередь, выглядел сосредоточенным и серьёзным. Его взгляд скользил по документам, словно он пытался найти в них ответы на вопросы, которые ещё не задавал.

За окном слышался шум города, но здесь, в этом кабинете, время будто остановилось. Друзья были готовы к тому, что их ждёт впереди, но всё равно чувствовали себя неуверенно. Сотрудник, наконец, оторвавшись от бумаг, задал первый вопрос, и напряжение в комнате возросло. Демьян и Вугар начали свой рассказ, и постепенно стали открываться обстоятельства, приведшие к разгадке сложного дела.

– В основном, всё ясно. Но как вы её нашли? – спросил майор.

– Во-первых, их там было двое. Во-вторых, в телефоне Елисеева был включен GPS, так и нашли, – ответил Демьян.

– И оборудование у вас для этого имеется? – Следователь ехидно улыбнулся.

– Нет, – возразил Демьян.

– Тогда как? – допытывался майор.

– Это всё, что вас интересует, товарищ майор? – Грек почувствовал, как гнев начинает наполнять его. – Вы год не могли поймать эту тощую стерву, мы вам задачу упростили, нейтрализовали угрозу. Что ещё?

– Вопросы здесь задаю я, гражданин Кариадис! – отозвался следователь.

– Да? Ну, хорошо, – согласился Демьян.

– Чем вы её нейтрализовали? Оружия при вас не нашли, – продолжил следователь.

– Сыром, – улыбнулся Грек.

– Каким сыром?

– Которым Бог послал. – Демьян решил поиздеваться над незадачливым сотрудником.

– Гражданин Кариадис, вы, видимо, не осознаёте всю плачевность ситуации, в которую вляпались. Демонстрируя мне здесь остроумие и знание басен Ивана Петровича, вы лишь усугубляете свою участь. Советую правделиво отвечать на вопросы, которые я задаю! – Майор поднялся со стула и попытался повысить голос.

– Басни Ивана Андреевича Крылова, майор. И вообще, что ты несёшь? Я владею русским языком, но тебя не понимаю. Какая плачевность ситуации и как мы в эту плачевность вляпались? Что такое правделиво? – Лицо Демьяна выражало одновременно жалость и иронию.

– Молчать! – наконец выдавил из себя следователь.

– То молчать, то отвечать. Гражданин начальник, ты определись уже, – не унимался Грек.

Вугар встал и бросил на стол сотрудника свою перчатку.

– Ты только это и делаешь, что вопросы задаёшь и бумажки строчишь, умник. И когда там, в лесах, гибли пожилые люди, ты и тебе подобные грамотеи тоже бумажки рисовали. На медведей всё свалили. А нет там медведей! Задов своих поднять не захотели, чтобы всё проверить. Мы за вас сделали всю работу, а ты сейчас пальцы гнёшь, бобка, и корчишь из себя большого начальника. Ты бесполезная, неграмотная тля. Двух слов связать не можешь. Я тебя сейчас раздавлю тут, и меня посадят. Только я на зоне буду уважаемым человеком, а ты цветочками снизу вверх любоваться.

Следователь побледнел. Он хорошо понимал, что не справится с этим огромным, разъярённым Голиафом, и со вторым не менее крепким мужчиной, а помощь не подоспеет вовремя.

– Гражданин Назими, сядьте! – попытался крикнуть майор суровым голосом, но вышло неубедительно.

– А ты заставь его, майор! – Демьяна начала забавлять эта ситуация. – Вугар, заканчивай и пошли отсюда, я есть хочу.

– Назими, Кариадис, отставить! – раздался в кабинете властный, хорошо поставленный голос. На пороге стоял седой мужчина, с коротко стрижеными волосами и в деловом костюме.

– Майор Прокопенко? Полковник Вершинин. – Мужчина достал из внутреннего кармана удостоверение и протянул его следователю. Прокопенко взглянул на документ и, подскочив как ужаленный, отдал честь.

Полковник повернулся к Греку и Вугару, и развёл руками:

– Дёма, Вугар, ну что вы, в самом деле? У вас заслуженный отпуск, а вы лес спалили, девушку в решето превратили, ещё и собак на неё, застреленную, натравили. Ну кто так делает? Теперь отнимаете время у следственных органов, а им бомжей и хулиганов надо ловить.

– Господин майор, допрос окончен, я их забираю, сами разберёмся. Вопросы?

– Нет-нет, товарищ полковник. Нет вопросов. Мы уже всё выяснили, претензий нет, – залепетал следователь Прокопенко.

– Рад, что мы нашли общий язык. А на ребят не сердитесь, им пришлось сегодня понервничать, – улыбнулся полковник. – А когда они нервничают, случаются нехорошие казусы: морды бьют, кости ломают, горячие ленинградские парни, не знают, куда удаль молодецкую девать, простите.

– Понимаю, – ответил следователь и вытер об штаны вспотевшие ладони.

– Ну что, орлы? На выход, – скомандовал Вершинин.

– Мужики, ну что вы, как дети малые, устроили скандал в песочнице? Вугар, ты опять безобразничаешь? Мало вам служебных разбирательств? Папки с описаниями ваших художеств уже в потолок упираются. Гопота лиговская. Детский сад, ей Богу. – Полковник недовольно ворчал и размахивал руками, глядя в спины идущим впереди подчинённым.

– А с какого перепуга этот клоун решил, что он начальник? – возражал Вугар.

– Сельский писарь, всю жизнь пьяных трактористов оформлял да Васю, что огрел оглоблей Дусю. Не разобрался, кто перед ним. Нормальные кадры сейчас в отпусках. И что, этого теперь телебонить надо? Дёма, ну ты-то! – Вершинин понял, что с разъярённым Вугаром говорить бесполезно, и решил воззвать к совести Грека.

– Ладно, Иван Фёдорович, простите. Все хороши. Теперь давайте к делу.

Троица вышла на улицу. Все с удовольствием вдохнули предрассветный аромат петербургского лета.

– Что тебя интересует? – спросил полковник.

– Личности тех двоих установили?

– Ты про парня погибшего и девку?

– Да, – ответил Грек.

– Парня опознали. Местный. Студент-медик, учился в ординатуре на патологоанатома. Девушка – приезжая, из Клайпеды, училась там же. Сошлись, видимо, на почве общих интересов. Характеристики хорошие, но год назад у неё умер дед, а кроме него родни не было, и окружающие начали замечать за ней некоторые странности. Замкнулась в себе, полностью ушла в учёбу, ни с кем не контактировала, кроме своего приятеля. Во время обыска в её столе нашли тетрадку, в ней вот это. – Вершинин протянул Демьяну тетрадь с одним единственным рисунком в самом начале. На рисунке простым карандашом был изображён старик, над которым занесена рука с кинжалом, и подпись: «Ты не достоин!»

– Это после смерти деда её так контузило? – удивился Вугар.

– Кто его знает, Назими? Не удивлюсь, если так. Не у всех психика выдерживает. У девушки не получилось. Родители погибли в Альпах, катаясь в горах на лыжах. Остался один дед, которого она, видимо, очень любила. А что конкретно её сподвигло на то, что она творила, мы уже не узнаем. Может, оно и к лучшему, за свои годы я уже устал от этого всего. Чего только не наслушался и не насмотрелся. Пора на пенсию. Дача, внуки, помидоры. Поживу, как обычный человек.

– И надолго вас хватит, без приключений? – с улыбкой спросил Демьян.

– Кариадис, тебе ли спрашивать? Доживёшь до моих лет, поймёшь сам. И вообще, приезжай ко мне на дачу в выходные, разговор есть. Мяса нажарим, выпьем, поговорим. И Афинку привози, пусть дитё чистым воздухом подышит, ей полезно. Супруга моя без ума от неё, сам знаешь. Всё время справляется, как там её маленькая татарочка.