Торкиль Дамхауг – Смерть от воды (страница 62)

— Верно. Немного.

— Почему ты мне не сказал?

Парень пожал плечами:

— У меня еще не было возможности с тобой толком поговорить. Пока еще.

Она сделала вид, что не заметила его тона.

— Где вы познакомились?

— В Институте физкультуры. Она там читала курс о насилии в спортивной среде. Пару лет назад. Я с ней потом разговаривал, она мне понравилась.

Его слова никоим образом не умерили ее раздражение. Она докурила и затушила окурок о голову китаянки.

— Твоя сестра всем очень нравилась. Это ужасно! И если я могу чем-то помочь, Лисс…

«Перестань об этом говорить», — подумала она, но вслух не сказала. «Хватит доставать меня», — подумала она, но тоже не сказала этого вслух.

В гостиной она села на диван, очень удобный. Лисс не хотела уходить, но и оставаться не могла.

Йомар сказал:

— Надеюсь, Йонни тебя больше не достает.

Она присвистнула:

— Я его не боюсь. Если бы он хотел что-нибудь со мной сделать, он бы это сделал в тот вечер в парке.

Он смотрел на нее, даже когда она отвела взгляд.

— Мне кажется, тебе стоит себя поберечь, Лисс.

27

На часах было девятнадцать сорок две, когда позвонил Викен. Роар Хорват схватил пульт и выключил звук телевизора.

— Во фьорде у набережной Акер-Брюгге найден труп, — без каких-либо предварительных слов сообщил инспектор.

— Видел в Интернете, — ответил Роар. — К нам это относится?

— Йонни Харрис. Ему проткнули горло острым предметом. Очевидно, штопором. Сонная артерия разорвана. Умер до того, как оказаться в воде.

Роар вскочил, застыл посреди комнаты:

— Когда?

— Сегодня ночью. На причале все в крови. Видимо, там все и случилось.

— Свидетели?

— Четыре или пять чаек. Все они отказались давать показания.

Роар взглянул на экран телевизора: повтор матча Испанской лиги.

— У парня был долг за наркотики.

— Это не убийство за наркотики, — уверенно сказал Викен, и Роар тут же понял, что действительно не похоже.

Интонация инспектора стала недоброй.

— Плотерюд — сама любезность, предоставила нам конспекты всех ее разговоров с Лисс Бьерке. Пора бы нам взять на себя новый раунд допросов важнейших свидетелей. Как ты считаешь?

— Ну да, — откашлялся Роар. Дженнифер звонила ему не больше получаса назад, собиралась заехать попозже вечером. — Допросы не входят в обязанности Плотерюд, — согласился он и снова прочистил горло. — Я могу с ней связаться.

— С кем?

— С Лисс Бьерке.

— Я уже давным-давно это сделал. Ты пробил ее по базе?

— Нет, — сознался Роар. Лисс Бьерке была в Амстердаме, когда исчезла сестра, и трудно было представить себе, что она как-то замешана. И тем не менее он должен был ее пробить. Речь шла о надежности важного свидетеля.

— Так и думал, — прокомментировал Викен. — У девушки восемь незакрытых дел.

— Черт!

— Применение насилия к полицейским в связи с несанкционированными демонстрациями. Несколько приводов в полицию.

Роар сглотнул:

— У нас есть отличный повод привести ее принудительно.

Викен ответил:

— Будем иметь это в виду. Похоже, я могу ее заполучить более или менее добровольно: она потребовала разговора с женщиной-следователем.

— Позволим строптивой девчонке диктовать условия?

Викен фыркнул:

— Речь тут только об одном.

— Разумеется, — заметил Роар, — о результате.

Он выключил телевизор и побрел в коридор, достал ботинки из кладовки.

— Я тут сижу с твоими записями по Полу Эвербю, — продолжил Викен.

Роар проделал тщательную работу. После допроса коллеги-психолога, который делил приемную с Майлин Бьерке, он позвонил и задал ряд контрольных вопросов. Парень утверждал, что не видел «даже тени» Майлин в четверг, одиннадцатого декабря. В какой-то момент он изменил показания. Он вспомнил поточнее, что остановился у ее машины на улице Вельхавена. Наклонился проверить, не было ли там Майлин, потому что хотел у нее кое-что спросить. Что именно, он совсем забыл. Роар поинтересовался, была ли квитанция за парковку на стекле, но на это психолог не обратил внимания.

— Новые сведения? — спросил он.

— Мне пришло письмо, — проворчал инспектор. — Я сделал для тебя копию. Взглянешь, когда придешь.

— Касательно Эвербю?

— Можно и так сказать. Намек на то, что парень мошенничает с социальными пособиями в большом объеме. Анонимка.

Роар надел второй ботинок.

— Видимо, это происходило уже довольно долго, — добавил Викен. — Письмо заканчивается такой фразой: «Майлин Бьерке знала, что делается в соседнем кабинете».

28

Четверг, 8 января

Роар свернул в гараж Полицейского управления в четверть восьмого. Когда он заглушил двигатель, зазвонил телефон.

— Уже проснулся? — спросила Дженнифер и попыталась выразить удивление. — А я-то звоню тебя разбудить.

— Встал уже несколько часов назад, — заявил он. — Принял душ, поел и поработал. И все при том, что у меня была посетительница после полуночи. И никак было ее не выгнать.

— Ой-ой! Она, наверно, забыла укрыть тебя одеялом перед уходом?

Он представил себе ее улыбку, по лицу разбежались крошечные морщинки.

— Я, кстати, только что говорила с Викеном, — сказала она. — Я сообщила ему о предварительном ответе, который мог бы заинтересовать и тебя.