Тори Майрон – На поводу у сердца (страница 13)
Он не только слушает, но и умеет слышать, запоминая все разговоры до мельчайших деталей. Ему не нужно ничего говорить, Остин всегда все знает. Знает и делает. И просить и умолять его не надо. Он делает, потому что любит. По-настоящему любит.
И сейчас я смотрю заворожено на самого невероятного в моей жизни человека и впервые за всю прошедшую неделю четко понимаю одно – не важно, как глубоко в меня проникли чары Харта, а он сам – пробрался до души, мое сердце бесповоротно отдано Остину и никому не будет по силам хоть когда-нибудь это изменить.
Я люблю его. Люблю. Люблю!
Поэтому, когда Остин вновь подходит ко мне вплотную и прикасается пальцами к щеке, я ни в какую больше не могу заставить себя отстраниться, убрать его руки и сказать, чтобы ради своего же блага не смел ко мне приближаться так близко. Это выше моих сил. Выше страха перед Хартом. Выше всего мира.
– Поставь же наконец свои желания на первое место, Ники. Воспользуйся этим шансом и приезжай ко мне в Нью-Йорк. Я сделаю все, что в моих силах, чтобы к моменту вступительного танца в академии найти подходящую для нас троих квартиру.
– Троих?
– Конечно, я бабушку тоже здесь одну не оставлю. Я ей по гроб жизни обязан за то, что она губила свое здоровье, впахивая на трех работах, пока растила меня. Я хочу дать ей все самое лучшее и, как только твердо встану на ноги, обязательно куплю ей отдельное жилье, но пока она будет жить вместе с нами. Мэгги тоже ничего в своей жизни не видела и давно мечтает посмотреть мир за границами Рокфорда. Она мне сегодня какого-то черта весь день названивает по пустякам – явно соскучилась очень. И я ее понимаю. Она же все время проводит в одиночестве, мы практически не видимся, даже когда я в городе, поэтому я ни за что не уеду без нее. Уверен, бабушка обрадуется, когда я сообщу ей эту новость. Так же, как и за тебя она будет несказанно рада и скажет то же самое, что и я – тебе обязательно стоит попытать свои силы в «Натиде». Ты сможешь туда попасть. И скажу даже больше: тебе удастся получить и стипендию тоже. Если же нет – не беда. Нужно будет, я попрошу аванс на работе, чтобы внести первый взнос за твою учебу.
– Ты совсем с ума сошел? – потрясенно спрашиваю я, но Остин накрывает мой рот рукой:
– Я не сошел с ума! Я все продумал. Тебе не о чем будет переживать, кроме как о подготовке к выступлению. И по поводу денег тоже не думай. Обещанная мне зарплата позволит все это потянуть. Конечно, вначале будет нелегко и нужно будет урезать расходы по максимуму, но главное – мы сможем наконец зажить так, как всегда мечтали. Поэтому прошу, малышка, хоть раз в жизни подумай только о себе, а не о ком-то другом, и согласись на мое предложение, – просит он, переходя на шепот.
Склоняет голову ко мне, соединяя наши лбы. Если бы мой рот по-прежнему не был прикрыт его рукой, протяжный стон наслаждения выдал бы меня с головой.
– Оставь все, что уничтожает тебя здесь день за днем, приезжай в Нью-Йорк, когда я все для нас подготовлю, и начни там новую жизнь…
И замирает. Вслед за ним замираю и я. А вслед за нами и наши дыхания. И только мое сердце под его рукой грохочет в неимоверном темпе, будто еще немного и вырвется из груди на волю.
Остин его слышит? Чувствует? Понимает? И что вообще он вытворяет? Лично я ничего не понимаю, но готова душу дьяволу продать, лишь бы только продлить это как можно дольше.
– Вместе? – едва слышно выдыхаю я, пока кончик языка немеет от желания провести линию по его губам, от которых меня отделяет всего пара жалких дюймов.
– Вместе, – следует его теплое шептание у моего лица.
Оно мгновенно пропускает по всем венам чистейший, бешено пульсирующий огонь. Не мистический, туманящий разум и вызывающий нестерпимый зуд под кожей, а самый что ни есть обычный, человеческий, реальный, что заставляет людей преисполняться жизнью и воспарять от счастья к небесам.
Но я уже имела радость полетать недавно. И, к слову, знатно так полетать. А затем так же величественно на всей скорости рухнуть на землю, превратив себя в безжизненное создание. Еще раз я подобного не выдержу. Клянусь, не выдержу. Просто умру.
– Остин, – вместе с невесомым дуновением ветра шелестит мой тихий голос.
Я упираюсь руками в его живот с твердым намерением отодвинуться, но чувствую, как напрягаются мышцы его пресса, и желаю лишь одного – нырнуть рукой под ткань его майки и ощупать каждый кубик без каких-либо помех. Но я, конечно же, этого не делаю. Мы так и продолжаем стоять с плотно прижатыми лбами, его рукой, отсчитывающей удары моего сердца, и моими сцепленными пальцами на его хлопковой майке.
Картина архистранная и неловкая для нас обоих, но еще никогда я не ощущала себя столь правильно с ним рядом. Будто на своем месте. Дома. В своем личном безопасном укрытии, в котором могу спастись даже от сверхъестественного шторма.
Но могу ли? Могу? Есть ли у меня хоть один шанс на спасение?
Стоит задаться этим вопросом, как неоднократные сигналы моего смартфона уничтожают всю веру в благоприятный исход. Врубают здравый смысл и быстро заставляют меня отшагнуть от Остина назад, а его – подозрительно нахмуриться.
Глава 6
– Кто это тебя так сильно хочет? – спрашивает он с любопытством, отмечая длинную череду звуков входящих сообщений.
– Не знаю… Скорее всего Эмилия, – прячу сильнейшее волнение под улыбкой и вчитываюсь в послания того, кто хочет меня крайне неадекватно для одного человека.
Unknown:
Unknown:
Unknown:
Unknown:
Unknown:
Unknown:
Unknown:
Unknown:
От страха, близко граничащего с удушливой паникой, меня прошибает до леденящего пота. Какая же я все-таки наивная и глупая. О чем я вообще думаю? На что надеюсь? От этого шторма мне ничто не поможет укрыться. Адам не только меня уничтожит, но и всех в моем окружении, кто попытается мне помочь.
В состоянии аффекта я начинаю беспокойно озираться по сторонам, но кроме влюбленной парочки и группы катающихся на скейтбордах подростков больше никого подозрительного не замечаю.
Черт бы побрал Адама! Он что, приставил ко мне невидимку? Как такое возможно, что я ни разу его даже мельком не замечала? Где он? Кто он? Как он все видит и слышит? А может, их несколько? Ужас! С каждым днем это начинает напрягать меня все больше – спокойствия я уже давно лишилась, но скоро лишусь еще и ума.
– Что такое, Ники? Кого ты выискиваешь?
Тревожный тон Остина отрывает меня от поисков долбаного шпиона, а теплая рука на моем лице слегка притупляет панику. Но она тут же накатывает снова, когда айфон опять начинает звенеть в моих руках.
Unknown:
Дочитываю сообщение и шустро отрываю от себя ладонь Остина, а он теперь выглядит вконец обеспокоенным моим странным поведением.
– Да что с тобой такое?! Кто и что тебе написал, раз ты так занервничала? – он порывается вытянуть из моей руки смартфон, но к счастью, я успеваю закинуть его обратно в сумку.
– Ничего. Со мной все нормально. Просто показалось, что кое-кого увидела.
– Кого?
– Не важно.
– А написал кто?
– Тоже не важно.
– Это еще как понять?
– Что?
– У тебя появились от меня секреты? – его вопрос бьет наотмашь.
– Какие секреты, Остин? Конечно нет, – иронично усмехаюсь.
– Нет, говоришь? Тогда покажи телефон.
– Чего?
– Покажи, кто тебе написал.
– Ты прикалываешься? – вскидываю брови в удивлении, стараясь унять дрожь в коленях.
– Давай показывай, – повторяет он помрачневшим голосом и выставляет руку вперед, всем своим видом показывая, что он не шутит.
– Не буду, Остин. С каких это пор мы лазим по чужим телефонам? – от страха непроизвольно отодвигаю сумку подальше от него.
– А с каких это пор ты боишься мне что-то показывать?
– Ничего я не боюсь!
– Тогда покажи, и закончим дискуссию.
– Нет. Я не буду ничего показывать.
– Значит, тебе все-таки есть что скрывать?
– Нет, нечего, но я не собираюсь тебе показывать свои переписки. Не слышал об уважении к чужой личной жизни? – произношу я, и Остин резко меняется в лице.
– Личной жизни? Так у тебя кто-то появился? – его откровенное удивление задевает меня до глубины души.
– А что? Ты считаешь, на меня никто посмотреть не может как на женщину?