Тори Майрон – Без тебя (страница 7)
– Нет, конечно, нет… Но… почему ты не вызвала мастера?
– Я телефон где-то в доме оставила.
– А компьютер?
– Его у меня нет. Только у Адама в кабинете.
– А прислуга?
Уф… вот же заноза!
– Представь себе, именно сегодня домработница взяла отгул. И тоже должна вернуться домой только в ближайший час. Так что мне повезло, так повезло, – преспокойно вру я, будто заранее готовила ответы.
Хоть в чем-то мы схожи с моим альтер-эго. Искусно врать – наша единственная общая способность.
– Да уж! Не то слово. Я бы повесилась, если бы меня оставили на целый день в закрытой комнате.
Даже не сомневаюсь – этой торпеде всегда был необходим простор, свобода и движение.
– Помню, в детдоме за непослушание меня именно так и наказывали: запирали в маленькой пустой комнате на несколько суток. Прямо, как в карцере. Без окон и света. Только еду приносили с водой, и все. Это было кошмарно. На всю жизнь запомню этот ужас и суровое лицо моей воспитательницы, которая делала это со мной, – с неприкрытой злостью рассказывает Милла и замолкает, как предполагаю, застревая в неприятных воспоминаниях.
Вот только ее негатива мне сейчас не хватало.
– Так, а что ты тут делаешь? И почему ходила по соседним комнатам? – желая вернуть Камиллу в ее привычный жизнерадостный режим, задаю весьма интересующий меня вопрос.
– Я?.. Так я… это… Адама искала… Думала, может, он уже пришел домой, – неуверенно мнется она, что кажется мне до жути странным.
– Адама? Зачем?
– Поговорить.
– О чем?
– О кое-чем важном.
– О чем кое-чем важном? – с улыбкой любопытствую я. Настала моя очередь допытывать ее.
– Это тебя не касается, – выпаливает она. На этот раз уверенно и твердо, отчего мне становится еще любопытней.
– Неужели решила подружиться со страшим братом? – прислонившись спиной к двери, выдвигаю резонное предположение.
– Нет… Ну… точнее, это тоже было бы неплохо сделать, но в первую очередь не для этого.
– А для чего?
– Я же сказала, Ники, это тема тебя не касается. Ты не знаешь, когда Адам вернется со встречи? – спрашивает Милла, и по шуршанию с той стороны понимаю, что она тоже прислонилась к двери.
– Со встречи?
– Да, я ездила к нему в офис, и его секретарша сказала, что он уехал на важную встречу, а после уже не вернется в офис. И так как он завтра покидает Рокфорд, у меня не оставалось других вариантов, как прийти сюда и ждать его возвращения.
– Завтра покидает Рокфорд?
– Ну да, возвращается в Нью-Йорк. Почему ты так удивляешься? Разве ты не была в курсе? Вы же с ним встречаетесь? Или уже живете вместе, я правильно понимаю?
– Да, конечно, я знала об этом. Я же с ним лечу.
– Просто не заметила, как дни пролетели. Я думала мы уезжаем на следующей неделе, а оказывается, уже завтра!
Удивление в моем голосе все сильнее закрашивается восторгом, стоит только подумать, что уже завтра, возможно, я не просто выберусь из этой комнаты, но и отправлюсь в один из самых крутейших городов мира.
Мое настроение только что взлетело ввысь, как тот самый частный Боинг, на котором мы непременно завтра полетим.
– Здорово! Завидую тебе. По-хорошему, конечно же… Я тоже не прочь куда-нибудь выбраться из Рокфорда, – мечтательно вздыхает Камилла.
– А почему ты этого до сих пор не сделала? Ты же новоиспеченная дочь самого Роберта Харта. Неужели не можешь выклянчить у папы путевку в какое-нибудь теплое экзотическое местечко?
– Я же несовершеннолетняя. Я не могу никуда лететь одна.
– Так в чем проблема? Бери старика собой, и отправляйтесь вместе греть косточки на Сейшелы или Гавайи.
Я бы с превеликим удовольствием сейчас оказалась бы под палящим солнышком на белоснежном песочке.
– Он не может, – сдержанно произносит она, но мне удается уловить грусть в ее голосе.
– Почему?
– Потому что ему сейчас не до путешествий. Он с головой ушел в работу благотворительного фонда.
– Понятно, – тихо фыркаю я. – Отец с сыном – два гороха в стручке. Работа – их все.
– Да… это точно, – соглашается девчонка вновь как-то очень грустно, зарождая во мне праздный интерес развить эту тему дальше, но, к сожалению, не получается.
Уже в следующий миг раздается звон ее смартфона, и она резко отстраняется от двери.
– Черт!
– Что такое?
– Ничего… Просто Роб звонит.
– Ты забыла, на какую кнопку нажимать, чтобы ответить?
– Нет… Нет… Сейчас отвечу… Подожди…
Да куда же я денусь-то? Ждать – это вообще мое второе имя в последние недели.
Она отходит дальше от моей комнаты и лишь тогда отвечает на вызов, вынуждая мое ухо намертво прирасти к деревянной поверхности и по максимуму навострить слуховые рецепторы.
– Да, Роб… Да… Нет… Я скоро буду… Нет… Не злись… Да… Откуда ты знаешь? – немалое удивление с крупицей страха сменяется протяжным выдохом. – Я же просила не следить за мной! Что за недоверие такое?! – а сейчас ее напряженный тон наполняется знакомой мне злостью.
Подумать только! Выходит, Адам действительно точная копия своего отца – тот тоже, оказывается, любитель приставлять к людям слежку.
– Да… Я здесь… Ну и что?.. Его дома нет… Не переживай… Я ничего не сделала, а просто принесла ему свой подарок… Да… Да… Что? Ты уже внизу?.. Но… Ладно… Да, поняла… Спускаюсь… Да! Роб! Сейчас же спускаюсь! – Камилла отключает звонок и сдавленно ругается, посыпая Роберта нелицеприятными словами.
– Что-то случилось? – напоминаю о своем существовании.
– Нет, ничего, – отвечает Милла, но ее резкий, нервный тон говорит об обратном.
– Уверена? Роберт тебя не обижает? Ваш разговор мне показался не совсем дружелюбным.
– Нет, все хорошо. Правда. И, конечно, Роб меня не обижает, а скорее наоборот – чересчур усердно опекает. Из-за этого и так сильно бесит.
Ох, как же мне это знакомо! Излишняя опека Остина меня годами прямо-таки душила, как удавка.
При воспоминании о нем я непроизвольно прислоняю руку к груди, чувствуя странное колебание между ребер. Секундное, но ощутимое, человеческое, душевное, мать его, – и это нехорошо. Совсем нехорошо. Такая слабость мне не свойственна, но очень даже присуще Николине. Так что никаких больше мыслей о Риде – ни к чему мне они. Подобные внутренние реакции позволять ни в коем случае недопустимо.
– А что за подарок ты принесла? – бросаю еще один вопрос, чтобы быстрее отвлечь себя от запретной темы.
– Что?
– Ты сказала Роберту, что принесла какой-то подарок. Что это? Или это тоже секрет?