Тори Майрон – Без тебя (страница 16)
Несколько туманных, самых неадекватных секунд в моей жизни я и правда помышляю над таким видом спасения, чтобы хоть как-то прекратить свои мучения. Однако вместо самоубийства я залпом допиваю виски, резко вскакиваю с кресла и устремляюсь в сторону уборной. Влетаю внутрь, запираю дверь, сдираю к чертям галстук, расстегиваю верхние пуговицы рубашки и торопливо смачиваю лицо ледяной водой. Дышу жадно, часто, тяжело. Рычу, проклиная себя всеми известными мне матерными эпитетами.
Наверное, я точно беспросветный глупец, раз сразу же не смог понять одну простую, безусловную истину – если уж с Линой с самого начала было непросто, то с ней всегда, мать ее, так и будет! Это не изменится. Никогда! А вот кто во всей этой возне с ней и меняется стремительно и неумолимо, так это я. И ничего не могу с этим поделать. Что-то происходит. Я не могу найти этому объяснения, но с каждой проведенной с ней минутой я все острее чувствую нечто сильное, необратимое, бессознательно меняющееся во мне. Словно я уже не я. И это бесит!
Смотрю в свое отражение и едва сдерживаюсь, чтобы не врезать кулаком по стеклу, расколов на части физиономию незнакомца, которого я всем нутром не желаю видеть в себе.
Холодные капли стекают по лицу, слегка остужая температуру тела. Но лишь на короткое мгновение, пока влага не испаряется от соприкосновения с моей разгоряченной кожей.
Как только я собираюсь еще работать весь день? Не представляю. До начала длинного рабочего дня мне обязательно нужно снизить эмоциональный накал и максимально расслабить тело.
И тут я сам себе даю слово: по прибытии в Нью-Йорк я непременно сделаю это. Пусть даже в этот раз для снятия сексуального напряжения мне придется воспользоваться не Линой.
Глава 9
Я чуть не прыснула раскатистым смехом, увидев напряженно-ошалелое лицо моего босса, когда раздвинула перед ним свои ноги, желая еще раз подтолкнуть его к великим подвигам. Но, к сожалению, и тут не прокатило.
Хотя ему даже сдирать с меня больше ничего не нужно. Доступ и так уже полностью открыт. Всего лишь руки протяни… а точнее, кое-что другое, и бери на здоровье, сколько душе угодно. А ведь Адаму и правда стоит подумать о своем здоровье – его физическое неудовлетворение отслеживается не только в нервно-раздраженном поведении, но и в наэлектризованной атмосфере самолета.
От такого накала его ассистентка уже вовсю изнемогает от возбуждения. Если Адаму самому в кайф мучиться, то подумал бы хотя бы о своей преданной помощнице. Она же вместе с ним страдает. Сочувствую бедняжке. Хотя нет, вру. Не сочувствую. Плевать мне на нее хотелось так же, как и Адаму. Этот беспросветный эгоист, вместо быстрого и легкого способа остудить себя и трясущуюся Сару, резко вскочил и ускакал куда-то сломя голову.
После такой необъяснимой реакции Адама на мое обнаженное интимное место я точно умываю руки. Теперь я стопроцентно осознаю, что свободы мне сегодня не добиться. Но тем не менее это не мешает мне вовсю упиваться сложившейся ситуацией. Мой полет определенно проходит в разы увлекательней, чем я могла себе представить. Издеваться над Адамом и любоваться искаженной недовольством физиономией Сары – наикрутейший способ поднять себе настроение.
– Может, ты уже наконец сдвинешь ноги? – раздраженно бросает секретарша.
Чего и следовало ожидать: стоило Адаму оставить нас наедине, и можно сразу выпускать наружу свою истинную сущность мымры.
– Я тебя смущаю? – в моем голосе ноль интереса или смятения.
Чего она там не видела? Да и не так уж сильно я их раздвинула.
– Это ненормально – ходить без нижнего белья, особенно в платьях. И тем более раздвигать ноги перед людьми. Ты ведешь себя вульгарно.
– Это потому, что я ненормальная и вульгарная. И, к твоему сведению, Адам точно такой же. Ведь именно он их с меня сорвал, оставив без белья. Так что ко мне без претензий, – ухмыляюсь я, в открытую наслаждаясь ее перекошенной мордашкой.
– И что он только в тебе нашел? – неодобрительно цокает языком.
– То, что в тебе не смог.
Мой ответ изрядно задевает ее. От злости презрительное лицо Сариты становится краснее на несколько оттенков. И это сразу раскрывает мне все карты.
– Так-так-так… – ехидно прищуриваюсь. – Передо мной сидит не кто иная, как еще одна по уши влюбленная в него бедолажка, не так ли? – довольно протягиваю я.
– Бедолажка здесь только одна – и это ты. Я – его помощница, – с непомерной гордостью выдает она.
– Влюбленная помощница.
– Незаменимая помощница, – гнет свою линию зазнайка. Зло. Сквозь зубы.
– Незаменимых нет.
– Это среди вас, шлюшек, – нет. А я с Адамом работаю уже несколько лет и буду работать еще долго после твоего ухода.
– Какая уверенность.
– Да, я уверена в этом. Он мне доверяет и знает, что я никогда не предам. Я полностью подхожу под все его требования, быстро и четко выполняю каждое поручение и знаю все его привычки и предпочтения.
Вздернуть нос выше, чем сделала это она, наверное, невозможно. Сара в самом деле считает, что занимает важную роль в жизни Адама. Что ж… Быть может, так. Но меня сейчас интересует кое-что другое.
– Его предпочтения в сексе тоже знаешь?
– Я не сплю с ним, – твердо отвечает Сара.
Но так ли это на самом деле? Мне нужно знать наверняка.
– Вообще, что ли?
– Вообще.
– Ни разу?
– Ни разу.
– Но вы же почти каждый день вместе.
– И что? Я не для этого нахожусь в офисе. Адам никогда не смешивает работу с удовлетворением физических потребностей.
– А хотела бы?
– Что? – слегка теряется Сара.
– Потрахаться с ним хотела бы?
– Я не шлюха, как ты, – она смеряет меня еще одним презрительным взглядом, но мне от него ни горячо, ни холодно.
– Вопрос был не в этом.
– Хотела бы, естественно. Кто бы из женщин не хотел?
– Но так как Адам приемлет лишь один вид отношений, этому никогда не бывать.
– Значит, предложи он тебе свой счастливый контракт, ты бы отказалась?
– Конечно, – заверяет она, однако мне достаточно ее секундной заминки с выбором правильного ответа, чтобы в уме дополнить: «Конечно, согласилась бы».
Тут и к гадалке ходить не надо: «незаменимая помощница», строя передо мной сейчас святую праведницу, сутками напролет грезит, как когда-нибудь станет одной из счастливиц Харта. Однако до ее заветных мечтаний мне нет никакого дела. Весь этот опрос я устроила чисто в желании поболтать, ведь порядком соскучилась по человеческому общению, и чтобы понять – была ли Сара той, кто все прошедшие недели ублажал Адама вместо меня? Его точно должен был кто-то расслаблять. Не верю я, что он не приходил ко мне и при этом не трахался где-то на стороне. Другой причины моим затянувшимся каникулам в одиночестве я просто не нахожу. Но раз уж снять напряжение ему помогает не Сара, то должен быть кто-то другой.
– Если ты у него чисто для офисной работы, тогда с кем еще Адам может удовлетворять свои потребности? – решаю напрямую задать интересующий меня вопрос, зарабатывая этим недоуменный, хмурый взгляд.
– А ты разве у него не для этого?
– Для этого, но, возможно, есть кто-то еще? Не думаю, что Адаму достаточно одной женщины. Предполагаю, он любит разнообразие.
Она фыркает и смотрит на меня, как на несмышленого ребенка.
– У него времени нет на все это разнообразие, о котором ты говоришь. Он с утра до вечера работает. Как понимаю, даже на тебя он не может найти время. Куда ему еще женщины? Или же он по другой причине избегает твоих услуг? Неужели Адам так быстро понял, что крупно ошибся при выборе новой шлюхи по контракту? – не без злорадства проговаривает мымра, пока меня изнутри сжирает исключительно любопытство. Я уже который день задаюсь теми же вопросами.
С удовольствием и дальше беседовала бы с Сарой и продолжала бы смущать ее своей вызывающей позой, но буквально через минуту сдвинуть ноги все-таки приходится, чтобы не проявить свои красоты перед милым Роджером. Адам точно прибьет и меня, и бедного парня, если узнает, что ему повезло что-то разглядеть у меня под платьем.
– Спасибо большое, – благодарю любезно улыбающегося стюарда, после того как он ставит передо мной поднос с множеством еды.
Тут и круассаны, и булочки, и аккуратно нарезанные фрукты с ягодами, сыры, йогурт, несколько видов орехов, джемов и много другого, названия чему я даже не знаю.
Роджер постарался на ура! Умница. У меня за пару секунд собирается полный рот слюней, а живот радостно урчит в предвкушении все испробовать, будто я не завтракала всего пару часов назад.
– Вам повторить, мисс? – парень указывает взглядом на мой пустой стакан, но ответить я не успеваю.
За меня это делает строгий мужской голос:
– Нет. Нам ничего больше не нужно. До конца полета ты свободен, – не бросив на меня и короткого взгляда, Адам возвращается на свое место и вновь сосредоточенно утыкается в планшет.
Внешне он выглядит в разы спокойнее, чем до ухода, но бьющая от него энергия выдают его непомерное возбуждение и злость – это я понимаю по резко усилившимся содроганиям влюбленной в него мымры. Сама же, к счастью, ничего не ощущаю и преспокойно приступаю к поеданию еды.
– Иисусе! Хвала тому, кто придумал сливочные круассаны! – откусив большой кусок кондитерского изделия, мычу я и прикрываю в удовольствии глаза.
Как только теплое, мягкое слоеное тесто тает во рту, следом в меня залетают до безумия вкусный ванильный йогурт с мелкими кусочками шоколада и кокоса, какие-то крупные продолговатые орешки, горсть различных сухофруктов, сыр с семечками и огромные ягоды клубники, которые я предварительно мочу в горячем шоколаде.