Тора Лаанд – Источник правды (страница 5)

«Раз хочешь иметь свое дело, будь добра, послужи правительству на пользу и поступай в Джуллиард! Твоя цель – Эвалин Стефани Уотерс. Учись вместе с ней, следи за ней, делай что хочешь, но замани ее жить с тобой вместе в пентхаус. В общем, делай все что хочешь, пользуйся всем, что понадобится и не понадобится, но она должна быть на контроле у правительства и не выдать ничего лишнего, и главное – не показывать свои способности на глазах у людей! У нее и так темное прошлое. Не хватало еще и конфликта с людьми».

Получив указ отца, и выйдя из кабинета, я ругалась матом, как последний сапожник, даже у нас они тоже выражались довольно часто. Ненавижу эти приказы отца! Если бы мы были знакомы с самого моего рождения, и он участвовал в моей жизни как нормальный отец, а не правитель города, тогда, возможно, я бы питала к нему дочерние чувства. Но, к счастью, он их не достоин. У меня есть отчим, и благодаря ему я знаю, что такое иметь папу, а не отца. Хотя по долгу службы обязана называть биологический вид мага, сидящего на троне Визорта, своим папой.

Задания слежки для него я выполняла только потому, что тогда отец разрешает пользоваться его средствами для достижения моей цели. Задействовать отчима я не могу, мне слишком неудобно из-за того, что он и так многому меня научил. А для получения дохода с продаж одежды нужен стартовый капитал. Мою одежду начали покупать, но на новые идеи и новое оборудование тоже нужны деньги, а продажи пока не окупают затраты. Я надеялась создать франшизу и нанять людей для массового производства, поэтому и жертвовала собой.

Раньше я не беспокоила себя контактом с жертвами отцовской диктатуры, да и надобности не было. Но наблюдая то, как она разговаривала с Беорегардом и смотрела на всех, вела себя отстраненно, я подумала, что это будет самое простое задание из всех, что мне выпадало выполнять. Хотя на самом деле папочка лишь беспокоился о рейтинге своей задницы!

Но, узнав ее тайну и увидев то, как она реагировала на внимание и жесты Бера или смотрела на него, словно запуганный олененок, я поняла, что девочка-то совсем зеленая, и это несколько осложнило работу. Здесь догадался бы любой, кто хоть немного смотрел романтические комедии и читал книги про любовь. Не хотела привязываться к ней, но она довольно милая и интересная. А судя по тому досье, что мне вручили, я, пожалуй, не хотела бы оказаться на месте Беорегарда или любого другого, кто ее разозлит, интересно, кто научил ее мстить.

Ксант, мой брат, тоже имеет вспыльчивый характер, но его обучали как воина для констреевского отделения правительства.* (В Визорте полиция называется – констреи)

Он знает множество вариантов пыток и владеет оружием не хуже меня. Но, несмотря на то, что Эва – всего лишь задание, мне стало интересно, что с ней случилось, раз хрупкая девушка, не имеющая опыта в общении, научилась мстить своим обидчикам.

От мыслей меня отвлек голос декана факультета, и я принялась делать вид, что мне действительно интересно здесь учиться. Нам раздали документы, по очереди вызывая все факультеты за бумагами, и я заранее знала, что мы будем в одной группе и на одних и тех же дополнительных курсах по инструментам. Осталось только сделать правдоподобное личико, чтобы не вызывать подозрений.

Забрав учебные бумаги, я с наслаждением наблюдала, как Эва и Бер сравнили свои курсы, и поняла, что все-таки смогу выловить из этого задания интересные моменты, они очень мило краснели. Уверена один из них даже не догадывался об этом.

– Ого… Как круто! У нас с тобой одни и те же курсы! Как совпало! Видимо, мы хотим добиться одного и того же. – Беззастенчиво врала на каждом слове и делала удивленное лицо, смотря в волшебное расписание курсов Уотерс. Она лишь улыбалась и говорила, что будет рада вместе заниматься, но при этом подозрительно краснела. Когда мы вышли из зала, через массивные двери, я поняла почему. Остановившись напротив окна и слившись со стеной темно-бежевого цвета, краем уха услышала, как она стеснительно ответила Беру:

– Я рада, что ты сможешь присутствовать на моих уроках по фортепиано. Мне не помешает практика. И я думаю, мы можем позаниматься на скрипке в свободное время.

Ого! Он успел уже свидание ей назначить?.. А я еще думала, что у меня с Ченсом все быстро началось. Хотя я могла преувеличивать. Надо быть более внимательной к этой особе.

Для "злой стервы" она быстро переобулась в стеснительную серую мышку. Что-то тут нечисто. И я намерена узнать, что именно!

Глава 3. Открытое зрение

Оказывается, учеба в Джуллиарде труднее, чем я предполагала, но я справлялась и даже нажила себе попрошаек в списывании. Надо на этом зарабатывать! Хотя, вероятно, я хотела думать, что я учебный задрот и остальное меня совершенно не касалось. На самом деле так оно и планировалось изначально.

Я не собиралась, не собираюсь и уверена на сто процентов, что в обозримом будущем не буду собираться участвовать в тусовках и групповых вылазках куда-то в парки, вечеринки или клубы. Я абсолютно точно не тусовщик и никогда им не была. Но в прошлую пятницу Диа заставила меня выйти из комнаты и отпраздновать начало обучения.

Это было весьма неловко. Я думала провалиться сквозь землю, будет намного легче, чем поддерживать общение, но все получилось куда спокойнее, чем я думала.

– Я… В общем… ну простой человек… Я не знаю, у меня очень маленький опыт общения с кем-либо…

– Так, стоп, все хорошо Эва. У нас нет помыслов, тебя как-то обидеть. Мы тебя толком не знаем и если бы даже знали, мы поступили в университет в новом городе, с другой системой жизни. Нам нужно наоборот держаться вместе, что бы во всем разобраться и научиться тут, существовать. Так что, вздохни и выдохни, и спокойно рассказывай о себе. Это касается не только нас, но и вообще всех. Даже если кто-то будет обращаться к тебе, со злым умыслом, ты в любом случае сможешь его послать и не обращать внимание. Сейчас тут таких людей нет.

После этих слов Дии я расслабилась. Она и дальше продолжала меня учить, но все ее нововведения сводились к оценке мужского поведения. Она поняла, что с девушками я не хотела знакомиться. Да и с ней-то я познакомилась случайно, но ни капли не пожалела. Больше всего она помогала советами в отношении к Беру. Я словно нашла вторую Саманту, только более спокойную.

Беорегард… С ним я вообще не понимала как себя вести, вне зависимости от знаний. Он тоже неплохой, но постоянно задумывался о чем-то. Когда я пыталась у него спросить, что случилось? Он закрывался от меня, и говорил какую-то глупость или переводил тему. По-моему, он увиливал от ответа… Бер общался со мной на темы об обучении и даже спрашивал моего мнения о его игре на инструментах.

Он и правда, талантлив. Не удивлена в его решении открыть музыкальную школу, но с ним что-то произошло. Я не способна расшифровать его поведение, как бы ни старалась использовать свои знания. Это началось на уроке по скрипке.

Он пришел ко мне в комнату, я готовилась тогда довольно долго, сделала прическу и накрасилась, даже приоделась. Для меня, это был первый частный урок, и я совру, если скажу, что Бер не симпатичен и ни капли меня не интересовал как друг и человек. Хотя бы взять его педагогическое образование, это уже повод задать пару триллионов вопросов. Он сказал о нем в первую неделю нашего общения. Сначала все было хорошо, он дружелюбно подшучивал надо мной, сказав:

«Уотерс, ты прямо как на вечер к королеве собралась, учитывая, что мы в итоге так и не выйдем из твоей спальни. Выглядишь… слишком афигенно… и тут довольно мило…».

После его странных слов и этих непонятных пауз, я покрылась мурашками от странного чувства в глубине живота. Мое лицо неимоверно полыхало, так как до этого я почему-то вымыла всю комнату и ванную. Мне было безумно приятно, что он оценил светлые тона моей спальни и плюшевую мебель. Я даже хотела поменять обои на более яркие, но в итоге не смогла выбрать варианты и оставила как есть белые стены с геометрическим узором. Мы выпили чаю, чтобы настроиться на работу, и потом обсуждали, с чего начнем играть. Стоило ему исполнить пару нот, я была оскорблена и шокирована! Никогда бы не подумала, что эти две эмоции возможно ощутить вместе. Он оказался шикарным исполнителем!

Моя скрипка чуть ли не плавилась от нагрева, настолько виртуозно он управлял ею. Я сидела на кровати с раскрытым ртом около пяти земных минут, три из которых он играл, и две потом я приходила в себя. Меня трудно впечатлить профессиональной игрой на инструменте, но у него вышло. Я посчитала, что это всего лишь действие музыки. Отчасти так оно и было. В последнее время она действовала на меня как психотерапия.

Но потом, осознав, что он соврал, не смогла с ним разговаривать и молча выгнала за дверь. Он извинялся передо мной много раз, а после просто замолчал, даже на учебе мы и парой слов едва ли перебрасывались. Это продлилось меньше недели. Я уж подумала, что наше общение закончилось на этом, но когда у меня был первый факультатив по фортепиано, я покрылась краской, как переспелый помидор, из-за того, что за мной наблюдало как минимум двое самых талантливых людей в классе.

Учитель разрешил Беру помогать мне, и тот сел рядом со мной и учил играть заданные ноты. Мы постоянно репетировали, и я часто спотыкалась на переходе в тональность ми-мажор, после того как поняла технику, несколько раз делала это специально. Мне нравилась его реакция на мои ошибки. Эта его подергивающаяся венка на подбородке и напряженные скулы со взглядом. Он очень мило злится. После первой репетиции его общение со мной изменилось довольно сильно. После первой репетиции его общение со мной изменилось довольно сильно. Он снова стал открытым и все больше писал мне, задавал вопросы, словно и не было того странного поведения. Я не хотела его прощать и сильно злилась. Но он узнал, что я люблю детские шоколадки, видимо атаковал вопросами Ди, с которой мы тоже переписывались достаточно часто, но больше виделись лично. И когда на моем пороге в комнату стояла огромная корзина с шоколадками я оттаяла!