Тони ДиТерлицци – Битва за УдивЛу (страница 5)

– Сочувствую тебе. Хороший был корабль.

– Я, в общем, даже рад, что ты меня вытащила оттуда ночью, в темноте. Хоть не видно было, насколько плохо дело, – сказал Хейли. – Но теперь придется посмотреть на «Бижу». А куда деваться?

Бродячее дерево скрипнуло и остановилось. Зиа глянула вниз и увидела, что они стоят у кромки мелкого озерца.

Хейли встревожился:

– Что случилось?

– Не волнуйся. Дереву нужен перерыв, хочет воды попить.

Зиа встала, потянулась и огляделась. Со всех сторон их окружала плоская пустошь. «Если нас найдут, прятаться будет негде», – подумала девочка и спустилась по веткам на берег водоема.

Хейли последовал за ней.

– Просто ждем здесь?

Зиа уселась на землю и стянула кедботы. Затем встала, подошла к краю озера и погрузила пальцы ног в воду. Там оказалось так мелко, что солнце успело прогреть воду – она сделалась теплой, прямо как в ванной. Она закрыла глаза. Зиа ощущала, как тело обновляется и омолаживается, словно дерево, окунувшее корни в воду. Она прислушивалась к вибрациям, к энергии, озера. Она ощущала, как на глубине двигаются рыбы и всевозможные рачки. Она вспомнила о гигантском водном растении, едва не убившем Ровендера, но в этом водоеме ничего подобного не водилось. Она чуяла на противоположном берегу двух высоких животных, пришедших на водопой, – возможно, сирулианских мант-бегунов. Зрением она едва различала два птицеобразных двуногих силуэта. С ними, кажется, никого не было. Зиа попробовала обратиться к ним мысленно, но ответа не последовало. Что-то проползло по руке, прервав едва установившуюся связь с мант-бегунами. Рыба-паук песочного окраса, размером примерно с ее ладонь, ковыляла по мелководью на вытянутых, как пальцы, плавниках.

– Привет, – шепнула Зиа рыбе. Она медленно и плавно – на манер бродячего дерева – присела на корточки. Рыба-паук не испугалась и не двинулась с места. Зиа погрузила в воду ладони и провела по ее гладким бокам. Девочка чувствовала, как текут мысли существа.

«Оно шевелится. Я хватаю. Я ем. Оно шевелится. Я хватаю. Я ем».

Зиа наблюдала, как рыбка кинулась на маленького краба. Девочка побрела по воде вслед за рыбкой. И вслед за рыбкой почувствовала спазмы в желудке. Впервые после Лакуса Зиа ощутила голод.

– Эй, ты что делаешь? – позвал с берега Хейли.

– Обед добываю. – Она не отводила глаз от рыбки.

Хейли вытащил из кармана куртки несколько упаковок питательных капсул.

– Я уже все тебе добыл. Какой вкус хочешь?

– Терпеть не могу эти капсулы. Сплошная химия. – Зиа снова присела на корточки в воде. – Но я умираю с голоду. – Она выпрямилась, держа в руках трепыхающуюся рыбу-паука. – Хочешь?

– Э‐э-эм, серьезно? – Хейли закинул в рот пригоршню капсул.

– Да. Серьезно. – Зиа вынесла рыбину на берег и положила у его ног.

Хейли скорчил гримасу, глядя, как рыба-паук хватает ртом воздух.

– И как, трудно тебе будет съесть кого-то, с кем ты разговариваешь?

Зиа вытерла руки о штанины комбинезона.

– Если цитировать Ровендера, «ее энергия восполнит мою энергию, ее дух обогатит мой дух. Я отношусь к этому с уважением и наслаждаюсь пищей».

– Насладись-ка ты своей пищей, пока она не уползла, – проговорил Хейли, указывая на рыбину, устремившуюся обратно к воде.

Зиа поспешила за добычей и снова схватила ее.

– У тебя найдется что-нибудь режущее?

– Лазерный ножик для расщепления проводов сгодится? – Хейли извлек инструмент из кармана. – Там даже фонарик есть в рукоятке.

– Пойдет, – ответила она и взяла ножик.

– Я, бывало, ел всякую непривычную еду в тех краях, где мы живем, – заметил Хейли, – но никогда бы не подумал, что можно слопать сырую рыбу-паука. – Они сидели на одной из нижних веток бродячего дерева, прячась в тени от жаркого дневного солнца. – Давно не чувствовал себя таким сытым… хотя все-таки стремно думать, что мы секунду назад съели мертвое животное.

– Моя сестра тоже рассуждала так же, – сказала Зиа.

Она смотрела, как озеро исчезает за горизонтом: дерево медленно ковыляло вперед. Девочка надеялась увидеть мант-бегунов, но их уже нигде не было.

– Зиа Восемь? – Хейли сбросил кедботы и закинул ноги на кромку толстого жесткого листа. – За время, что мы тут, ты ни разу ее не упомянула. С ней что-то случилось?

– Она… решила остаться в другом месте. – Зиа обратила взор на запад, где виднелась зеленая полоса деревьев. По крайней мере, ее сестра глубоко в Сердце Блуждающего леса, где до нее не смогут добраться боевые роботы Кадма.

– А. – Расплывчатый ответ девочки явно озадачил Хейли. – Так она в порядке?

– Думаю, она в хорошем месте.

Хейли сцепил ладони на затылке, прислонился к стволу и проговорил:

– Я только одно знаю: она жутко беспокоилась о тебе. – (Зиа посмотрела на него.) – Она мне сама сказала, когда мы бежали от Кадма на «Бижу». – Хейли натянул шлем на глаза, собираясь вздремнуть. – Сказала, что ты – это самое дорогое для нее в целом мире.

– Я… Она тоже мне дорога.

Из-под шлема раздался смешок.

– Звучит не очень убедительно.

– Она хотела вернуться в наш старый дом и жить там, как будто в мире ничего не изменилось. А этого не могло случиться ни при каких обстоятельствах, – ответила Зиа бесцветным тоном.

– Да я без претензий, – отозвался Хейли. – Просто спросил.

Зиа примостилась рядом с ним и вытащила из-под ворота кулон – маленький прозрачный фиал[2], дар сирулианской шаманки Сот. Внутри была щепотка земли с родной планеты Сот и еще более особенная вещица – напоминающий орхидею цветок, который отдала ей Зиа Восемь уже после того, как превратилась в человека-дерево.

Если подумать, то вся эта история напоминает какой-то кошмарный сон. Но Зиа была уверена: все произошло на самом деле.

– Помнишь генератор витавируса?

– Ту штуку, которая перезапустила планету? Ага, вы, ребята, обсуждали ее у меня на борту, – ответил Хейли из-под шлема.

– Ну вот, а я знала, где он. Восемь у меня на глазах сходила с ума, стала одержима идеей найти его раньше Кадма. Она угрожала мне оружием и заставила отвести ее к генератору, в Сердце леса.

– И ты это сделала? – Хейли приподнял козырек, чтобы посмотреть на девочку.

– И я это сделала. – Зиа потерла руками бока – в местах, где еще недавно были сломаны ребра.

– Н‐да, это, конечно, перебор. Но я могу понять, почему она этого хотела. – Хейли снова ссутулился и прикрыл лицо.

– Что? Считаешь, она была права?

– Такого я не говорил. – Хейли сцепил руки у себя на груди. – Мне просто кажется, что твоя сестра пыталась заполучить контроль над чем-нибудь – хоть над чем-то – в своей жизни. Правда в том, что Кадм контролировал вас обеих с тех самых пор, как вы вылупились из пробирки. Но только ты, Зиа, каким-то образом смогла вырваться из-под его контроля.

Правда заключалась в том, что сейчас все в жизни Зии будто вышло из-под контроля – захват Лакуса и Соласа, враждебность беженцев-альционов по отношению к ней, неудачная попытка предупредить Арию. Из-за всего этого Зиа чувствовала беспомощность, отчаяние и злость.

Она поцеловала кулон и спрятала его обратно под комбинезон, а потом прошептала:

– Я прощаю тебя, Сестра.

Глава 5

Возвращение

Прошло уж несколько дней с момента крушения «Бижу» посреди равнины. Несмотря на это, когда бродячее дерево добралось до места, струйки дыма все еще вились над кораблем. Пузатый корпус, лежащий на правом борту, возвышался над плоской песчаной равниной. В обгорелой обшивке тут и там зияли отверстия от пуль. Выпуклое лобовое стекло в носовой части вывалилось из креплений. Когда подошли ближе, Зиа увидела, как сквозь дыры в стекле влетают и вылетают некие создания размером поменьше вертиплавников.

– О нет! Мое бедное судно… – простонал Хейли и слез с дерева. Он немного постоял, рассматривая искореженные останки, а затем наклонился и принялся изучать что-то у своих ног, почти полностью занесенное песком.

Пилот поднял какую-то железяку, согнутую под прямым углом, сдвинул брови и пробормотал:

– Все мои старания псу под хвост. Вот пожалуйста, напорная трубка.

И бросил обломок на землю.

Зиа подошла к носу «Бижу» и присоединилась к пилоту. Ее встретило собственное искаженное отражение в растрескавшемся лобовом стекле рубки. «Я по-прежнему лохматая и чумазая», – подумала девочка.

– Мне жаль, что ты потерял корабль, – сказала Зиа, посмотрев на Хейли.

Тот не отводил взгляда от искореженного корпуса.