Тони ДиТерлицци – Битва за УдивЛу (страница 49)

– А, вот почему я знаю это место. Мы с Матр, видимо, пролетали мимо, когда удирали от…

Редим взглянул на нее, ожидая конца мысли:

– От моего братца?

– Нет. От Охо, – закончила Зиа.

– Иногда взе не так, как видитзя на первый взгляд, а?

Зиа кивнула и зашагала по тропе, ведущей вкруговую по зверинцу. В центре возвышался большой круглый павильон, а по другую сторону от дорожки располагались изящно украшенные вольеры и загоны.

– Что-то я не чую здесь ничего живого. Разве что несколько вертиплавников, они в павильоне гнездятся, – вздохнула Зиа. – Нам надо спешить. Редим, давай ты в эту сторону, а я в другую, и на том конце встретимся. Крикни, если найдешь кого-нибудь.

– Хорожо, – ответил Редим и захромал в противоположную сторону.

Зиа рыскала повсюду, но обнаружила только пустые, распахнутые настежь клетки да погибшего боевого робота.

Она обошла обожженный ствол ходячего дерева и обнаружила за ним детеныша гигантской тихоходки, наполовину погребенного под обвалившейся конструкцией загона. Зиа положила руку на панцирь. Он был холодным.

– Прости, малыш.

– Зиа Девять, зюда, зкорее! – позвал Редим.

Зиа пробралась к нему. Подходя ближе, она почувствовала еле теплящуюся жизнь большого и знакомого создания. Взрослый песчаный снайпер, скрючившись, лежал на полу в своем вольере. Его биолюминесцентное свечение потускнело, окрас поблек.

– Он живой, – сказал Редим, глядя на снайпера сквозь стекло вольера. – Я видел, как он жевелилзя.

– Еле живой. – Зиа опустилась на колени, чтобы лучше рассмотреть снайпера. – Впрочем, я чую, что он не один. Я чую… яйца.

– Наверное, лучже озтавить взе как езть. Даже з твоими озобыми талантами з этими жутить не зтоит.

– Мы можем разбить стекло? – Зиа обеими руками взяла крупный обломок и отступила от загона.

– Зтой! – вскрикнул Редим. – Воздужные киты, водяные медведи – это взе мирные зоздания, Зиа Девять. Но тут другое – озобенно езли речь о защите детеныжей.

– У нас время на исходе, – ответила Зиа и зашвырнула обломок в стекло.

От звука удара самка песчаного снайпера ожила и выпрямилась во весь рост. Как и прочие особи, с которыми довелось встречаться Зии, эта выглядела как исполинский богомол. Она воздела обе шипастые хваталки в угрожающем жесте и зашевелила ими. Толстое стекло загона треснуло, но не разбилось.

– Вот это знайперище! Ума не приложу, как Безтиил мог такое изловить. – Редим таращился на возвышающегося над ним зверя с открытым ртом. Он опомнился, только когда Зиа подошла к стеклу. – Ой, прозти.

Зиа не обратила внимания на его ремарку.

– Она большая. Странно, что я не почувствовала ее.

Девочка оглядела вольер. Похоже, у пленницы уже несколько дней не было еды.

– Они могут долго зпать у зебя в норах во время зазухи.

– А, да, похоже, она собиралась впасть в спячку. Это все объясняет. – Зиа смотрела на снайпера через стекло. – Ты ведь мать, детеныши в яйцах, так?

Чашевидные глаза песчаного снайпера двигались независимо друг от друга. Длинные, скрученные, как канаты, усики подрагивали, а клыкастая пасть последовательно издавала цокающие звуки.

– Что она зказала? – поинтересовался Редим.

– Ничего, – ответила Зиа. – Просто щелкает.

Зиа приблизилась к стеклу вплотную. Самка снайпера вытянула свои веслоподобные антенны, замигали биолюминесцентные узоры на ее теле.

«Уходи. Уходи. Уходи».

– Мы не причиним тебе вреда, – сказала вслух девочка, положив руку на треснувшее стекло. – Твоя кладка в порядке?

Мерцающие огоньки выстроились в другой узор.

«Я ударю. Я сильная. Я ударю. Я сильная».

Зиа закрыла глаза и сосредоточилась на частоте песчаного снайпера.

– Мы с тобой похожи. Мы обе принадлежим этой земле, – прошептала она.

«Ты прах. Ты вырастешь в охотника. Потом ты станешь добычей, – ответило животное. – Затем снова станешь прахом».

– Меня тоже держали здесь взаперти. В плену.

«Я ударю и убью тебя – и съем тебя живьем».

– Тебе нужно есть, чтобы защитить своих нимф.

«Моя сила, моя мощь и моя хитрость возьмут свое».

– Но не в этой клетке. Здесь ты умрешь, ты и твое потомство.

Снайпер не реагировала.

– Я могу освободить тебя. Но взамен прошу о помощи.

«Ты обманешь, и убьешь, и съешь меня живьем».

– Ничего подобного я делать не стану. Но время не терпит.

«А что со мной? Что с моими нимфами? Что с нашей свободой?»

– Дорсеанец спрячет твою кладку в безопасном месте. Скажи, куда ты хочешь их доставить, и я дам ему указания.

«В песок. В пустыню. На край этой земли».

– Это мы сможем устроить. Но ты должна пойти со мной. Мне нужна твоя защита.

«Он обманет. Он уничтожит. Он съест моих детей».

– Этот дорсеанец – нет. Его связывает клятва.

Зиа открыла глаза. Самка выпрямилась и стала еще выше, и под ее членистым брюхом стала видна кладка яиц, которую она плотно удерживала дополнительными конечностями.

– Ну? – спросил Редим.

Зиа подняла большой булыжник и снова швырнула его в стекло. Передняя стенка вольера обрушилась на землю грудой крупных осколков.

Гигантское существо выползло из загона, громко щелкая.

– Они намного больже на поверхнозти, – заметил Редим и попятился подальше от зверя. – Надеюзь, Зиа Девять, ты знаежь, что делаежь.

– Он отнесет твою кладку, – сказала Зиа и показала на дорсеанца. – И будет их охранять.

Огни на теле снайпера вспыхнули. «Еда. Еда. Еда». Самка кинулась куда-то по зверинцу.

– Шииса! – выругалась Зиа и побежала вслед. Редим помчался за ней.

Они обнаружили снайпера у загона водяного медведя. Гигантская богомолка выдернула труп из-под завала и пожирала его.

– Я рада, что здесь нет Отто. Не хотелось бы мне, чтобы он это увидел, – проговорила Зиа и отвернулась.

– Этот зверь уже умер, Зиа Девять. А ей надо жить. Так взе узтроено, – пожал плечами Редим. – Поверь мне, твое зтадо тихоходок прекразно понимает это.

Снайпер закончила трапезу и отползла. Обойдя один раз вокруг Зии и Редима, она осторожно опустила яйца на дорожку.

– Переправь их на южную окраину споровых полей и закопай там, – велела Зиа дорсеанцу.