Tommy Glub – Пленница варваров (страница 28)

рассматривать меня...

- Зачем ты принёс этот цветок?

- Я решил, что он поднимет тебе настроение. Он такой же прекрасный, как и ты.

Поднимаю на него взгляд и сглатываю вязкую слюну. Сейчас он выглядит так, словно тоже собирался спать, но резко решил сходить ко мне. Простые штаны, немного расстёгнутая, свободная и тонкая рубашка, которая скрывает смуглое, рельефное тело, открывая вид только на часть груди и шею. У него ещё распущенные волосы, в которые я хочу запустить пальцы и ощутить мягкость... Ой. Кажется, я совсем не о том думаю.

- Ты нормально себя чувствуешь? - он словно боится. Не походит, как обычно, не пытается прижать и держится на расстоянии вытянутой руки. - Кажется, мы с Аманом поторопились с ужином, с прогулками и со всем...

Как сказать. Мне понравился вечер. Место, куда они меня отвели. Кажется, на пруду были именно такие же цветы, и теперь один из них стоит в моей спальне. Но... Я и сама не могу сказать, почему не сплю. Почему мои мысли ворохом крутятся вокруг одного и того же, почему я боюсь раскрываться им... Да, меня могут использовать. Конечно. Но разве всё, что они сделали до этого... Разве стоит в них сомневаться? Я не хочу.

- Физически - да, - отвечаю. - Со мной всё хорошо.

- А морально? - догадывается Эвар.

Но я не успеваю и подумать над ответом. Входная дверь пиликает и впускает Амана. Он несёт в одной руке поднос и пока не видит нас, говорит то же самое, что и Эвар:

- Искин сообщил, что ты не спишь.

Я не сдерживаюсь и прыскаю, расплывшись в улыбке. Аман осматривает нас, но не смущается, молча проходит и ставит рядом с цветком поднос. На нём удивительно красивые бокалы и не менее красивый декантер. Я удивлённо смотрю на него и хмурюсь, не понимая, зачем он тоже пришёл...

-Я решил, что нужно немного расслабить тебя и извиниться.

- Извиниться? За что? - я сглотнула. Его рубашка, кстати, полностью расстёгнута и я могу видеть крепкую грудь и одинаковый, ровненький пресс, натренированные косые мышцы, которые уходят под брюки вместе с тёмной дорожкой волос.

Надеюсь, мои рассматривания он не заметил, пока блуждает своим взглядом по мне. Сейчас подобное расслабление слишком... лишнее. Между нами ничего не понятно и мои мысли должны оставаться холодными. Как бы не было сложно.

- За то, - Аман не стесняется, подходит и кладёт ладонь на мою щеку. Он вынуждает закинуть голову, чтобы смотреть на него снизу вверх. - За то, что ты видела. За то, что она помешала нам и не дала в полной мере насладиться вечером. Я хочу исправить этот момент.

- Как? Напоить меня каким-то напитком? - хмыкаю. Действительно, двусмысленно сейчас будет звучать всё. Но мне нельзя показывать того, что я ощущаю.

- Садись, высочество, - приятно и мягко улыбается Эвар, словно за эти секунды приняв какое-то решение. Именно он перехватывает мою ладонь и помогает усесться на мягкую кровать. Конечно, они оба оккупируют две стороны по бокалам и Аман разливает вино по двум бокалам. А сам берёт собственно этот небольшой декантер, пока мы с Эваром чокаемся.

- Я не знал, что и ты тут, поэтому мне придётся пить с горла, - хохотнул Аман.

- Почему же... Я могу поделиться, мне много... - я подношу бокал к губам Амана и он замирает, встречаясь с моим взглядом. Послушно пьёт глоточек, отставив кувшин и громко проглатывает.

- Пей теперь сама, - кивнул мужчина, за ножку отодвигая бокал и прижимая его к моим губам. Я послушно делаю небольшой глоточек, язык тут же улавливает ягодную кислинку, терпкость, а послевкусие резко - сладкое и приятное. Это не простой напиток.

- Много не нужно, - подтверждает мой мысли Эвар. - Не то, высочество, свалишься прямо тут нам на радость.

После всех моих мыслей об их рубашках, которые толком ничего не скрывают, об интимности самого момента, я просто замираю, а после вздрагиваю, понимая, о чём он. Растерянно снова встречаюсь с тёмными глазами Эвара‚ ощущая приятное тепло, что разлилось по животу, и слизываю маленькую капельку вина с нижней губы. Он повторяет за мной и громко сглатывает. Что происходит с нами? С ними? Со мной?

- Вкусно? - спрашивает он, отвлекая от жарких и постыдных мыслей. Мне почему-то резко хочется ощутить его вкус губ после этого напитка. Они сладкие или терпкие? Такие же мягкие, какие были совсем недавно? И как он меня поцелует в ответ? Нет! Нельзя. Не смей думать, Лита. Нельзя!

- Вкусно. Спасибо.

- Вино может немного тебя расслабить, это правда, - заговаривает Аман, опаляя кожу на ключицах горячим дыханием. - А ещё Лита, ты сводишь меня с ума. Похлеще любого вина.

Слова приятно отдаются в сердце. Я осторожно отпрянула назад. То, что я им нравлюсь - это понятно давно и даже не пугает меня. Но вот их напор... Это пугает и заставляет закрыться, но они не дают мне этого сделать. Я ощущаю руку Эвара на спине, он ловит меня, осторожно и невесомо поддерживает и улыбается‚ когда я смотрю на него.

- Боишься, это понятно, - он мягко кивнул, прижимая меня плечом к сильной груди.

Кончики его волос касаются шеи и приятно щекочут меня. Я смотрю на него, нервно вздрогнув от этого. Мужчина берёт моё лицо за подбородок и поднимает сильнее, чтобы в следующую минуту впиться в мои губы, возбуждая в эту же минуту все мои нервные окончания. Он поочередно целует нижнюю, верхнюю губу, словно играя и увлекая всё сильнее в омут. Я цепляюсь за его шею, осторожно отвечаю, точно отдавая себе отчёт. Это то, чего я хочу в данный момент. Собственно, я никогда так сильно чего-то не хотела. И пока он сводит меня с ума этим медленным и чувственным поцелуем, я ощущаю мокрое прикосновение на бедре.

Вспыхнув и вздрогнув, я резко отстранилась от Эвара и опустила взгляд. Встречаюсь со взглядом Амана и ахаю, когда он снова целует мою ногу, а сразу же после прихватывает кожу зубами. И тут же зализывает укус, словно в этот миг передумав меня кусать. А после проделывает это снова и снова, не оставив шанса отказаться, оттолкнуть его, сказать чёткое и твёрдое “нет”. Кожа вспыхивает от его страстно-нежных ласк, я ощущаю как под кожей расплавляется лава, она диким и бурным потоком идёт по венам, расплавляя все мои прежние причины. Я больше не могу отказать и остановить их. В голове закончились преграды и доводы, почему нам нельзя.

Эвар снова накрывает мои губы. Положив ладонь на шею, он откидывает меня на кровать и впивается ещё сильнее. Губы вспыхивают от ласки, а внизу живота становится так горячо, что хочется раздвинуть ноги сильнее, немного слабить напряжение, тянущую боль и резкое, тягучее удовольствие.

Этот переизбыток чувств рушится, едва полы тонкого халата расходятся и мои ноги немного раздвигают. Умелые мужские пальцы задевают тонкую ткань трусиков и тянут их вниз, проводя медленно по ногам и пробуждая по коже всё новые и новые мурашки. Я замираю, перестав отвечать Эвару и он ловко перешёл к скулам и шее, дав мне глотнуть воздуха и выдать первый стон.

В голове то и дело вспыхивают мысли разума. Так нельзя. Что я делаю? Зачем это? Как я потом буду себя вести? Почему их не смущает... Вся эта ситуация. Но они тут же гаснут. Яркая вспышка быстро появляется и её так же быстро гасят другие. Мои мысли, что сосредоточены на поцелуях, ласках и моей любви. Я полыхаю, когда он снова накрывает мои губы, и я обнимаю его в ответ, с каким-то безразличием замечая, что и халатика на мне уже нет.

А после я ощущаю и там... Поцелуи. Там, где сейчас сосредоточены все мои чувства. Нижние губы пульсируют и мне хочется впервые, чтобы нам никто не помешал. Чтобы всё осталось так, как есть. Чтобы между нами всё случилось. Я стону в губы Эвару, кажется, сильно обхватываю его, от чего он отстраняется и тихо смеётся мне в ухо, а после кусает его.

Аман же сладко заставляет забыть меня обо всём. Он вытворяет своими губами и языком просто немыслимые вещи. Заставляет выгнуться, задевая чувствительные точки, сжать простыни руками до боли. Укусить Эвара, когда он снова целует меня в губы... Главное, чтобы это не заканчивалось. Никогда.

16.

 

Прохладный ветерок проносится по коже, задевая нервные окончания и вызывая ещё больше мурашек. Едва горячие губы целуют новые участки кожи, предыдущие места вспыхивают. Я тону в ласках и томительном удовольствии, позволяя им обоим всё, что они хотят. Принимая то‚ что они предлагают и могут мне дать.

Хочется ответить им тем же. Такой же невыносимой и сладкой страстью на все их поцелуи. Потому едва губы Эвара вновь оказываются близко, я робко целую их, но после, откинув предрассудки, смелею и дарю ему как можно больше своих чувств. Он отвечает так же горячо. Забирает всю власть надо мной, и порой я даже не слышу собственных мыслей из-за кричащих чувств и горячей лавы в венах.

Аман неожиданно прерывает эту губительную ласку и ощутимо прикусывает внутреннюю часть бедра. Закидывает ножку на плечо и проходясь губами и зубами по коже, прокладывая влажную дорожку. Он нежен, но в то же время нетерпелив. Но я уже не могу остановить его. Чувствую, что не смогу и не хочу.

Ахаю, когда Эвар прижимается ко мне каменным членом и ласкает уже им ноющие губы. Внизу живота всё замирает тяжёлым грузом, а грудь заныла от дикого возбуждения. Я впервые всё это ощущаю, но едва всё началось - поняла, что именно так и правильно. Я хотела всегда быть для кого-то особенной. Чтобы именно меня мой партнер любил и дарил мне всего себя, а не потому, что я чья-то подопечная или принцесса. Я всегда хотела найти свою родственную душу... И нашла... Две.