Tommy Glub – Не идеальная жена для предателя (страница 9)

Так же взбодрил победивший чемпион, который расплывался от моих комплиментов, зажимая двух сладких куколок в своём кабинете. Мне бы и самому просто насладиться красотой и пощупать мягенькое тельце… Но не могу. Это меня не успокоит. Я недолго с ним поболтал и оставил с девчонками, выгнав всех, чтобы не мешали. Пусть пацан расслабится. Куколки залижут его рассечения и уже через пару дней Ник снова будет готов к бою.

Порой здоровье родных стоит дорого. В основном, мои бойцы идут на такое ради близких и я часто помогаю сразу, чтобы после человек был мне обязанным. Отрабатывая долг, тот или иной боец может получить очень интересное предложение о сотрудничестве. А кто-то выходит и живёт спокойной жизнью. Но за все годы таких было максимум десять.

Остальные парни желают заработать денег на будущее и готовы ради них рисковать своей жизнью. И желающих со мной работать всегда предостаточно. Даже без боёв. Я даю нормальные бабки за любой вид деятельности, но проверяю каждого до трусов.

— Я по-прежнему жду ответов на свои вопросы. Что ты тут высиживаешь, Алис? — я складываю руки на груди. — Нахера поехала к ней? Дружить с ней хочешь? — она злит меня. Хочет контролировать и меня, и Карину. Но, блять, как же это у неё отвратительно получается. Фу.

— Она моя лучшая подруга, Виталик, — мило хлопает глазами девушка, строя натуральную дурочку. И правда говорят, что блондинка — это состояние души, а не цвет волос. Алиса хоть и брюнетка, но настоящая блонда.

— После всего, что произошло… Не думаю, что Карина станет дружить с тобой, — хмыкаю.

— Ты её знаешь лучше, чем меня, Виталик, — она обиженно дует губы. — Чем я хуже? Я тоже родила тебе ребёнка, я стараюсь быть самой лучшей и верна тебе, в отличии от неё, — она даже пальчик выставила, стерва!

Сама же напрашивается. Сука, мы же оба знаем, что Карина мне не изменяла. Не смогла бы. То, насколько мы были одержимы друг другом — не подделать. Я её простил однажды и больше она бы никогда не предала… Я верю в то, что Карина не смогла бы меня убить… Но факты — упрямая вещь. И что только толкнуло её на тот поступок? Зачем меня убивать?

Я бы отдал и сам за неё жизнь, если бы она попросила…

Да уж… Как меня заебало копаться в этих риторических вопросах и при этом держать сутками лицо… Я хочу спокойной жизни.

— Старайся лучше, — я тянусь к ней и уже взяв за подбородок, усмехаюсь. Алиса сглотнула, замерев, но я так и не смог её поцеловать. Ещё пару дней назад было гораздо проще.

Сейчас.

Сидит, попивает любимый облепиховый чай. До сих пор не понимаю, как можно любить эту кислятину. Но годами пил с ней вместе, перебивая кислоту сахаром. Полезный чай, не спорю. Но кислый.

И стал любимым, потому что её любимый.

Сжимаю челюсти так, что они скоро заболели. Словно и правда выпил этого чая. Закуриваю, на что бывшая кривит губки и хмыкает:

— Ты начал курить, — не удержалась от комментария.

— Начал, — не спорю. Тут, блять, и ширяться едва не стал. Алиса порой нарывается, чтобы полетать по всему дому. Но я ни разу её не бил. Никого не бил. Только часто боксёрские груши в зале приходится менять. Выплёскивать силы и энергию, злость и усталось куда-то надо. Рядом больше нет мягкого любимого и тёплого тела, сладкой и маленькой женщины, которая одними объятиями заставляла меня выдохнуть и по-настоящему отдохнуть от тяжёлых дней.

— Что тебе известно? Ты же позвал меня не для того, чтобы я позавтракала у тебя? — Карина иронично выгнула бровь.

— А если — да? — хмыкаю. Мне так нравится её испытывать на прочность. Ещё немного и, чувствую, она будет что-то предпринимать. Она — ещё тот гений и стратег. Отец неплохо поднатаскал обоих дочерей, чтобы сейчас они всех мужиков смогли взять за яйца и подвесить. Красотки, каких ещё стоит поискать, да ещё и умные стервы. Я висеть на своём добре не хочу, потому и заставлю её отказаться от мести. Но только тогда, когда пойму её замысел. Её сестрёнка уже начала копать под меня. А значит, Карина действительно хочет отомстить. Утром уже был запрос на просмотр камер вокруг нашего дома и я его дал. Пусть смотрят, пусть действуют. Я сделаю вид, что тупой и ничего не понимаю Если Кира найдёт что-то, что не нашли мои парни — будет и правда интересно наблюдать за дальнейшими действиями Карины.

— Сапфир. Я не Алиса и по твоим условиям играть не стану, — спокойно отправляет кусочек чизкейка в рот и облизывается. Хочу тоже облизнуть её, но едва сдерживаю хмык.

Меня снова передёргивает от её холодного тона. Кажется, она специально не зовёт меня иначе. Надо бы привыкнуть. Но как?

— Станешь, — киваю. — Ты права, мои парни только определили тип взрывчатки и только поехали смотреть камеры «Бриллианта» и твоего паркинга. Но если ты хочешь видеться с сыном, я готов сейчас нормально обсудить условия, — я опускаю момент, что хочу просто насмотреться ею. Словно воздух, я дышу и снова живу, вдыхая всё больше и больше в организм. Она нужна мне. Нужна так сильно, что не остаётся ничего другого. Никаких других чувств. Я до сих пор люблю. До сих пор не смог вытравить из своего сердца.

— Я имею на него такие же права, как и ты, Сапфир, — да, блять, она это специально?! Какого хера надо так часто называть меня вот так? Где её нежное “Вит”? В прошлом? В нашем общем прошлом? — Неужели мало того, что я сейчас готова к сотрудничеству? Мало, что я иду к тебе на встречи и не прячусь, продумывая план мести?

Ну, спорное утверждение. Мы оба знаем, что она так просто всё это не оставит. Не простила. И не простит меня за то, что я стал жить с Алисой.

Так что она просто блейфует. Играет роль, отвлекает и издевается. Она не хочет со мной воевать, вижу, как ей трудно вообще находить слова. Но… Она сидит. Не сдаётся. Не убегает. Она готова к открытой войне, хоть и максимально не хочет этого.

— Мне мало, — киваю.

— И что ты ещё хочешь? — нахмурилась Карина, закинув свои волосы назад и выгнув бровь. — Что мне сделать, чтобы ты отдал мне сына? — девушка качает головой, осуждая меня за мои же решения. Ну и пусть. Я и так в её глазах выгляжу ничтожеством.

Губы тянутся в улыбке. Я скольжу по её шее взглядом, сглатываю и возвращаюсь к синим глазам.

— Я хочу тебя. Переспи со мной.

Да. Это вырывается почти неосознанно и быстро. Я и правда хочу её. Хочу её трахнуть, снова вспомнить то, что было до этого всего дерьма. Я настолько одержим этим желанием, что мне хватит одного взгляда Карины. И я буду её. Я снова буду верным псом, готовым зализывать свою вину денно и нощно. Но… Для начала, пусть немного подразнит и так разъярённого тигра внутри меня.

Даю Карине немного времени переварить услышанное и ожидаю получить ожог лица. Верю, что она может выплеснуть на меня чай и при этом даже бровью не поведёт. Но Карина и тут меня удивляет.

— Раньше, — тянет девушка, надпивая чай и прикрыв глаза на секунду. — Я бы перевернула тебе на голову чайничек с чаем, — хмыкнула она. Охотно верю. Я этого и ожидал, как бы. — Но если это единственное условие, после исполнения которого ты мне отдашь сына — я согласна. Хоть сейчас, — выгнув бровь, она смотрит на меня. Я кашляю.

Что-что? Сперва кажется, что мне послышалось. Но… Я смотрю в её глаза и вижу в них решимость и уверенность.

— Ты серьёзно? — переспросил я. Думал, что она врубит свою гордыню и станет меня хаить. Но нет. Она смотрит так, словно была к этому готова. И мне бы и правда… Всё бросить, взвалить её на себя и уехать куда-то подальше. А там уже… Целовать, ласкать, трогать и наслаждаться…

— Если тебе будет приятно переспать с женщиной, которая тебя ненавидит — да, — хмурит она брови. Хм, ясно.

— А в этом и состоит моё условие, Карин, — хмыкнул, найдя так быстро лазейку. Так что включаю мудака. — Ты должна сама меня хотеть. Прелюдии устраивать я не собираюсь.

Карина угукнула и кивнула. Смотрит несколько секунд в окно, пока я не могу оторваться от неё. Только сейчас замечаю в ней отличия от прежней Карины. Она сейчас совсем другая. Либо хорошо играет, делая вид, что ей нужен только Дима, либо она хочет меня обыграть. Либо и то, и другое. Карина — непростой игрок в шахматы.

— Почему ты такой? — она снова смотрит на меня. В глазах застыли слёзы. Вот это совсем неожиданно. — За что?

— Не за что? — прищуриваюсь. А сам пытаюсь держаться, чтобы не подойти и не обнять. До чёртиков хочется.

— Знаешь… — Карина моргает и с ресниц срываются две слезинки. Девушка быстро их смахивает. — Впрочем, ладно, — передумала она, встала и забрала свою сумочку, моментально собравшись. Подходит ближе. Я чувствую её запах и не могу сдержать улыбку. Сбоку дёргается охрана, но я коротким жёстом их останавливаю.

— Ты будешь жалеть о каждом своём слове, Сапфир, — произносит девушка. — А Диму я заберу. Хоть посади его в сейф. Я знаю все твои пароли и слабости, — хмыкает. Опять включает стерву, прячется, скрывает от меня истинные чувства. — Выбирай правильно противников.

Встаю тоже. Прижимаю её к себе за талию и очень даже уверен в том, что хочу исполнить свои слова и прямо сейчас уехать с ней в гостиницу. Но пока трогаю её спинку, немного сжимая пальцами ткань пиджака. Какая она… Моя.

— И что же ты знаешь обо мне сейчас? — на последнем слове я делаю акцент. Девушка нервно сглотнула и, положив ладонь на мою грудь, попыталась оттолкнуть. Но я не хочу отпускать. И не могу. Всё моё естество снова сходит по ней с ума.