Томас Рейд – Мятеж (страница 46)

Мимо Халисстры пронеслись еще две фигуры, и она отступила к стене, наблюдая, как Рида и Вейлас вступили в драку. Тот, что был крупнее, еще при первой встрече поразил Халисстру. Он легко обращался с огромным мечом. Лезвие в его руках блеснуло и показалось невесомым, когда он одним ударом наполовину рассек лицо первому противнику и, развернувшись, вспорол живот второму. Тот, что меньше, казалось, был доволен тем, что ему удалось незаметно прокрасться за спину дроу, который пытался нащупать уязвимое место Джеггреда. Охранник так и не услышал и не почувствовал приближение Вейласа. Разведчик с силой вонзил свой кривой клинок воину в поясницу. Противник страдальчески изогнул спину и рухнул на пол, когда Вейлас выдернул лезвие и отступил назад, исчезая в тени.

— Отойди с дороги, глупая девчонка, и дай им делать свое дело! — прикрикнула Квентл на Халисстру, стоя сзади.

Дочь Дома Меларн оглянулась через плечо на верховную жрицу. Она заметила, что маг достал какие-то странные предметы, и поняла, что он готовится произнести заклинание. Перед ним, словно живая, танцевала рапира, защищавшая мага от любого, кто попытался бы подойти ближе. Халисстра прижалась к стене, чтобы освободить магу пространство, а затем придвинулась к Квентл. С другой стороны то же самое сделала Данифай.

— Нет смысла лезть в гущу событий, когда они и так в состоянии со всем справиться, — пояснила Квентл, нахмурившись. — По крайней мере, хоть на что-то они годятся.

Халисстру так и подмывало спросить, почему верховная жрица терпит неповиновение троих мужчин, в особенности этого мага, Фарона, но решила, что лучше всего держать рот на замке и пользоваться ее благосклонностью. Может пройти еще много времени, прежде чем Квентл станет доверять ей, и жрица не хотела подвергать опасности их отношения.

Длинные тонкие полосы льда с шипением сорвались с кончиков пальцев Фарона и сосульками вонзились в плечо одного из воинов. Дроу закричал от боли и отшатнулся назад, но слишком поздно. Джеггред, заметив, что его противники отвлеклись, стремительно рванул вперед и огромными когтями вцепился в охранника. Разорвав воину живот, демон с довольной улыбкой наблюдал, как внутренности вываливаются наружу. Сила удара оказалась столь мощной, что темного эльфа развернуло вокруг своей оси. С противным бульканьем воин упал на спину, слепо глядя в сторону Халисстры. Содержимое его нутра плавно вытекало на пол.

— Осторожно! — раздался позади Квентл голос.

Халисстра повернулась одновременно с верховной жрицей и увидела еще один отряд воинов, приближавшихся с тыла.

— Маг, сделай же что-нибудь! — приказала Квентл, отступая назад, потому что новые воины уже обнажили оружие и заспешили на помощь товарищам.

Фарон развернулся, завидев новую угрозу. Он сунул руку в пивафви и достал несколько крохотных предметов. Его танцующая рапира, раскачиваясь, двинулась вперед. Оружие замахивалось и плыло по воздуху, пытаясь задержать новый отряд, размерами превосходивший прежний, оказавшийся в безвыходном положении. В то же время Халисстра услышала, как маг шепотом произнес несколько слов или фраз. Хотя жрица и не разобрала его речь, эффект оказался немедленным и впечатляющим. Слепящая полоса молнии сорвалась с кончиков пальцев мага и ударила ближайшего воина прямо в грудь. Сразу же следом затрещало еще несколько таких же разрядов, которые вырвались наружу из первой жертвы и настигли остальных врагов.

Халисстра закричала от боли и резким движением заслонила лицо руками от яркой вспышки молнии. Жрица прижалась к стене, кляня мага за то, что он намерился ослепить ее и сделать беззащитной перед нападением воинов. Несколько мгновений у нее перед глазами плыли яркие пятна. Халисстра двигалась вдоль стены, пытаясь уловить звуки приближающейся опасности, но ничего не произошло. Впереди она услышала последний возглас раненого, и шум сражения затих.

Когда зрение вернулось, Халисстра увидела Данифай и Квентл, выглядевших такими же изумленными, как и она сама. Фарон, казалось, был доволен собой, а воины Дома Зовирр валялись на земле тут и там.

— Будь проклят, Фарон! — накинулась на мага Квентл, уперев руки в бока и оглядывая Мастера Магика, который был несколькими дюймами ниже верховной жрицы. — В следующий раз предупреждай меня, когда задумаешь использовать заклинание, подобное этому!

Фарон поклонился, и Халисстра так и не поняла, насмехался он или нет, когда ответил:

— Приношу извинения, но не было времени предупреждать кого бы то ни было. Они напали бы на нас, если бы я не отреагировал столь поспешно.

Квентл фыркнула, по-видимому не до конца удовлетворенная его объяснением, но ничего не сказала. Секундой позже Халисстра почувствовала, что настоятельница Академии смотрит на нее.

— Ну? — бросила она. — Показывай дорогу. Не хочу, чтобы очередная банда прислужников Ссиприны обнаружила нас здесь, посреди трупов своих товарищей.

Халисстра коротко кивнула и повернулась к двери. Она старалась подолгу не смотреть ни на одно из тел воинов, которых уничтожил Джеггред. Жрица добралась до двери и использовала эмблему Дома, позволив магии совершить свою работу и отпереть замок. Халисстра вошла внутрь и сделала знак остальным следовать за ней.

Убранство комнат матери, по мнению Халисстры, было кричащим и безвкусным, но она не придавала этому значения. Когда дроу заполнили комнату, жрица указала на оставшееся пространство комнаты и множество дверей.

— Вещи госпожи Бэнр где-то здесь, — пояснила Халисстра. — Если мы разойдемся, то сможем отыскать их быстрее.

Словно подчеркивая необходимость поторопиться, еще одна ударная волна захлестнула Дом, и Халисстре показалась, что она слышит треск здания.

— Не обращайте внимания, — отрывисто произнесла Квентл. — Они где-то здесь.

Она указала на одну из дверей.

— Это спальни, — пояснила Халисстра, слегка озадаченная тем, откуда верховной жрице известно, что ее вещи находятся именно там. — Пойдемте, — добавила она, и вся группа последовала внутрь комнаты.

С одной стороны располагалась круглая кровать невообразимых размеров, которая могла бы вместить пять или шесть дроу, и, вероятно, так оно и происходило не один раз, по предположению Халисстры. Кроме кровати, в комнате находились диваны, сундуки, гардеробы и столы. Дорогие гобелены покрывали каждый квадратный метр стен.

Квентл устало пересекла комнату, направляясь к точке между двумя шкафами, где на отливающем зелеными, фиолетовыми и желтыми цветами гобелене черными нитями был выткан портрет жрицы. Халисстра знала, что это, должно быть, портрет ее бабки, и ей стало интересно, для чего Дризинил держала его у себя. Халисстра, без сомнения, не намеревалась хранить ничего, что напоминало бы ей о ее матери.

— Здесь, — указала Квентл. — Все спрятано позади гобелена.

— Тогда не трогай его пока, — предостерег Фарон, вставая рядом с ней.

Маг несколько мгновений изучал гобелен, затем кивнул самому себе, словно остался доволен осмотром. Он взялся за край ткани и сдернул ее со стены. За гобеленом не оказалось ничего, кроме голого камня.

Квентл нахмурилась сильнее, но маг просто извлек из складок своего пивафви волшебную палочку, взмахнул ею и прошептал магическую фразу. Фарон убрал палочку и вернулся к обследованию стены, в то время как все остальные собрались вокруг него. Данифай стояла рядом с Халисстрой, и жрица почувствовала, что служанка что-то вложила ей в руку. Взглянув вниз, Халисстра заметила, что пленница раздобыла два клинка, и один из них тайком передает ей.

«О, а ты умная девочка», — подумала Халисстра. Она быстро зажала оружие и незаметно сунула его в складки пивафви. Проделав это, жрица вновь обратила внимание на Фарона.

— Ну конечно, — произнес Фарон, как будто давая понять, что ему что-то совершенно очевидно. — Отлично, а теперь все разойдитесь. Я могу снять защитные чары и печати, но не сумею разобраться с механическими ловушками, которые, очевидно, тут тоже имеются.

— За это не беспокойся, — вставил Вейлас. — Если тебе удастся убрать магическую защиту, я возьму на себя остальное.

Фарон кивнул и принялся жестикулировать, одновременно нашептывая что-то. Наконец он указал на пространство между двумя высокими, богато украшенными шкафами. Халисстра предположила, что маг, должно быть, обладает способностью чувствовать присутствие различных заклинаний, чар и защит, потому как сама не видела, над чем он работает, и не могла припомнить каких-либо секретных проходов в комнате матери. Фарон разглядывал стену еще несколько секунд, прежде чем завершить волшебство, а затем кивнул разведчику, предлагая ему продолжить начатое.

Вейлас придвинулся к стене вплотную и стал осматривать ее дюйм за дюймом. Халисстре хотелось быть поближе к нему, чтобы увидеть, что же он ищет, но она не осмелилась беспокоить его. В это мгновение комнату потряс очередной взрыв, и Халисстра потеряла равновесие.

— Ради Абисса! — выкрикнул Вейлас, взмахивая руками, чтобы не врезаться в стену. — Так не пойдет. Я не могу справиться с этим, учитывая все…

Разведчик не договорил, потому что вся комната внезапно начала крениться и опрокидываться набок. Халисстра упала на пол и с криком покатилась прочь от той стены, которую они осматривали. Движение здания прекратилось, но отовсюду слышался вселяющий ужас звук раскалывающейся породы и громкий треск, словно весь мир разламывался на части.