Тома Ларионова – Призраки маяка (страница 8)

– Нет. Дел всегда много, а бухта далеко. А ты почему смартфон дома оставил? Тебе, наверное, мама звонила, я слышал какую-то фантастическую мелодию, но не стал отвечать. Если мама, то испугается, что не ты ответил.

– Да, это мелодия из «Звёздных войн», я её действительно поставил на звонок мамы. Сейчас перезвоню.

– Потом мне расскажешь, что у вас там в городе. А я пока ужин на стол поставлю. Не против, если поужинаем в беседке?

– Конечно, с удовольствием! Можно морем любоваться! – Андрей ушёл в свою комнату и прикрыл дверь. И тут снова раздалась знакомая мелодия.

– Мамочка, привет!

– Андрюша, ты почему не отвечаешь? Я уже волноваться стала. У вас всё в порядке?

– Да мы с ребятами в бухту ходили, там такой закат красивый! Не переживай за меня, у нас с дедушкой всё хорошо. Вот сейчас ужинать будем. А у вас в городе как?

– Хотелось бы сказать, что лучше, но снова ночью сбили несколько беспилотников. Есть повреждения домов, а к нам в больницу привезли раненых, папу и сына. Слава Богу, ранения не опасные. Впрочем, не нужно тебе было об этом говорить. Отдыхай! Папа выходил на связь, сказал, что продвигаются вперёд. Тебе и дедушке приветы передал. Ох, сынок! Скорее бы всё это безобразие закончилось! Я так по вам скучаю! Береги себя! Один не плавай, за дедушкой присматривай. И звони чаще! Люблю тебя, мой мальчик!

– И я тебя, мама! Не скучай! – Андрей нажал на красную кнопочку. Конечно, он всё равно переживал за родителей, вечером перед сном молился за них по-детски, как умел: «Господи, сохрани и помилуй мою маму Галину и папу Александра! Господи, сделай так, чтобы они остались живы в этой бессмысленной войне! Господи, прошу тебя!»

Подростки, хотя и играли в компьютерные игры, где каждую секунду кого-то нужно было убить, всё же не могли себе представить, что такое сейчас происходит в реальной жизни. А чтобы не переживать о том, что они изменить не могут, они в общении между собой не поднимали эту тему. Взрослые развязали войну, вот пусть они и разбираются! Андрей, да и многие его сверстники, верили, что всё скоро закончится…

– Андрей, я уже тебя жду! – крикнул дедушка с веранды.

– Иду! – Андрей надел толстовку с длинными рукавами, зная, что вечером прохладно. К нему подбежал Айдар и лизнул его за руку. Мальчик потрепал его по загривку.

– Ах ты мой красавец! Соскучился?

Собака завиляла хвостом и несколько раз гавкнула, мол, конечно, соскучился, а ты почему-то не взял меня с собой. А потом подбежал к столу и улёгся у ног дедушки, глядя ему в глаза. Может, что-то вкусненькое даст?

На ужин была жареная рыба с рисом. На отдельной тарелке лежали нарезанные колечками свежие огурцы, в вазе были конфеты и печенье, а вместо самовара – обычный электрический чайник. В беседке висел фонарь, но на противоположной от входа стороне, чтобы не светить в глаза.

– Дед, а мне тут нравится. И почему папа не стал смотрителем? Ты можешь мне о его детстве и отрочестве рассказать? – Андрей с аппетитом кушал рыбу и в перерывах задавал свои вопросы.

– Надо же! Тебе и правда интересно?

– А то! Думаешь, у папы было время со мной разговаривать? Работа, вызовы, дежурства… А теперь вот служба. Ведь он мог дома остаться, чрезвычайных ситуаций и в городе хватает… Но он выбрал контракт. И мама особо его не отговаривала. Он же у нас такой – сказал, значит так и будет!

– Вот ты сейчас сам и назвал его главную черту, упёртость! Наверное, в жизни мужчина и должен быть таким. Но нам, родителям, было с ним трудно. Не всегда мы понимали и принимали его поступки. Он очень любил море, и я думал, что будет кому передать маяк. А после службы на флоте он вдруг заявил, что пойдёт в МЧС. Мы даже просили Галочку с ним поговорить… Куда там! После свадьбы вместе и уехали… Да… Ты же просил про детство. Мальчишка он был смышлёный, отважный, смелый, рано научился плавать. Выходил со мной в море, помогал. Но при этом был жалостливый. Принёс как-то чёрного котёнка. Маленький такой, мокрый. Мы с бабушкой были против, ведь у нас собака. Но он сказал, что без котёнка домой не пойдёт. Что тут было делать? Разрешили. Собака, конечно, сначала не принимала Черныша, а потом они стали друзьями. Но всё равно кот признавал только Сашку. С ним и спал.

– Как несправедливо! Я тоже приносил в дом котёнка, только беленького, а родители не разрешили. Пришлось вешать объявление, чтобы нашёлся добрый человек.

– Нашёлся?

– Да, оказалось, что котёнок потерялся, и хозяин ещё и отблагодарил меня коробкой конфет за его спасение. Я потом просил родителей купить котёнка, но папа, как ты говоришь, упёрся… Так что я вырос без котёнка и собаки.

– Ну, ничего. Главное, вырос хорошим человеком. Я вот смотрю, ребята тебя слушаются. Тебя вожаком признали, да?

– Ой, я как-то не задумывался… Наверное. – Андрей смутился и в волнении начал теребить левое ухо. И тут же увидел вокруг дедушки золотистую ауру. Это было так красиво на фоне чёрного неба, что он невольно вскрикнул:

– Вау!

– Ты что-то увидел? – спросил Михеич.

– Да, лучи маяка над морем. Это так здорово! Ты знаешь, я за последнее время столько всего красивого и необычного для меня видел, что даже не верю, что так бывает. Ты же вот привык уже к свету маяка над морем? К дорожкам луны? К краснеющим рассветам и закатам? Когда люди к чему-то привыкают, они этого уже не замечают.

– Это так, внучек. Живём своими каждодневными заботами, а жизнь пролетает… Вот уже шестьдесят. А что я видел? Море, маяк, рыбалка. Ни разу в жизни в отпуск не ездил. Марусю как-то отпускал в санаторий, а сам… Как я оставлю маяк? На кого?

– Дед, так ты ни разу на самолёте не летал?

– Нет. И на поезде не ездил. Только на автобусе и своём джипе. Вот, честно, даже и не хочется никуда из дому выезжать. Знаю, что тосковать буду. Ну вот такой я!

– Дедушка, наверное, это и не хорошо, и не плохо. Одним нравится путешествовать, узнавать что-то новое, а другие любят свой дом и работу. Я вот ещё не определился, чего в жизни хочу. Мне нравится разгадывать какие-нибудь тайны, исследовать неизведанное, изучать неопознанное… Кстати, ты после рыбалки о чём-то хотел мне рассказать, а потом передумал, чтобы не пугать меня перед сном. Что это было? Какая-то тайна?

И не успел Андрей договорить, как услышал над морем крик ночной птицы. Вместе с ним повернул туда голову и Михеич. Оба они увидели, что от маяка отделилась тёмная птица с огромными крыльями и полетела над морем.

– Ты это тоже видишь, дедушка? – спросил Андрей.

– Да. Именно эту птицу я и видел после рыбалки. Мне она показалась зловещей. Раньше я её никогда не встречал. Почему она появилась с твоим приездом? Или это простое совпадение?

– Не знаю… Я её тоже однажды видел, ближе, чем сейчас. У неё голова белая и красный клюв. А глазищи большие и злые. Интересно, она на людей нападает?

– Ну, сколько тут живу, ни разу об этом не слышал…

– Дедушка, а что, если всё же это не совсем простая птица? И вдруг все исчезновения женщин связано именно с ней?

– Ох, не знаю, не знаю! Ладно, давай пока не будем ничего предполагать. Нужно встретиться кое с кем… Всё, пора спать! – Михеич резко оборвал разговор.

***

Сегодня была полная луна. И в такие ночи Зосим Михеевич не мог уснуть. Он знал, что считать до ста и обратно бесполезно, всё равно бессонница, эта спутница всех пожилых людей, не отвяжется. Оставалось лежать и предаваться воспоминаниям. А они, чаще всего, были безрадостными. Он и сейчас до мельчайших подробностей вспомнил тот вечер, когда исчезла любимая жена Мария. Он корил себя, что поздно вернулся с рыбалки, если бы он не задержался тогда из-за запутавшихся сетей, то всё было бы по-другому… Да только можно ли изменить прошлое?

– Машенька, Машутка, почему же я не уберёг тебя? – Михеич сто раз задавал себе этот вопрос. – Почему жизнь так несправедлива? Почему судьба не уберегла такую любовь, какая у нас была?

***

Сима и Маша учились в одном классе. Школа находилась в районном центре, и ребята со всей округи добирались до неё кто как мог. Путь Симы от маяка лежал через посёлок Маши, и ребята часто шли вместе. Болтали обо всём на свете – о прочитанных книгах, о море, о маяке, о дружбе. Маша была девочкой смешливой и смекалистой, а Сима, наоборот, серьёзным и основательным. Он знал, что судьба приготовила ему участь стать смотрителем маяка, и принял это как должное. Маша, как многие симпатичные девчонки, витала в облаках, представляя себя то актрисой кино, то стюардессой, то моделью. Она знала много стихов, могла в лицах изобразить кого-то из учителей или одноклассников и сама смеялась над этим. Их дружба в младших классах напоминала отношения между старшим братом и сестрой. Сима обычно нёс её портфель, защищал от мальчишек, которые могли обидеть. Они вместе ходили на море и в заветную бухту, Маша всегда могла рассмешить друга, если у него по каким-то причинам было плохое настроение. Конечно, бывали и ссоры, но Маша быстро отходила и сама просила прощения, если чувствовала, что виновата. Сима тоже не мог долго на неё сердиться.

И вот наступил трудный подростковый возраст. Маша стала девушкой с точёной фигурой, с озорными голубыми глазами, полненькими губками и длинными светлыми волосами. На неё стали заглядываться ребята постарше. Сима тоже изменился, особенно после лета перед выпускным. Рост под сто восемьдесят, волевое лицо и упругие волосы ёжиком. Они продолжали ходить вместе в школу, но чувствовалась между ними какая-то скованность. Сима будто впервые увидел Машу и был потрясён её красотой. Он чувствовал, что эта девочка теперь не может как раньше взъерошить ему волосы или взять за руку в момент неясной опасности.