Тома Ди – Запретная для Дракона (страница 3)

Из раздумий меня выдернул нетерпеливый стук во входную дверь. Кто бы это мог быть? Для постоянных клиентов ещё рано, может какой залётный? Эх, я совершенно не готова к приёму посетителей. Сделать вид, что закрыто и здесь никого нет?

Стук не прекращался, а сделался ещё громче. Дверь под кулаком неизвестного сотрясалась, что не способствовало желанию её открывать. Какая же я трусиха. Осторожно подойдя к окну, из которого можно было бы увидеть того, кто пришёл, я медленно отодвинула тяжёлую занавеску и, выглянув, тут же отпрянула назад и попятилась к стойке. На пороге лавки зелий стоял Мейсон с явным намерением попасть внутрь.

Похоже, он увидел колыхнувшуюся занавеску, потому что с той стороны раздался его властный голос:

— Каролина, открывай сейчас же! Я знаю, что ты здесь!

Да что же это такое? Почему всё это свалилось на меня разом, без возможности хоть как-то подготовиться. Мои пальцы нервно впивались в столешницу стойки, побелев от напряжения, а сердце было готово выпрыгнуть из груди. Во всей этой панике, сводящей меня с ума, я почувствовала ещё кое-что. Под рукавом платья на левом предплечье, в том месте, где со вчерашнего дня страшной раной сиял ожог, после воздействия зелья, начало неимоверно припекать. Задрав рукав я зачарованно смотрела на пробивающуюся сквозь повреждённую кожу метку семьи Розинбергов.

Метку было плохо видно, из-за сморщившейся кожи её очертания были нечёткими, лик дракона вообще не читался, но тем не менее метка была. Чёрт! Я вспомнила, что из-за вчерашнего неожиданного визита Мейсона я не успела доделать ритуал по разрыву связи истинной пары. Кожу я намазала, а внутрь зелье не успела принять. После Мейсона явилась Ханна и вообще смела приготовленное зелье на пол, а потом, за этой долгой уборкой, у меня напрочь вылетело это из головы.

Вот это я попала, не оконченный в течение суток ритуал полностью отменяет своё действие. Я бросила взгляд на часы, на коробку в столе с недостающими ингредиентами, на испорченную книгу заклинаний, где не хватало именно этого листа, и громко выругалась.

— Каролина, да отопри ты наконец эту дверь, — сразу же донеслось с улицы, — или я вынесу её вместе с петлями!

Понимая провальность ситуации, я медленно пошла открывать засов. Всё! Будь, что будет…

Отодвинув запор, я распахнула дверь мужу сестры, предоставляя возможность войти.

— Ну неужели, сподобилась, — злобно прошипел он. — Смотри, что я нашёл сегодня в своём замке! Это ты подсунула Ханне?

Мейсон тряс передо мной вырванным листом из моей книги заклинаний, а из кармана достал кучу пузырьков и высыпал их на стол.

— Я не давала это сестре, — испугавшись его напора, тихо прошептала я одними губами.

— Что ты там лепечешь? Натворила дел, так умей признаться! — дракон был меня выше на голову и слишком широк в плечах, слишком…

Вопреки ситуации, мои мысли почему-то свернули совершенно не туда, скользнув по крепким рукам Мейсона и задержавшись на тёмных волосах, выглядывающих из под манжета рубашки.

— Ты меня вообще слышишь? — взывал он к ответу. — Благодаря твоим порошкам Ханна совсем обезумела. Это ты надоумила её сделать приворот? Зачем ты это сделала?

— Ханна очень просила, потому что ты решил от неё избавиться, а она тебя любит и у вас дети, — выпалила я сразу всё что знала.

— Избавиться? Да я предоставляю ей такие отступные, что тебе даже и не снилось! Избавиться… — Мейсон усмехнулся.

— А как же ваша любовь? Ханна без ума от тебя, она говорила мне, что жить без тебя не сможет, неужели три года брака и пара близнецов не остановят тебя от этого решения?

Не знаю, откуда вдруг во мне взялась эта смелость, но я начала убеждать Мейсона в том, что он не прав. Что любящая жена не достойна такой участи. Что его сыновьям будет трудно без отца. Что он может пожалеть о принятом решении, но будет поздно.

Дракон слушал меня, наклонив голову набок, и ни разу не перебил, дав возможность сказать всё что я о нём думала. Когда же поток бранных фраз от меня в его сторону закончился, и я замолчала, он начал свою тираду.

— Значит так, — он смотрел мне прямо в глаза, отчего мурашки бегали у меня по спине табунами. — Во-первых, это я любил твою сестру, а не она меня, как всем вокруг казалось. Всё что Ханне от меня было нужно — это титул и деньги. И не пытайся сейчас спорить, я тебя достаточно слушал.

Я закрыла, открывшийся непроизвольно рот, из которого уже были готовы вылететь новые порции обвинений.

— Во-вторых, — продолжил он, — я не выгоняю её на выселки, как нажаловалась она тебе, а любезно предоставляю несколько вариантов безбедного, заметь, проживания в некотором отдалении от меня. Детей я, кстати, тоже не бросаю, я о них позабочусь в лучших традициях Розинбергов, они получат всё, что нужно для становления и выхода в свет.

Я тяжело вздохнула, начиная понемногу успокаиваться.

— Ну и, наконец, в-третьих: это, — он ещё раз потряс передо мной листком с заклинанием, собираясь закончить свою тираду, — это на драконов совершенно не действует, плохо ты училась, девочка!

Сдержать удивления я не могла, глаза расширились, и изо рта вырвалось удивлённое:

— Как не действует?

— А вот так, — самодовольно улыбнулся Мейсон. — А чтобы более неповадно было травить приворотами невинных, сделаем вот что…

Дракон подошёл к небольшому камину, который был встроен в стену мастерской для обогрева в холодное время года, взял с полки спички и, чиркнув ими о коробок, поджёг лист с заклинанием.

— Нет! — закричала я, и подбежав к нему, повисла на руке с горящими заклинаниями, поднятой высоко вверх.

Мейсон не опустил руку, пока в его пальцах не остался маленький недогоревший уголок листа. Он бросил всё, что осталось от акта сожжения в камин и, обернувшись ко мне, спокойным голосом потребовал:

— А теперь покажи свою руку!

5. Я дам тебе время

Я попятилась от него, заводя руки за спину.

— Каролина, я не шучу! — грозно шипел дракон.

— Ты говоришь, что любил её, почему же так легко бросаешь? Грош цена тогда твоей любви и веры тоже не может быть?

В моей голове стучала одна единственная мысль: действовало ли на дракона то зелье, которое я несколько лет смешивала и давала Ханне? Если он говорит, что драконы не поддаются на действие приворотов (о чём я действительно не знала), тогда почему он был с Ханной, и их семья выглядела такой счастливой?

— Ханну я действительно любил, она восхитительная любовница и замечательная жена. Меня в ней всё устраивало, и мы были настоящей семьёй, но случилось то, о чём она была предупреждена ещё до свадьбы, и на что она тогда согласилась.

— Ты предупреждал её о том, что выгонишь с детьми на улицу!

Мейсон покачал головой, устало глядя на меня. Ему хотелось скорее закончить этот разговор, но видя мою реакцию, дракон старался объяснить всё по порядку.

— Ханне, перед заключением брачного договора было подробно объяснено, какими будут мои действия, если я найду свою истинную пару. Она подписала бумаги. Она на это согласилась сама. Просто видимо не ожидала, что это случится так быстро, поэтому так бесится. Теперь тебе стало понятнее? Уже не так жалко свою сестру?

— Жалко, она моя родная сестра, я люблю её и не причиню страданий! — я уверенно встала в позу и упёрла руки в бока, сверля Мейсона злобным взглядом.

— Ну вот ты и попалась, противная девчонка!

Дракон сделал быстрый выпад вперёд, схватил меня за левую руку и быстро притянул к себе. Мне пришлось сделать несколько спешных шагов, чтобы не упасть, а он уже бесцеремонно задрал рукав моего платья и водил кончиками пальцев по моему обожжённому предплечью.

— Вот теперь другое дело, моей истинной не стоит ходить с такими шрамами, смотри, как новенькая! — Мейсон улыбнулся, отпуская мою руку.

Я удивлённым взглядом окинула совершенно гладкую кожу предплечья с чётко очерченной меткой Розинбергов.

— Как ты это сделал? — я была поражена его способностями.

— Я с тобой ещё не такое могу делать, поверь. Истинность не просто слова и давняя традиция, которую многие почему-то считают глупой. Истинность — это очень прочная связь, против которой никто не сможет устоять. И ты в том числе.

Я слушала его с открытым ртом, то смотря на метку, то вновь поднимая глаза на красивое лицо этого темноволосого мужчины. Мейсон был ровесником Ханны и старше меня на целых пять лет. Мне такая разница казалась очень большой, и я никогда раньше не заглядывалась на мужа сестры, как на представителя противоположного пола. Для меня он был просто парой моей любимой Ханны и отцом её детей.

Сейчас же, стоя рядом с ним, я чувствовала что-то другое. Нет, не любовь, я скорее готова была побить его, чем броситься в объятия. Но, при словах про связь, внутри меня действительно зашевелилось необъяснимое притяжение.

— По глазам вижу, что ты всё поняла, да? — спросил меня Мейсон.

Я будто в тумане кивнула, но быстро очнувшись, категорично замотала головой.

— Я не согласна на это! — голос звучал тихо и не уверенно, я откашлялась и повторила уже громче и с напором, — у меня свой путь, я выбрала его уже давно, и не собираюсь раде какой-то древней связи менять своё решение!

— Тебе придётся это сделать, — он словно не верил в то, что я могу ему отказать. — В истинной паре рождается сильное потомство. Пошли!