Тома Ди – Меланья и колдун (страница 15)

На этой фразе Милка сорвалась с места и подбежала к машине. Резким движением она открыла дверь автомобиля и схватила Лёху за руку:

— Твой сын у меня в доме, ты приехал его крестить, думай об этом, думай только об этом! — громко закричала она Лёшке.

На миг ей показалось, что глаза парня полыхнули огнём. Мимолётный полный дикой ненависти взгляд обжёг и заставил бросить руку и сделать шаг назад. Две — три секунды — Лёшка очнулся.

— А где все? Почему мы к тебе заехали, мы ж в кафе хотели, — Лёха пытался разобраться в своей голове, но у него плохо получалось.

— Все в доме, нас ждут, а нам нужно в баню, срочно!

— Мил, ты чего? Я ж сына приехал крестить, а не париться, харэ прикалываться, — улыбнулся Леший.

— Парить тебя никто не собирается, а вот отцепить от тебя незваного гостя нужно. Хотя будет жарко, это я тебе обещаю, — облизнув вдруг пересохшие губы, сказала Меланья.

— Какого гостя? Эх, Милка, вот если бы не знал тебя — подумал бы, что ты чушь несёшь. Но знаю, на что ты способна, верю. Пойдём раз надо.

Меланья решительным шагом пошла в баню, Лёха плёлся следом. Из окна, не смотря на запрет, на них смотрела Тамара Петровна и Малой.

Мама Саши после слов будущеё крёстной пребывала в лёгком трансе. Ей казалось, что она чувствует чьё-то присутствие, будто кроме них в доме находился кто-то ещё. Лёгкие шаги, странное движение воздуха, тихое потрескивание и вздохи. Да, Тамара Петровна готова была поклясться, что слышит их. И больше того, она даже их узнала, так вздыхала её покойная доченька.

— Сашенька, милая, прости меня, — удручённая женщина заплакала, закрыв лицо руками.

Тут же проснулся Вадим и закряхтел в автолюльке. Пора кормить и переодевать. Тамара Петровна начала хлопотать вокруг внука. Хорошо сумки из машины взяли, всё под рукой. Быстро поменяла подгузник, развела смесь и, взяв младенца на руки, села на стул кормить. Вадим с довольным видом чмокал и смотрел чуть выше головы бабушки. Глазки мальчика блестели, и Тамаре Петровне показалось, что он улыбается.

— Кушай маленький, кушай мой хороший, — приговаривала она и вдруг замерла. Её плечей коснулось что-то лёгкое и невесомое, женщина закрыла глаза и почувствовала запах любимых духов дочери.

Не просто так малыш улыбался, тоже почувствовал, а может и увидел. Волшебное ощущение присутствия Сашки согревало и дарило покой. Страх того, что это исчезнет, заставлял зажмуривать глаза сильнее и крепче.

— С вами всё в порядке? — прервал её сон наяву Егор. — Вам плохо? Воды принести?

Тамара Петровна, не открывая глаз, покачала головой, надеясь, что Сашка не исчезнет. Но чуда не случилось. Если это был дух её дочери, то он мгновенно испарился. Волшебство растворилось в обыденной реальности, можно открывать глаза.

Малой стоял совсем рядом и пристально смотрел на тёщу Лёхи. Один с катушек слетел, вторая как блаженная улыбается, не хватало и ему поддаться колдовству. Увидев, что с бабушкой крестника всё в порядке, молодой богатырь снова прильнул к окну. Лёха и рыжая, как зашли в баню, так ещё не выходили. Егор посмотрел на часы, до крестин час. Тамара Петровна докормила Вадика и положила его в автолюльку. Малыш мирно сопел и периодически морщил свой маленький носик.

Выйти бы, посмотреть, что там. Вдруг помощь нужна? Но нельзя, запрет. Малой помнил рассказы Лёхи про эту ведьмочку, лучше не нарываться, здесь переждать.

— Пойду, чайник поставлю, — прервала его раздумья Лёхина тёща. — Ты будешь чай? У меня бутерброды есть, перекусим?

Малой с готовностью кивнул, и они вместе отправились на кухню.

* * *

— Раздеваться надо? — Лёшка глядел на Милу, которая чертила мелом круг на деревянном полу парной.

— Если тебе так будет легче, то можешь и раздеться, — посмотрела она на него лукавым взглядом, одновременно расставляя по границе круга свечи и поджигая их.

— Какая же ты красивая, — расстегивая рубашку, любовался девушкой Леший. — Взял бы тебя прямо здесь, а всем скажем, что обряд совершали. Как тебе мысль?

— Мысль дурацкая, тем более в твоём положении. Да и для меня слишком опасная, — отвечала Меланья.

— Не понял? — у парня в крови уже заиграл тостестерон, сильное влечение затмевало разум, мысли путались и хотелось одного.

Милка громко засмеялась, в глазах зелёные искорки, приоткрытые пухлые губы, россыпь золотых кудрей по плечам. Она стояла возле двери парной, он сидел на нижнем полке. Разделяло их всего пара метров и большой круг со свечами на полу.

— Хитрец, так вот ты как решил до меня добраться, — проговорила она, обращаясь явно не к Лёхе. — Ну что ж, попробуй, иди ко мне!

Парень встал с полка и сделал шаг, заступив одной ногой в круг.

— Иди же, иди, чего замер? Или силёнок не хватает? — веселилась рыжая ведунья.

Ноги Лёхи будто налились свинцом. Желание внутри бушевало, а тело не слушалось. Как так? Он, молодой крепкий парень, не может перешагнуть свечи? Быть такого не может, сейчас он сделает ещё пару шагов и тогда ей от него не спастись. Но ноги упорно стояли, будто приросли к полу.

— Ладно, твоя взяла, — призывно улыбалась Меланья. — Обнимешь — согрею так, как никого не согревала. Давай же, иди, вот она я!

Лёгким движением она стянула с себя летний сарафан и осталась перед ним совершенно нагая.

— Ну что же ты за самец такой, раз заставляешь женщину ждать? Остыну ведь, передумаю.

Грудь, прикрытая локонами густых волос, вздымалась от учащенного дыхания, стройная фигура манила гладкостью кожи. Вот она, совсем рядом, зовёт. Сейчас всё случится! Наконец-то он её получит. Соблазнит и возымеет над ней власть… Как же долго он к этому шёл, ещё пара шагов и вся её сила будет служить ему… Чертовка, как хороша!

Пересилив последнее сопротивление, он вступил в круг.

Живым не отдам

Это было фатальной ошибкой. Как только обе ноги Лёхи оказались в очерченном заговорённом круге, Чёрного потянуло наружу из тела парня. Вот зараза, когда успела заговорить? Ведь чертила и с ним разговаривала. А получилось заклятие на изгнание…

— Живым не отдам, — пытался шантажировать Чёрный.

— У тебя выбора нет, — хохотала она. — Или отпускаешь, или сгоришь прямо здесь.

Чёрный бешено соображал. Выбора действительно не было, но даже этот небольшой манёвр осложнялся тем, что нужно в течении 666 секунд после вылета найти новое тело. Да, он конечно может вернуться в свой мир, но тогда придётся начинать всё сначала. А он уже близко, просто не до конца всё продумал. Слишком много народу вокруг, отвлекают, мешают, нужно наедине с ней быть. И тогда точно получится, он сможет, пересилит, одолеет её защиту.

Тело Лёхи горело нестерпимым жаром, глаза были закрыты, судорожные движения рук и ног напоминали дьявольский танец.

— Так и будешь дёргаться, как чёрт на сковородке, — грозным и властным голосом прокричала Меланья. — Отпускай! Сейчас же отпускай! Даю тебе ещё пять секунд, если не выйдешь, умрёте оба.

— Ведьма, — хриплым голосом прошипел Чёрный и начал отделяться от Лёхи. — Мы с тобой ещё встретимся. Я тебя всё равно достану!

Милка стояла и смотрела, как рогатый вышагивает из Лёшки. Все движения были будто в замедленной съёмке. Парень громко стонал, в перерывах между воплями боли. Чёрный специально делал выход максимально болезненным, нарочно хотел позлить противницу. Его пылающие огнём глаза выхватывали надрывную боль ведьмы от её бессилия. Он чувствовал, что ей будет полный моральный конец, если тело погибнет. Но допустить этого не мог, ведь тогда погибнет он сам.

Громкий хохот сотряс стены парной, когда Чёрный полностью покинул тело. Парень стал падать, но Милка вовремя его подхватила и уложила на нижний полок. Всё, теперь можно заканчивать! Распрямившись, Меланья начала отчитывать демона. Тот дергался в круге, вереща, как резаный поросёнок.

— Отпусти! Как ты меня держишь? Я должен отсюда выбраться! Я вышел из тела… — хриплый голос то басил, то визжал фальцетом.

Мила, не прерывая отчитки, указала пальцем вверх. На потолке был тоже нарисован круг. Из пасти Чёрного вырвался обречённый рёв. Всё, это конец! Эта рыжая его победила.

— Будь проклята! Будь ты проклята, — орал он, корчась от боли.

То поднимаясь к потолку, то опускаясь на колени, демон искал лазейку, хотя бы маленький разрыв линии. Он нашёл его, буквально на миллиметр черта прерывалась на стыке досок на полу. Он так хотел воспользоваться этой лазейкой, просочиться через неё, убежать от жара ведьминого заговора. Но как назло мешали свечи. Их пламя создавало дополнительное кольцо, и оно было непрерывным.

«Конец», — подумал демон и черной дымкой опустился на пол, готовясь навсегда исчезнуть. И тут произошло непредсказуемое. Дверь парной крепким плечом выбил Малой. Пламя свечей заколыхалось от потока воздуха, и одна из них погасла. Не веря своему счастью, Чёрный молниеносно воспользовался представившейся возможностью. Тонкой струйкой дыма он просочился в найденную лазейку и исчез.

— Там бабки собрались, у вас ор на всю деревню стоит, — отводя глаза от обнажённого тела Меланьи, проговорил Егор.

Милка так саданула его взглядом, что тот физически ощутил на себе дикую саднящую боль. От неожиданности он шагнул назад, спотыкнулся за порог парной, и всем телом рухнул на досчатый пол.

— Дурак! — закричала на него Меланья. — Ты даже не представляешь, какой ты остолоп!