Том Вуд – Киллер (страница 24)

– Ну ладно, пусть не для большего блага, но для нашего с тобой блага. Я все еще исхожу из предположения, что ты не хочешь провести всю оставшуюся жизнь за решеткой.

Фергусон сделал паузу, но Сайкс не ответил.

– Я не планировал такого, но это плата за наш провал, мистер Сайкс. Вы понимаете это?

– Да, сэр.

– Эта наша операция провалилась.

– Сэр, я думаю, что еще рано…

– Заткнись и дай мне закончить. Операция провалилась. И сегодня достижение нашей первоначальной цели стало не главным делом. Возможность получить в руки эти ракеты стала ни чем иным, как маленьким чудом, поэтому я полагаю, что усилия нужно сосредоточить на другом.

– А как быть со списком потенциальных покупателей, который я готовлю?

– Пока забудьте о деньгах, мистер Сайкс. В данный момент главное для нас – выбраться из этого дела с неповрежденными шкурами. Единственный способ добиться этого – не оставить концов. Но мы уже опоздали с этим. И теперь мы не можем оставить в живых людей, знающих об этой нелегальной операции, которая так эффектно провалилась.

– Но никто из них не знает всех деталей того, чем мы занимаемся. Они даже не знают, на кого работают. В любом случае только один является работником Конторы. Кроме того, они нам понадобятся снова, если мы захотим закончить работу. И они профессиональны, им можно доверять.

– Не пытайся обмануть себя. Доверять им можно примерно не больше, чем тебе. Или мне, что также важно. А вдруг кто-то из них сопоставит факты, касающиеся того, чем мы занимаемся. Что нам тогда делать? Надеяться, что он никому не скажет?

Сайкс смотрел в сторону.

– Альварес уже что-то учуял, и, похоже, что он мог кое до чего добраться. Или, может быть, этот толстый идиот Проктер настолько перестанет беспокоиться о перспективах своего продвижения, что сможет совершить прыжок в неизвестность? Ты в самом деле думаешь, что эта катастрофа не всплывет, если хоть один человек, кроме нас, будет знать хоть какие-то детали?

– Но, боже мой, двое из них американцы.

Выражение лица Фергусона не изменилось.

– Ничего не поделаешь.

Сайкс медленно поднял голову.

– Вы ведь не сейчас приняли это решение, верно? Вы намеревались убить их всех даже в том случае, если бы операция прошла блестяще?

Фергусон кивнул.

– В итоге да, используя Рида в течение длительного периода времени. Но события потребовали ускорить дело.

– И когда же вы планировали сказать мне об этом?

– Не изображайте благородный гнев передо мной, мистер Сайкс, – сказал Фергусон. – Я с самого начала говорил вам, что, если мы хотим довести это дело до конца, сделать это нужно будет совершенно чисто. Не должно было остаться никаких концов, ведущих к нам. Что я, по-вашему, имел в виду?

Сайкс опустил глаза.

– Ты достаточно давно в нашем деле, чтобы понять, о чем я говорил. Ты мог не допускать, что это относится и к тебе, но ты точно знал, во что ввязываешься, поэтому не надо теперь притворяться, что ты шокирован. Фаза зачистки после операции предусматривалась всегда, и в зачистке в любом случае должен был быть задействован Рид. Опыт научил меня также тому, что всегда нужно иметь резервное средство на случай возможных неожиданностей, и я знал, что таким резервным средством мог быть Рид. И когда все случилось, я порадовался, что проявил такую предусмотрительность. До сих пор тебе не нужно было знать деталей.

– Несомненно.

– Надеюсь, для тебя это не проблема? – Фергусон сделал паузу. – Верно?

– Нет, сэр, – голос Сайкса был спокойным.

– Тогда с этим все. Все подробные сведения об этих людях нужно передать Риду срочно. Я имею в виду именно все и именно подробно.

– Будет сделано.

– Так-то, мой мальчик, – закончил Фергусон с ласковой улыбкой.

«Как отец, объясняющий ребенку, что нужно усыпить собаку, чтобы не платить ветеринарам», – подумал Сайкс.

– Так-то будет лучше.

– Да, сэр, – ответил Сайкс, ссутулившись и глядя в окно. Он почувствовал, что Фергусон внимательно смотрит на него, и выпрямился.

– Я уверен, что вы переживете это, мистер Сайкс, – сказал Фергусон.

– Конечно, сэр.

Голос Фергусона понизился на несколько децибел:

– Потому что я буду очень огорчен, если мое доверие к вам не оправдается.

– Вам не о чем беспокоиться, сэр.

– Рад слышать это.

– Что за тип этот Рид? – спросил Сайкс, чтобы увести разговор в сторону от себя. – Насколько он профессионален?

Фергусон недоверчиво поднял бровь.

– Он убил больше людей, чем Сталин.

Четверг

07:3 °CЕТ

Она видела, как он подходит к ней, двигаясь строго по прямой, спокойный, не замечая окружающую его сутолоку аэропорта. Ему было около пятидесяти, широкоплеч, но строен, темноволос. Одет в прекрасный черный костюм, пиджак расстегнут, верхняя пуговица рубашки тоже. Галстука нет.

В его движениях было что-то почти механическое, каждое было строго выверено. Паспорт он уже держал в руке. Она взяла его и раскрыла. Борлэнд, Джеймс Борлэнд. Джеймс. Он и выглядел как Джеймс.

Он сегодня не брился, и темная щетина маскировала крепкую линию челюстей. Его кожа была поразительно бесцветной, а волосы не были уложены, просто коротко подстрижены. У него были прекрасные черты лица, но он явно не старался произвести впечатление.

– Какова цель вашего прибытия во Францию, мистер Борлэнд?

– Бизнес, – ответил он прямо и четко.

Его британский английский был интеллигентен, изыскан, это был голос истинного джентльмена. Он от природы выглядел человеком, которому не нужно стараться. Чтобы сделать из него человека, привлекающего к себе внимание, ей почти не потребовалось бы труда.

У него были невероятно яркие голубые глаза. «Он исключительно привлекателен», – решила она, хотя для того, чтобы понять это, ей потребовалось взглянуть на него еще раз. Она сравнила фото в паспорте с его лицом и отметила, что в жизни у него такое же серьезное выражение, как на фото. Если он и моргал, она этого не замечала. Она могла бы сказать, что это очень глубокий человек.

Она вспомнила, что ей нужно выполнять свою работу.

– Какого рода бизнесом вы занимаетесь? – спросила она.

Ответ снова был однословным.

– Удалениями.

Он не был разговорчив, но это не имело значения. Нет ничего хуже человека, который никогда не закрывает рта.

– Вы из Лондона? Я люблю Лондон, это фантастический город. Мне кажется, вы, англичане, – лучший народ в мире.

Никакого ответа. С ним не поболтаешь. Он просто ждал с невозмутимым выражением лица. Может, он просто застенчив? Да, наверно, так и есть. Она тайком бросила взгляд на его левую руку. Кольца нет. Нет никаких украшений, а его часы больше подошли бы дайверу, чем бизнесмену. Что он был за человек? Похоже, он старался сделать свою внешность по возможности незаметной. Если бы он не шел прямо к ней, она бы и не заметила его.

Она улыбалась, облизывала кончиком языка нижнюю губу, проводила пальцем по шее, взмахивала ресницами – изо всех сил старалась дать ему понять, что хочет вызвать его на разговор. Он не заглатывал наживку. Возможно, он любил разжигать интерес.

Она проверила информацию в своем компьютере. Человек много летал: Люксембург, Египет, Гонконг, и это лишь за прошлый месяц. Можно добавить опыт путешествий к своему списку его качеств. Она постучала по клавишам своего компьютера и протянула ему паспорт. Он взял его из ее руки так незаметно, что она даже посмотрела на руку, чтобы убедиться, что та на своем месте.

– Желаю вам хорошо провести время во Франции.

Она предприняла последнюю попытку, склонив голову набок и одарив его взглядом лани, говорящим: «Пригласи меня на обед и переспи со мной». Он ушел, не произнеся ни слова.

«Надменный дурак, – подумала она. – Может, он гей?».

Четверг

17:46 СЕТ