Том Светерлич – Исчезнувший мир (страница 50)

Секретарша Нестора принесла мне кофе со словами:

– Всего несколько минут, специальный агент Нестор заканчивает совещание, которое чуть затянулось.

Из широкого окна открывался вид на Пенсильвания-авеню, где-то далеко внизу шумели столичные машины и толпились туристы, фотографируя здание Эдгара Гувера, но когда я смотрела с высотного этажа, город как будто отступал. Все люди под щедрым осенним солнцем были лишь вымыслом этой НеБыТи, и даже если они и жили на «твердой земле», то были обречены стать кормом для Рубежа. Все они умрут. Города исчезнут под морозными кристаллами, сама природа погибнет под этим противоестественным льдом. КК ВМФ запустило операцию «Сайгон», покинуло Землю, флот рассеялся, как семена, но эти семена упадут в пустынных мирах и все равно погибнут, не дав плодов.

Времени не осталось, не осталось ни для Земли, ни для Дрисколла, чтобы помочь людям избавиться от тел или научить эти тела жить вечно. Все мы смертны, и все мы умрем. На стене висела фотография в рамке – большой призматический источник в Йеллоустоуне, а на столе – фото его семьи. Его жена оказалась бледнокожей красавицей с постриженными лесенкой волосами, в кожаном пиджаке, тесных джинсах с дырками на коленях и ковбойских сапогах из змеиной кожи. Дочь пошла в мать, но глаза у нее были от Нестора, мягче отцовских, но такой же формы.

– Прости, что заставил ждать, – сказал Нестор, войдя в кабинет. С ним вместе пришла женщина. – Шэннон, это специальный агент Вивиан Линкольн. – Он закрыл за собой дверь. – Вивиан, это специальный агент Шэннон Мосс из СУ ВМФ.

Она была на несколько лет моложе меня и чуть выше, черные волосы забраны в плотный узел, на шее круговая татуировка – надпись готическим шрифтом: NOVUS ORDO SECLORUM. Я поняла, что знаю эту женщину, хотя и не могла понять откуда, но точно уже с ней встречалась. Выглядела она как стильная библиотекарша – с крупными очками в черной оправе, шерстяной юбке и кожаных сабо.

– Значит, Вивиан, – сказала я, пожимая ей руку.

– Невероятно, – отозвалась она. – Это же Шэннон Мосс.

Когда я услышала ее голос, то в голове щелкнуло узнавание – Шона. Я вспомнила медную шевелюру. Это была Шона, которая когда-то спасла мне жизнь во фруктовом саду мисс Эшли. «Тебя хотят убить», – сказала она, и той ночью в саду на меня набросилась быстрая черная тень, Кобб, я вспомнила красный поток его крови и чей-то предсмертный крик, прежде чем я побежала. Это умирала Шона, или Вивиан, в этом я не сомневалась. Кобб убил ее, перед тем как погнался за мной. Но эта женщина не знала о той своей версии, та жуткая история ее не коснулась. Волосы у нее были цвета воронова крыла, а не медные, да и вес изменился – она похудела, черты лица заострились. Но, безусловно, она. Вивиан, так назвали ее агенты Иган и Цвайгер. И в памяти щелкнуло: бабочка под стеклянным колпаком.

– Шэннон уже давно расследует террористические акты, связанные с Бакханноном, – объяснил Нестор, – и в одном старом деле мы наткнулись на имя доктора Питера Дрисколла.

Взгляд Вивиан заледенел.

– Понятно.

– Вивиан работала под прикрытием, – сказал Нестор. – Несколько лет провела внутри сети Хильдекрюгера. Те сведения, которые она добыла, спасли много жизней.

Она работала под прикрытием и в другой НеБыТи, когда пожертвовала жизнью ради меня.

– Приятно познакомиться, – сказала я.

– Шэннон хочет больше узнать о твоих отношениях с Ричардом Харриером.

– И если ты когда-нибудь слышала о Карле Дерр, – добавила я. – Она была адвокатом из Канонсберга, убита весной 1997 года.

– Нет, это имя я не слышала. Но Харриером я занялась только после одиннадцатого сентября.

– Дрисколл собирался встретиться с Карлой Дерр в тот день, когда ее убили, – пояснил Нестор.

Вивиан покачала головой, фамилия Дерр ни о чем ей не говорила.

– У Хильдекрюгера были списки целей, – сказала она. – Дерр, вероятно, была целью, точно не знаю. Нестор наверняка рассказал о моем отношении к смерти доктора Питера Дрисколла. Он был в этом списке.

– Расскажи про список. Кто еще там был? – попросила я. – Откуда он вообще взялся?

– Список составил Хильдекрюгер, и он же позаботился о том, чтобы все из этого списка погибли. Я никогда с ним не встречалась. Его называли Дьяволом. У меня было такое чувство, что он надолго исчезал, а потом появлялся с обновленным списком. Мне так и не позволили к нему приблизиться.

– А с кем ты была близка?

– У меня были отношения с Ричардом Харриером. Из всех, с кем я встречалась, он был ближе всех к ядру группировки, – ответила Вивиан.

– Я застукала Харриера с Эшли Байтак в ту ночь, когда мы штурмовали дом в Бакханноне, – сказала я.

Нестор улыбнулся.

– После ареста он провел некоторое время в федеральной тюрьме, но мы не сумели связать его с лабораторией химоружия, не считая отношений с Эшли Байтак. Он отсидел пять лет и вышел, выиграв апелляцию.

– Но к тому времени, как он покинул тюрьму, Харриер стал полным отморозком.

– Была еще женщина по имени Николь Оньонго, – сказал Нестор. – Ты ее помнишь?

– Да, – ответила я, припоминая, что она сказала тогда в сгущающихся сумерках у амбара мисс Эшли: «Я невиновна». – Николь была связана с убийством Патрика Мерсалта.

– Точно. Я допрашивал Коль в самом начале нашего расследования убийств семьи Мерсалта, как только мы вычислили, что она и есть женщина с найденных фотографий. Помнишь? Самоубийство, комната с зеркалами?

– Помню.

– Я вышел на нее с помощью номера машины из гостиничных записей. Я ее допросил, но отпустил, на нее ничего не было. Тогда мы решили, что она просто связалась не с тем человеком не в том месте и не в то время. Но Брок хотел еще раз с ней поговорить, у него что-то на нее появилось, и как раз когда он погиб, я объявил ее в розыск.

– Но она исчезла, – сказала я. – Брок не сумел ее найти.

– Просто испарилась, – подтвердил Нестор. – Но через несколько месяцев, уже после смерти Брока, Коль сама со мной связалась. Она была в панике, сказала, что хочет заключить сделку ради защиты. Коль боялась, что убийца Патрика Мерсалта убьет и ее, и я ею занялся. Она стала для нас ценным ресурсом.

Ценным ресурсом. Информатором. Нестор сидел за столом со скрещенными пальцами, Вивиан – в кожаном кресле рядом со мной. Николь, видимо, рассказала Нестору то же, что однажды рассказывала мне. О Хильдекрюгере, о Коббе, Эсперансе, Вардогере. Она раскрыла информацию о КК ВМФ, «Глубоких водах» и «Либре».

– Что она тебе рассказала?

– Мы предложили ей программу по защите свидетелей, но она скользко себя вела, – сказал Нестор. – Я встречался с ней несколько раз, но она рассказала не много, была слишком напугана. И в конце концов согласилась ввести в этот круг Вивиан в обмен на неприкосновенность.

– Так ты и познакомилась с Харриером, – сказала я. – Благодаря Николь.

– Через нее, да, – ответила Вивиан. – Я не смогла добраться до ядра группировки, внутреннего круга, «речных крыс». Но Николь Оньонго устроила мне несколько встреч с Ричардом Харриером, пока он еще находился в тюрьме. Я сумела с ним сблизиться.

– А Дрисколл был в списке целей Хильдекрюгера? – спросила я.

– Да. Однажды ночью я проснулась и увидела, что Ричард одевается. Это было где-то в час ночи, ближе к двум, и я спросила, в чем дело. С ним связался Хильдекрюгер, вот так, ни с того ни с сего. Они пользовались предоплаченными телефонами и пейджерами, не доверяли Техносфере. Ричард сказал, что Дьявол велел ему убить человека по имени Питер Дрисколл, этот Дрисколл – часть «цепочки». И я пошла с ним, пыталась его отговорить. Но Ричард хотел, чтобы я сблизилась с Хильдекрюгером, и думал, что если я убью этого Дрисколла, то докажу свою преданность. Я не собиралась убивать Питера Дрисколла.

– И ты не знала, что Дрисколл – свидетель в расследовании ФБР, – предположила я.

– Для меня это было просто имя. Больше я ничего о нем не знала. Тогда я ничего не знала об этом мире и кто такой Дрисколл. Ричарду сказали, где живет Дрисколл, – в огромном доме на холмах Виргинии. Он припарковался на подъездной дороге, и мы пошли через лес, перелезли через ворота и просто позвонили в дверь. Я позволила Ричарду зайти так далеко, потому что не хотела раскрывать себя, пока это возможно, но все случилось слишком быстро. Доктор Дрисколл открыл дверь и несколько раз выстрелил, как будто уже нас ждал. Он попал Ричарду в шею и грудь и убил наповал. Меня тоже задел, в ногу. Он собирался меня прикончить. Стоял почти вплотную ко мне, а ты сама знаешь, как быстро все может происходить. У него был «магнум-357», никелированный, эффектная штука. Я четко помню только его револьвер. Дрисколл был на расстоянии вытянутой руки, когда выстрелил.

– Но промахнулся.

– Три выстрела, и все мимо, – сказала Вивиан. – Револьвер был слишком для него велик, и даже если Дрисколл учился с ним обращаться, то не сумел применить свои умения. Увидев мое оружие, он попятился. Револьвер он держал неумело, одной рукой. Я открыла ответный огонь.

– И попала восемь раз, – сказал Нестор.

– У меня был «глок-23», и я опустошила магазин за три секунды. Я сумела позвонить в 911, несмотря на сильное кровотечение. А потом отключилась.

Она замолчала, закрыв лицо руками. На ее ладони была татуировка, тот же черный круг с изломанными спицами, который я заметила, когда мы шли по саду в другой НеБыТи.