Том Холланд – Избави нас от зла (страница 13)
— Все будет хорошо, — прошептал мальчик.
Он и сам верил в это. По какой-то непонятной причине прикосновение губ Эмили к его собственным рассеяло все его страхи.
—
Он нежно провел рукой по белокурым локонам волос Эмили и обнял ее еще крепче. Потом снова поцеловал девочку в губы.
Уже на следующее утро капитан Фокс поднимался по ступеням переднего крыльца дома в усадьбе Уолвертонов. За ним следовали сержант Иверард и четверо рядовых милиционеров. Все шестеро были вооружены; у всех в руках были фонари. Все они более пятнадцати лет назад были в составе следственной бригады, которая тщательно обыскала каждое помещение этого дома и других строений усадьбы.
Войдя в дом, капитан Фокс остановился. Затем из прямоугольника света, проникавшего сквозь открытую дверь, он направился в глубь темноты. Вскоре он снова остановился и громким голосом сообщил о своем присутствии. Ответом ему было только эхо, быстро утонувшее в сырости, которая ощущалась даже кожей. Капитан обвел фонарем пространство вокруг себя. Открытые дверные проемы ждали его и слева, и справа; за спиной поднималась лестница, по которой недавно забирался наверх его сын. В помещениях за лестницей стояла такая же густая, как и сырость, темнота.
Капитан Фокс распределил людей для обыска различных помещений: двоих послал на верхний этаж, двоих — за дверные проемы слева от холла. Когда они, отдав честь, отправились выполнять задание, капитан повернулся к сержанту Иверарду:
— А мы с вами поищем справа.
— Да, сэр, — откликнулся сержант Иверард и помолчал, вглядываясь в дверной проем, а затем спросил: — Не здесь ли мы нашли тогда вход в погреба?
— Насколько я помню, здесь, — ответил капитан Фокс, шагнув внутрь помещения.
Он не стал встречаться взглядом со своим сержантом, но в этом и не было нужды. Пятнадцать лет назад рядом с ним был именно Иверард. Оба точно знали, где находится вход в погреба.
Они начали свой путь к цели сквозь темноту дома. Капитан Фокс почувствовал страх, зашевелившийся где-то внутри, словно червь, и мысленно помолился, отдавая себе отчет в том, что смертен и вполне созрел, чтобы стать пищей для червей любого сорта. Вокруг не было ничего, что можно было бы считать находкой, ни единого признака чьего-то присутствия. Капитан не находил объяснения своему страху, если не считать нараставшего сомнения, не ошибся ли он, полагая, что в доме кто-то прячется.
Чем дальше он прокладывал путь по гнилому полу, отбрасывая в стороны кочки покрытой плесенью сорной травы, тем более его сомнение превращалось в уверенность. Долго ли выдержит пребывание в таком месте любое живое существо? От этой мысли его бросило в дрожь, но он упорно зашагал дальше, вошел в следующую комнату и обвел ее светом фонаря. По-прежнему ничего — только тишина, темнота и сырой холод. Шевелившиеся где-то под ложечкой черви стали плодиться гораздо быстрее. На мгновение он остановился, уже почти решив повернуть назад. И как раз в это время за дверью следующего помещения мелькнула слабая вспышка света.
Он крикнул…
Никакого ответа.
Капитан позвал к себе Иверарда. Они обнажили мечи и ворвались в подозрительную комнату. Когда-то она была библиотекой; на полках, тянувшихся вдоль стен, все еще стояли книги, но их корешки серебристыми заплатами покрывала плесень, а в воздухе висел запах гниющей бумаги. В дальнем конце библиотеки стояло кресло, а возле него небольшой стол. Сидевшего за столом они не увидели, потому что спинка кресла была повернута таким образом, что полностью скрывала его. На столе неровно горела лампа. По полу были разбросаны книги и пергаментные свитки.
Капитан Фокс сделал шаг вперед. Как раз в этот момент раздался шорох переворачиваемой страницы. Он мгновенно замер на месте и крикнул:
— Кто здесь? Кто вы?
Наступила тишина, затем сидевший за столом заговорил. У него был иностранный акцент, однако вовсе не акцентом можно было объяснить странное звучание этого голоса, а скорее его чарующим и одновременно холодным тоном. На капитана Фокса он произвел впечатление рвущихся сквозь воздух чешуек чистого серебра, чистого и леденящего, проникающего глубоко в мозг.
— Божественность, прощай! — прошептал голос. — Здесь метафизика всех магов и чернокнижие священны; здесь линии, круги и знаки…
Голос становился все громче, с ним вместе поднимался из кресла и говоривший мужчина. Наконец он выпрямился в полный рост и повернулся лицом к капитану Фоксу. Это был не сэр Чарльз; он ничем не напоминал его, хотя лицо светилось бледностью, а борода была густой и очень черной.
— Да, — продолжал он, удовлетворенно кивнув и покосившись на оставшуюся на столе книгу, — как раз то, чего Фауст желал больше всего!
Он улыбнулся, затем с шумом захлопнул книгу и обратился к вошедшим:
— Я ждал вас, капитан Фокс.
— Значит, у вас есть передо мной преимущество, сэр.
— Мое имя… Нет, вам оно покажется слишком труднопроизносимым. Поэтому называйте меня… — иностранец помолчал и покосился на оставленную книгу, — Фаустом.
Капитан окинул незнакомца внимательным и холодным взглядом и спросил:
— Я должен понимать это так, что вы колдун вроде того Фауста, амбициозное заявление которого только что нам процитировали?
— У меня много ипостасей.
— А сейчас вы именно Фауст?
— Вам прекрасно известно, капитан, что я нахожусь здесь, чтобы приготовить дом для Эдварда Уолвертона, сына моего покойного друга. Другой цели у меня нет.
Капитан Фокс продолжал пристально смотреть на незнакомца и выдержал его необычайно яркий и по-змеиному холодный взгляд.
— Вы лжете, Фауст, — нарушил он наконец затянувшееся молчание. — Сэр Чарльз Уолвертон не умер.
— Я был с ним в Праге, капитан. Я был свидетелем его смерти.
— Нет, — возразил капитан Фокс, высоко поднимая фонарь, чтобы осветить дверь в дальней стене. — Уолвертон здесь. Я ощущаю его присутствие в этом воздухе.
— Не ожидал, что вы так по-женски боязливы, капитан, — заметил незнакомец, презрительно ухмыльнувшись. — Пугаться теней!..
— А что такое тень, — парировал капитан Фокс, — как не предупреждение о близости человека, который ее отбрасывает?
Он снова поднял вверх фонарь, поманил к себе Иверарда, а затем повернулся к чужеземцу.
— Вчера здесь видели две повозки, — сказал капитан, — нагруженные ящиками. Что в них было?
— Скарб Эдварда Уолвертона, перешедший к нему по наследству от отца и доставленный сюда из Праги.
— И где же эти ящики сейчас?
— Что за вопрос, капитан, конечно в подвалах, — ответил чужеземец, устало улыбнувшись и махнув рукой в сторону двери в дальней стене. — Уверен, вы знаете туда дорогу.
Капитан Фокс бросил взгляд на своего товарища, а затем продолжил путь, войдя в узкий сырой коридор, миновал еще одну дверь и стал спускаться по ступеням. Камни под ногами оказались очень скользкими, и он едва не упал. Капитан остановился и напряг зрение, пытаясь разглядеть конец прохода впереди, но чернота, казалось, поднималась из подземелья подобно густому туману, и он ничего не смог увидеть дальше двух-трех метров. И все же где-то в глубинах его зрения стали появляться наползавшие друг на друга видения. Он вспомнил слова Фауста: линии, круги и знаки. Сейчас они возникали в его воображении, словно все эти пятнадцать лет оставались нарисованными мелом на полу или начертанными кровью на стенах. Спускаясь все глубже в подвалы, он почти не сомневался, что эти колдовские знаки по-прежнему там, что они ждут его; не только знаки, но и что-то еще худшее. Тогда камни подземелья тоже были скользкими, как и ступени сейчас. Капитан Фокс присел, прикоснулся пальцем к поверхности каменной ступени и поднял руку к свету. Он не сразу осознал, что его губы шевелятся, шепча молитву.
— И даже, — шептал он, — пусть выпало пройти долиной тени смерти, не побоюсь я никакого зла, коль благодать Твоя со мною.
На какое-то мгновение его охватили воспоминания. И все же, продолжая путь, он так и не избавился от страха, а свет его фонаря по-прежнему не мог проникнуть сквозь тьму, наполняющую подземелье.
— Вы найдете ящики, двигаясь прямо вперед.
Капитан Фокс оглянулся. Позади Иверарда он разглядел силуэт Фауста, спускавшегося следом за ними по ступеням. Капитан ускорил шаг и наткнулся на ящики в первом же подвале, как и сказал им Фауст. Они были поставлены друг на друга у стены. Подошел Иверард.
— Помогите, сержант, — сказал капитан Фокс.
Вдвоем они опустили один из верхних ящиков на пол и осмотрели его крышку. Она была прибита гвоздями. Иверард пнул сапогом по боковым доскам.
— Нет нужды открывать их. По-моему, все ящики пусты.
Капитан Фокс еще раз оглянулся на Фауста, а затем присоединился к сержанту в его усилиях сокрушить доски крышки. Вскоре они подались. Из ящика пахнуло густым запахом сырой, пропитанной гнилью земли. Заглянув внутрь, капитан удостоверился, что в нем не осталось ничего из тех вещей, для транспортировки которых ящик был использован. Они принялись за остальные, беспорядочно стаскивая их вниз и пинками ног сбивая крышки. Все оказались пустыми, и из каждого несло все той же гнилью и сырой землей.
— Результат шторма в Ла-Манше, — проговорил Фауст, увидев, что капитан Фокс побледнел. — Высокие волны обрушивались на палубу, и ящики промокли. Все их содержимое пришло, к сожалению, в полную негодность.