Толик Полоз – Двемер Меча и Магии (страница 9)

Сегодня он решился на эксперимент.

– Если это – Атлас, – тихо произнёс он, протирая поверхность камня алхимическим раствором, – то гравюра должна ожить.

Он смешал снадобье из меди и капли своей крови – ключ к пробуждению многих реликтов. Капля упала на центр узора. И обелиск откликнулся.

Линии гравировки вспыхнули мягким алым светом. Сначала узоры сложились в символы, напоминавшие звёзды. Потом они начали вращаться, перекраивая поверхность. Камень словно зашевелился.

Двемер отпрянул на шаг, но удержал дыхание. Он видел, как линии вытягиваются в образы: архипелаг, состоящий из бесчисленных островов, каждый остров был точкой, соединённой сияющими линиями. Затем над ними выросли силуэты, гигантские, неподъёмные: тени существ, что были больше гор, с глазами, мерцающими сквозь облака. Земля титанов.

– Тысяча островов… и земля, где ступали те, чьё дыхание рождало ветры, – прошептал он.

Обелиск дрогнул, словно отвечая.

И тут линии начали сходиться в один символ. Древний знак – круг с пересекающими его спиралями. Двемер узнал его. Символ портала. Но портал не обычного, а многомерного – ведущего не только в пространство, но и во время.

В этот миг камень ожил. Из гравировки выступили искры света, складываясь в фигуры. Ослепительные нити сплелись в карту, висящую прямо в воздухе. Она дышала, менялась, вращалась вокруг своей оси.

Но вместе с сиянием в воздухе поднялся холод. Дыхание обелиска стало слышимым: низкий гул, словно в глубине камня проснулся зверь. В свете карт Двемер увидел больше, чем рассчитывал.

Тени. Они шевелились в контуре карты. На краю одного острова чернели силуэты, похожие на людей, но с вытянутыми руками и слишком длинными головами. Далеко на юге, у горных массивов, мелькнули очертания – словно горы сами поднимались, распрямлялись, выпрямляли каменные спины.

– Это не просто карта, – сказал Двемер. – Это зеркало земель, которых мы ещё не касались.

Он сделал шаг ближе, протянул руку. Его пальцы коснулись света – и палец исчез в нём, словно в воде. Он ощутил запах соли, шум волн. На миг его тело оказалось на одном из островов: влажный песок, крики невидимых птиц, воздух, наполненный жизнью.

И в тот же миг его толкнула назад волна чужой воли. Он упал на пол цеха. Карта дрогнула и сжалась.

Из сияния выступили глаза.

Огромные, жёлтые, раскалённые. Они не принадлежали человеку. Они не принадлежали и зверю. Это был взгляд, застывший сквозь расстояние и время. Кто-то – или что-то – смотрело на Двемера из глубины карты.

– Ты коснулся их земли, – прошептал голос. Но говорил не камень, не карта – говорил воздух в цехе. – Ты нарушил покой тех, кто спит под гравюрами.

Двемер поднялся, сжал руки, чтобы не дрожали.

– Я не нарушитель. Я исследователь. Я хочу знать.

Голос затих. Но глаза не исчезли.

И тогда из карты выпал осколок света. Он упал к ногам Двемера и превратился в кристалл, чёрный, с прожилками аквамаринового огня.

Двемер осторожно поднял его. В кристалле билось пламя, и вместе с ним – ритм. Словно в руках он держал сердце Атласа.

И только тогда он понял: обелиск не был находкой. Он был вратами.

Ночь в цехе прошла без сна. Двемер сидел у гравюры, изучал кристалл. Каждая черта карты, которую он запомнил, была потенциальным путём. Но у каждой линии был страж. Гравировка ожила, и теперь он был связан с ней.

Он слышал ритм островов, дыхание титанов, видел их сны в отблесках света. А ещё – понимал, что кто-то теперь наблюдает за ним.

И всё же сердце его наполнялось восторгом. Ведь он держал в руках путь к тайным землям. Землям, что могли дать силы, равные богам.

И он не собирался останавливаться.

Три водопада, шумящие в унисон, сливались в единый поток. Их рев был похож на хор древних титанов, что взывал к слушающему: «Иди дальше, ты близко к тайне». Двемер стоял на выступе, покрытом мхом, и наблюдал за тем, как воды срываются в пропасть, ударяются о каменный карниз и исчезают в тёмной бездне, унося с собой все звуки и надежды.

Там, где три потока сходились в единый бурный поток, у подножия лежал валун. Он был странен: гладкий, будто отшлифованный чьей-то рукою. На его поверхности виднелись линии, напоминавшие древнюю гравюру, но они были смазаны водой и временем. Под валуном, словно укрытое чрево земли, был вход в шахту. Туда вела лестница, высеченная в камне, давно заросшая мхом.

– Кузнеца… – произнёс Двемер, вглядываясь в мрак. – Здесь когда-то стояли наковальни богов.

Он знал: это место было не просто пещерой. Подземелье держало в себе остатки мастерской древней кузнецы, той, чьи изделия считались неуничтожимыми. В легендах говорилось, что её инструменты были выкованы из звёздного железа и обрамлены кристаллами, упавшими с неба.

Но доступ в шахту был закрыт. Каменные плиты срослись так, что никакой клинок их не прорубил бы. И тогда в голове Двемера родился план, который он сам называл – революционным и мультиэпичным.

Он достал из чехла инструмент, о котором другие мастера могли только мечтать: алмазный бур. Его наконечник сиял, словно в нём заперто солнце, а корпус был выгравирован символами, усиливающими скорость вращения. Этот бур был не просто орудием – он был ключом к тому, чтобы вскрыть сердце горы.

– Ты раскроешь её тайну, – прошептал он.

Он поднял бур над входом в шахту, но не стал использовать его обычным способом. Он обронил его.

Казалось бы, нелепое действие. Но Двемер знал: сила не только в ударе, но и в том, куда удар направлен. В момент, когда бур касался камня, он должен был активировать символы на своём теле – алхимические цепи, соединяющие его с буром.

Алмазный бур ударился о плиту у входа. Звук был громче, чем можно было ожидать: он разнёсся по ущелью, заставив три водопада дрогнуть. В воздухе запахло озоном, будто в камне пробудилась гроза.

И тут произошло то, чего не ждал даже он.

Из-под его кареты мелькнула тень. Быстрая, как молния. Тонкая, как шип. Тень скользнула по земле, метнулась к бурому блеску и – бур исчез.

– Что?.. – Двемер резко обернулся.

Карета, стоявшая неподалёку, качнулась, словно что-то проскользнуло мимо её колёс. Тени сгустились, хотя свет падал прямо сверху. На миг показалось, что земля дышит.

Он вытянул руку, активируя гравировку на перчатке. Символы вспыхнули золотым.

– Как? – сказал он в пространство. – Это не возможно.

Ответом было шипение. Из темноты шахты донёсся низкий гул, будто внутри горы переворачивались каменные пласты.

И тогда тень вновь показалась. Она поднялась из-под земли – и обрела форму.

Перед ним стояло существо. Тело его было вытянуто и худо, руки длиннее ног, пальцы заканчивались когтями. Лицо скрывал капюшон тьмы, но из-под него светились глаза, похожие на угли. В руках оно держало бур.

Двемер почувствовал, как сердце его сжалось. Это было не просто создание. Это был страж кузнецы. Хранитель. Тот, кто жил в шахтах, пока люди забывали.

– Ты не должен открывать кузнецу, – произнёс страж. Голос его был гулким, словно говорил сам камень. – Здесь покоится то, что не принадлежит ни людям, ни богам.

Двемер шагнул вперёд.

– Я не вор. Я мгистр. Я пришёл за знанием, а не за разрушением.

– Ты пришёл с буром, – возразил страж. – С орудием, что ломает то, что скрыто.

Существо подняло бур, и тот завибрировал в его руках, словно узнал нового хозяина. Двемер понял, что каждая секунда промедления грозит катастрофой: если бур подчинится тени, его больше не вернуть.

Он вытянул обе руки, и по коже его побежали линии алхимических цепей. Символы засветились, соединившись в единую сеть.

– Этот бур откликнется только мне, – сказал он.

Существо усмехнулось, и улыбка его была тенью в улыбке. Оно вонзило бур в землю.

Земля вздрогнула. Удар пошёл по кругу, словно волна по воде. Три водопада взревели сильнее, слились воедино так, что пена накрыла подножие. Вход в шахту вспыхнул символами, которых Двемер прежде не видел: знаки кузнецы, гравированные самой природой.

И тут же воздух наполнился криком.

Не человеческим, не звериным – криком железа, что ломалось и пело. Из глубины шахты потянуло жаром, и огненные искры взметнулись ввысь.

Двемер сжал кулак. Символы на его руках вспыхнули, и он произнёс заклинание связывания. Его цепи, невидимые и в то же время прочные, рванулись к бурому свету.

Тень взвыла, бур засиял в её руках. Но на миг, всего на миг, инструмент дрогнул, узнав своего истинного хозяина.

Глава 5. Динамичный Изумруд

Туман над долиной Изумруда был густым и влажным. Он стелился по низинам, скрывая тропы и старые руины. Камни, поросшие мхом, блестели каплями росы, словно сами земля и воздух закалялись в ожидании магии.

Двемер шагал осторожно. Его глаза сканировали горизонт, но не видели ничего, кроме серебристой пелены. В руках он держал свёрнутую карту, на которой не было ничего обычного: линии сыпались в хаотические узоры, меняли направление, а символы, нанесённые на пергамент, слегка светились лазурным светом.

– Динамичный Изумруд… – пробормотал он. – Камень, что меняет заклинания.

Он остановился у скалы, где по слухам лежал артефакт. Слышался странный звон – будто металл стучался о металл, но источника звука не было видно. Двемер спустил руку к поясу, где висел алхимический инструмент. Символы на нём вспыхнули мягким светом.