Тира Видаль – На круги своя. Часть 2 (страница 21)

– Ты и есть тот идиот, что решил играть со мной в прятки? – он наотмашь ударил старика по лицу, выбив передние зубы. Мельник, тяжело дыша, выплюнул сгустки крови и прошамкал едва слышно:

– Я только хотел вернуть своё!

– Угробив чужое? – Якуоко едва сдерживал ярость, бурлящую в его душе. – Где она?

– Твоя жена мертва… – откликнулся фермер и, получив увесистую затрещину, испуганно замолчал.

– Где ее тело?

– На ферме, в десяти километрах от деревни. – еле слышно процедил мельник. – Ты сам утопил долину, возможно и ферму тоже… Так чего ты хочешь от нас теперь?

Якуоко повернулся к воинам и красноречиво кивнул головой в сторону ангара, где пылились от долгого простаивания дирижабли. Несколько человек бросились выполнять приказ, и вскоре в небо взвились два продолговатых, отливающих серебром летающих аппарата. Они умчались в ту сторону, куда указал Александр, подоспевший к месту событий и ставший свидетелем расправы над своими соседями.

Пока длилось томительное ожидание, вверх по тропинке поднимались несколько измученных мужчин, спасшихся от потопа. Их мокрые одежды напоминали лохмотья, а руки и ноги дрожали от холода. Среди них Александр узнал своего отца и бросился ему на встречу, но воины оттолкнули его в сторону и согнали людей бора к единственному чудом уцелевшему пню, неподалеку от избитой троицы. Мужчины с ужасом и непониманием смотрели на мельника и фермера. В их глазах читался немой вопрос.

– Кто из вас причастен к похищению? – обратился к ним Якуоко. Его зловещий тон заставил людей плотнее прижаться друг к другу ища спасения. Люди молчали. Они покорно стояли опустив головы и осуждающе поглядывали на своих соотечественников.

=====

Почувствовав подземные толчки, коровы на ферме беспокойно замычали. А когда земля задрожала, они выломав перегородки в свои клетях, бросились вон из хлева. Наскакивая и подгоняя друг друга животные разбежались по двору, мечась между грядками и посевами, втаптывая в грязь зеленые всходы.

Последние коровы, оставшиеся в хлеву остановились у тюков с сеном и начали смачно жевать сухую траву. Вплотную подобравшись к лежащей без сознания девушке, одна из них лизнула ее своим шершавым теплым языком в лицо и, несчастная пленница застонав, открыла глаза.

Сначала Алена не могла понять, что происходит, где она и почему лежит здесь. Девушка пошевелила одревесневшими пальцами и обвела взглядом помещение. Память постепенно возвращалась к ней и она вспомнив все, снова закрыла глаза, решив смиренно ждать смерти. «Пусть уж лучше я умру сейчас, – подумала она, – чем терпеть эти муки».

Корова, ее любимица, не отставала от нее, продолжая настойчиво лизать ее губы, нос, лоб. Легонько прикусив ослабевшую руку, животное тянуло ее к выходу. Собравшись с силами, Алена приподнялась на локте и посмотрела через распахнутую дверь хлева на улицу. Коровы протяжно мыча, беспокойно разбрелись по двору. Вся земля была залита водой, от которой исходил пар.

Ухватившись за рога своей спасительницы, Алена попыталась встать на ноги, но тут же повалилась обратно. Теперь вода заливалась через порог образовав небольшую лужу, которая постепенно растекалась по всему полу. Алена забралась на самый верх стога, пытаясь спастись от все прибывающей воды. Но намокая, сено оседало и вскоре ноги девушки коснулись воды. Холод пронзил тело, придав сил. Корова пронзительно замычала и беспокойно забила копытами. Девушка, кое-как обретя равновесие, держась за широкую спину своей спасительницы, вышла на улицу и побрела по двору к воротам, уворачиваясь от носившихся туда-сюда животных и опираясь о стены сараев. Она потихоньку продвигалась, запинаясь вводе о доски, грабли и брошенные инструменты. Когда вода достигла щиколоток, Алена вскарабкалась на поленницу дров и безучастно смотрела, как животные напирали на мощные створки, раскачивая и расшатывая ворота.

Наконец под сильным напором двери не выдержали и с треском ломающегося дерева, рухнули в воду. Алена оглядела бескрайнее поле все сплошь залитое водой и вздохнула. «Не суждено тебе, Алена, – проговорила она вслух, – носить королевскую корону… Видимо такова твоя доля… Смирись и отступись» – она поднесла закоченевшие руки ко рту и попыталась согреть их дыханием. «Зачем все это надо? – спросила она себя. – Весь мир сошел с ума!». Она закрыла глаза и свернувшись калачиком, замерла. Несчастная уже не чувствовала ни холода, ни боли, ни усталости, в теле появилась необычайная легкость… Как сквозь пелену, она услышала странное жужжание, но сил открыть глаза уже не было. Через несколько минут она почувствовало чье-то легкое прикосновение и монотонные голоса, которые на непонятном наречии переговаривались между собой. Потом ее переместили на мягкое пушистое одеяло и она взметнулась вверх. В рот ей влили несколько капель непонятной обжигающей жидкости и сразу стало тепло и спокойно. Легкое блаженство пробежало по телу и девушка попыталась сесть.

– Вам не надо вставать. – услышала она сбоку, и посмотрела в ту сторону откуда раздался голос. Ее окружали несколько воинов Якуоко и странные многорукие люди-роботы.

– Не пугайтесь. – проговорил тот же голос. – Это штраны, наши помощники… Если Вы готовы, мы можем двигаться. – Алена молча кивнула. – Правитель с нетерпением ждет Вашего возвращения! – девушка улыбнулась и вытянулась во весь рост на мягкой скамье. Аппарат завибрировал, зажужжал и плавно поплыл по воздуху в сторону города, над залитой водой долиной, с погребенной под собой древней деревней бора.

=====

Когда вдали появились две черные точки, люди и пришельцы напряглись. Они внимательно вглядывались вдаль, в томительном ожидании новостей. Время тянулось медленно. Секунды казались часами.

Руки Якуоко вспотели от волнения и нервного потрясения.

– Я вынес решение! – обратился он к воинам и бора одновременно, и десятки глаз, воззрились на него. Бора, с надеждой и мольбой, воины, с вниманием и готовностью действовать. – Бора будут казнены, как только… – он не успел договорить – аппараты сделав круг над их головами опустились невдалеке на широкой поляне, и все замерли в ожидании. Сердце Якуоко готово было выпрыгнуть из груди. Он даже на какое-то мгновение перестал видеть и слышать. Железная дверь аппарата отъехала в сторону, и два воина спрыгнув на землю, помогли Алене спуститься вниз. Она остановилась, пытаясь выпрямиться и медленно, пошатываясь пошла навстречу людям. Ноги Якуоко словно приросли к земле. Он ни мог ни двигаться ни говорить. Он не верил своим глазам… Его жена, больная, осунувшаяся и ослабевшая, в рваном грязном платье, но живая, двигалась ему навстречу. Он только смог вытянуть к ней навстречу руки и по его щекам потекли слезы. Наконец он вздрогнул, словно очнувшись ото сна и обнял ее с такой силой, что она чуть не задохнулась в его объятиях. Якуоко не мог поверить, что его жена вернулась, и стоит здесь, прямо перед ним. Грозный Правитель радовался и хохотал как ребенок, впадая в истерику от счастья. Наконец он взмахнул рукой, и воины принесли накрытые ковром носилки, чтобы доставить ее в город.

Якуоко держал ее за руку, боясь, что она вдруг вновь исчезнет. Но девушка, аккуратно высвободившись, тихо спросила, указав на бора:

– Что с ними будет?

– Их ждет расстрел, как только вы покинете долину. – Алена сокрушенно кивнула. – Ваши страдания должны быть смыты их кровью.

– Я хочу посмотреть им в глаза. – Алена поднялась с носилок и, проигнорировав протесты мужа, направилась в сторону своих похитителей.

Она прошла сквозь строй воинов, державших на изготовке свое оружие и остановилась напротив мельника, которого воины держали склоненным на коленях.

– Что ты наделал мельник?! – Алена с горечью и сожалением посмотрела на старика. – Ты все погубил! Ты уничтожил всех бора! Десятки неповинных душ! Ты чуть не убил моего сына!

– Что мне заботиться о твоем сыне! – брызгая окровавленной слюной прошепелявил тот. – Абасси убил моего… в угоду тебе… я просто хотел отомстить, убив его ребенка!

Алена была в панике. Если слова мельника достигнут ушей Якуоко и он поймет их смысл, ей несдобровать. И она с ужасом закричал воинам:

– Уничтожьте их скорее, я не хочу их ни видеть, ни слышать!

– Ты связалась с убийцами и сама стало такой! – выкрикнул мельник вырываясь из цепких рук воинов, но они тут же, с силой придавили его к земле. – Убийца маг! Убийца пришелец! Я просто отомстил!

– Элой не мог убить, не мог! Он не такой! – Алена выплевывала слова в лицо старику. – Он не убийца! Ты лжешь!

Мельник поднял на Алену свои белесые глаза и плюнул в ее сторону:

– Пропади пропадом, потаскушка!

– Кончай их! – зло кинул своим воинам Якуоко, и десяток красных лучей метнулся в сторону последних бора. Пронзенные смертоносными лучами, мужчины один за другим упали как подкошенные на землю и их кровь заалела на яркой зеленой траве припорошенной последним весенним снегом.

Только мельник в последней агонии приподнял голову и вытянул вперед сведенную судорогой руку указывая на Правителя, обнявшего за плечи Алену:

– Вы будете гореть в аду, проклятые пришельцы! И ты, землянка, предавшая свой народ!.. – красный луч, выпущенный воином врезался в голову старика, и он, дернувшись, уронил голову, уткнувшись в землю.