Tina Ziegler – Свидание в преисподней (страница 5)

– Странно… Другие очевидцы утверждают, что рядом никого не было. Ну, хорошо. Как он выглядит? Фамилия, возраст?

– Я практически не знаю его. Он говорил, что ему двадцать один. Фамилия мне не известна. Глаза чёрные.

Коп устало вздохнул:

– Под эти приметы подойдёт сотня-другая людей. Ещё что-нибудь?

– Вы не поняли… Глаза абсолютно чёрные. Таких точно больше ни у кого нет.

Он сделал пару заметок в блокноте и протянул мне визитку:

– Если вспомните что-либо ещё, позвоните по этому номеру… и, мисс… Вы же знаете, что бывает за дачу ложных показаний?

– Вы мне не верите? – возмутилась я.

Мужчина поджал губы и отвёл взгляд в сторону:

– Мы обязаны проверять все версии, но… Десятки человек сказали, что он был один. Возможно, то, что Вы говорите, является зацепкой, но больше это похоже на то, – он вернул мне пристальный взгляд, – что Вы просто хотите кого-то подставить.

От его слов внутри похолодело – хочу кого-то подставить? Коп направился по своим делам и оставил меня в одиночестве. Глядя на его удаляющуюся спину, я вдруг четко осознала – спасения от Джуда не будет… Этот псих способен на всё.

Я была уверена, что именно он толкнул Диаза на смерть, а значит, непременно доберется и до меня. В каждом темном переулке мне мерещится его силуэт. В каждом разговоре я слышу его голос. И эти странные сны, будто предупреждающие меня об опасности. Вот уже два дня он преследует меня. Нужно срочно уезжать! Плевать на институт, моя жизнь стоит дороже!

Я пулей полетела домой, собрала вещи и направилась прямиком на вокзал. Ближайший поезд завтра утром. Что ж, значит уеду домой на такси. Отсюда нужно убираться во что бы то ни стало. Было уже поздно, но ехать нужно немедленно!

Осмотревшись, я поняла, что вокруг нет ни одной машины. Ночь уже окутала небо темным покрывалом. Улица вокруг была зловеще мрачной. Местность освещал единственный тусклый фонарь, который внезапно погас. Ветер забушевал и растрепал волосы в разные стороны.

Я собиралась вызвать такси. Достала телефон из сумки, с ужасом обнаружив, что на нем нет связи. Зубы стучали не то от холода, не то от страха. Хотелось бежать, бросив все вещи, но я совершенно не видела дороги.

Вдруг фонарь заморгал. Моё напряженное сознание тут же стало рисовать пугающие картины вокруг. Меня точно кто-то преследовал. Я попятилась назад и споткнулась о собственный чемодан. Вдруг проклятый фонарь загорелся, отчетливо осветив мужчину, стоявшего передо мной.

– Бежать от меня – не лучший выход, – послышался угрожающий голос Джуда.

Нет… Нет… Нет!!! Только не он…

– Зачем ты убил Диаза? – крикнула я, обезумев от страха.

– Я не убивал, – нахмурился Джуд. – Ты же видела, он сам это сделал.

Его спокойствие добивало меня ещё больше.

– Ты стоял сзади! Я видела тебя!

– И что? Стоять и смотреть – означает быть убийцей? В таком случае, нужно арестовать всех, кто был там.

Я снова не могла найти, что ответить.

– Ты ведь заставил его! Я знаю!

Джуд скептически рассмеялся:

– Я не могу заставить человека сделать то, чего он сам бы не хотел.

– Хочешь сказать, ты не при чём? – сердито спросила я, поправляя задравшееся платье.

Джуд закатил глаза:

– Ну, этого я бы не стал утверждать. Просто поверь – раз он это сделал, значит сам того хотел. Возможно, не сегодня и не на глазах у обезумевшей толпы.

– Это отвратительно, – пробормотала я, сдерживая подступающие слёзы.

– Это прекрасно, – Джуд легонько прикоснулся к моей руке, от чего по моей коже пронеслись ледяные искры. – Смерть – это красиво. Поверь, я знаю, о чём говорю.

– Хочешь рассказать о смерти? – мне стало жудко от того, что он завел эту тему. Вдруг в мою голову пришло осознание, что эта встреча может стать для меня последней.

– Почему бы и нет? Но позволь сначала попросить тебя рассказать мне о красоте.

– Понятия о ней не имею… – я пыталась отвертеться от этого вопроса.

– Ну как же? Ты ведь утверждаешь, что невероятно красива. И не знаешь, что это значит? – Джуд как-то ласково улыбнулся мне. Эта улыбка подходила ему, как святому два пистолета.

– Думала, что знаю. Но раз ты называешь смерть красивой, то наши понятия о красоте совершенно разные.

– Они и не должны быть одинаковыми, Октобер. Тебе, к примеру, не нравится твоё имя, а я нахожу его красивым. Это не значит, что кто-то из нас не прав. Это лишь означает, что мы смотрим на мир разными глазами.

– Ты смотришь на него глазами чёрными, словно грязь. Оттого смерть и кажется тебе красивой.

Мои слова снова рассмешили Джуда:

– Может быть. Я об этом не задумывался, но логика в твоих словах определенно есть.

– Так какой ты видишь красоту? Что она для тебя?

– Красота – это то, что причиняет удовольствие, не имея с тобой физического контакта.

Я рассмеялась, но мой смех вышел несколько истерическим:

– Причиняет удовольствие? Так не говорят! Удовольствие доставляют!

– Удовольствие – это не пицца, Октобер. Ты не можешь заказать его, и курьер не принесет его тебе под дверь. Хотя, как знать. Для кого-то и пицца – это удовольствие.

– Но его точно нельзя причинить!

– И отчего же? Можно ведь причинить боль. А что такое боль, как не чувство? Так чем же удовольствие отличается от боли, кроме некоторой позитивной окраски?

Я абсолютно не понимала, о чём он говорит.

– Так чья-то смерть причиняет тебе удовольствие?

– Я разве сказал, что это должна быть чья-то смерть? Не переживай, я не собираюсь тебя убивать. Иначе я уже сделал бы это. Ты интересуешь меня живой.

– И что я должна сделать?

– Мы заключим договор, согласно которому ты будешь мне помогать.

– Как именно?

– Я всё расскажу тебе позже. Сначала ты должна понять, кто я.

Между нами снова повисла пауза. Я не сразу решилась задать ключевой вопрос, ответ на который заведомо пугал меня:

– И кто же ты? – я с ужасом смотрела на Джуда.

– Успокойся, Октобер. Кем бы я ни был, я не угрожаю тебе. Правда, – ответ снова ускользал от меня.

– Не уходи от ответа! – я выходила из себя.

– Я и не думал. Но ты ведь уже все знаешь. Только принять не можешь.

– Ты – Люцифер? Дьявол?

Он снова рассмеялся:

– Я что, назвался Люцифером? Нет, мое место несколько ниже в иерархии. Я же сказал тебе своё настоящее имя. Просто в более современном формате. Чтобы тебе было привычнее. И возраст тебе свой назвал. Думай. Увидимся завтра.

С этими словами Джуд развернулся и направился прочь. А я побежала домой и открыла ноутбук.

Прочитав значение имени Джуд я обезумела – всё слишком хорошо складывалось в чудовищный пазл. Тридцать сребреников, которые тот упоминал, возраст – двадцать один, только, видимо, не год, а век… Он – Иуда! Библейский Иуда Искариот! Предатель Иисуса Христа…