Тина Ти – Запретное влечение (страница 11)

Когда я рассказывала обо всём Нате, то боялась увидеть в её глазах осуждение. Но она успокоила меня, и заверила, что ничего страшного не произошло. Нас с Арифом влечёт друг к другу, и это вполне нормально – что мне сносит башню.

Я ненавидела это чертово влечение и не знала, что с ним делать. Не знала, как теперь вести себя с Арифом. Он звонил мне вечером этого дня и каждый последующий день ровно неделю, но я не могла заставить себя ответить. Я знала, что веду себя по-детски, но шла на поводу у своих эмоций. В тот момент, единственное, чего я хотела – это спрятаться в своём панцире, подобно черепахе.

Когда звонки от Арифа прекратились, меня стало накрывать по другому поводу: значит, я ему не так уж и нужна. Всё, что произошло, стало для него лишь небольшим эпизодом в его бурной сексуальной жизни. Может быть, для него это обыденное дело? Да, он не овладел мной, как и обещал, но заставил моё тело сотрясаться в его руках.

Выходить с ним на связь первой я точно не была готова. Все мои дни проходили с мыслями о нём. И, в конце концов, я решила, что всё к лучшему: нам не стоит видеться, тогда и не будет никаких проблем. Я и моя девственность, которую, к слову, я должна беречь до брака, будут в безопасности. Ведь я дурела именно тогда, когда он был рядом. Успокоив себя этим, я смогла продолжать жить своей обычной скучной бесцветной жизнью.

***

Я спускалась по лестнице со второго этажа, когда заметила отца. Он стоял у зеркала и пытался завязать галстук. Его лицо было сосредоточенным и напряженным, а движения резкими и нетерпеливыми. Я сразу поняла, что папа сегодня не в духе.

– Доброе утро, пап! – сказала я, подходя ближе.

Его взгляд встретился в зеркале с моим и немного потеплел. Папе было сорок пять. Этот статный, темноволосый, со слегка поседевшими висками и мудростью в глазах, уверенный в себе мужчина был из категории людей, о которых говорят «сделал себя сам».

Когда они с мамой только поженились и переехали в Москву в поисках лучшей жизни, папа подрабатывал продавцом в цветочном магазине. Позже, он открыл собственный ларек, а через пару лет уже владел сетью цветочных бутиков по всей Москве. Сейчас он являлся соучредителем уже более ста компаний разного профиля, но его основным направлением стал гостиничный бизнес.

Папа работал всегда, сколько я себя помнила, но при этом, он также всегда оставался отличным отцом, не обделяя меня вниманием. У нас была особая связь: я всегда чувствовала папино настроение, стоило только взглянуть на него. Вот и сейчас я ощущала, что с ним что-то происходит, но не могла понять, что именно. Мне было страшно даже думать о том, что это могло быть связано со мной. А что, если папа узнал об Арифе?! Хотя нет, тогда он бы вел себя по-другому. Я тут же успокоилась.

– Доброе, дочь, – ответил папа.

Его голос звучал глубоко и спокойно, но в нем слышалась нотка напряжения. Папа развернулся ко мне, когда я подошла ближе и встала за его спиной.

– Вижу у тебя проблемы, – усмехнулась я, наблюдая за тем, как его пальцы нервно сжимают ткань галстука. – Ты что, резко разучился их завязывать?

Я всегда восхищалась его строгими чертами лица и тем, как он умело сочетал деловой стиль с легкой небрежностью. Сегодня он был одет в серый классический костюм и светлую рубашку, а наличие галстука говорило о запланированных важных переговорах или встрече. Папа нахмурился, заметив, как я смотрю на его серый, в тон костюма, галстук.

– Да… Что-то не ладится сегодня, – хмуро произнес он.

Папа взглянул мне за спину, и выражение его лица стало еще мрачнее. Я удивленно обернулась и увидела тетю Аню, маму Наты.

Эта миниатюрная блондинка с живыми горящими глазами и добрым нравом, сегодня выглядела бледной и грустной. Она родила Нату в восемнадцать и была для дочери больше подругой, чем матерью. К мне же она относилась с особой теплотой и любовью, часто прикрывая наши с Натой проделки перед бабушкой и отцом.

– Тетя Аня, вы заболели? – с тревогой спросила я, внимательно изучая её лицо. Я заметила, как её губы дрогнули в слабой улыбке, но в глазах всё равно читалась глубокая тревога, словно за ней скрывалось что-то большее, чем просто усталость.

– Нет, дорогая, со мной всё в порядке, – ответила она, не поднимая взгляда от своих рук. – Завтрак уже готов, я сообщу Раисе Амировне, – её голос звучал взвинчено и неубедительно, как будто каждое слово было произнесено с усилием.

– Хорошо, спасибо большое, – произнесла я с искренней благодарностью.

Я снова посмотрела на отца, который по-прежнему изо всех сил пытался завязать галстук, и заметила, как он украдкой бросил взгляд на тётю Аню. Между ними будто продолжался какой-то напряженный мысленный разговор. Она избегает его взгляда – внезапно осенило меня.

Женщина быстро пересекла гостиную и начала подниматься по лестнице, её шаги были полны решимости, но в то же время, в них чувствовалась некая растерянность. Я смотрела ей вслед, не понимая, что происходит. Почему они с папой так странно себя ведут?

– Ты что, отчитал её за что-то? – озвучила я свои предположения, надеясь на прояснение ситуации.

Папа сжал челюсть, его лицо окаменело. Он дернул галстук и стянул его с шеи, бросив на комод с явным раздражением.

– Когда это я отчитывал персонал? – прорычал он грозно.

Я услышала, как тетя Аня оступилась на лестнице, но затем ускорила шаги и исчезла из виду на втором этаже. Мне стало неловко от того, что женщина услышала наш разговор.

Я всегда считала Нату и тётю Аню частью нашей семьи. Они появились в нашем доме, когда мне было восемь лет, и обе стали мне дороги. Папа всегда относился к ним с уважением и учтивостью. Немногие согласились бы взять на работу женщину с ребенком, но папа тогда проявил человечность: он понимал положение тёти Ани, которая искала не только работу, но и крышу над головой. Так они стали жить с нами. Отец никогда не повышал голос на тех, кто работал в нашем доме; для этого была бабушка. Если кто-то и высказывал недовольство, то это была она.

– Пап, зачем ты так? Разве она персонал? – не унималась я, следуя за ним в столовую.

Мы сели за накрытый стол, и я взялась наливать ему чай. Может быть, тетя Аня просто заработалась? Когда мы с Натой в последний раз говорили о её маме, подруга выразила обеспокоенность тем, что та всё время работает, и подруга не может уговорить её взять отпуск для совместного отдыха. Она даже мечтала о том, чтобы мама наладила личную жизнь – а как это сделать, если ты постоянно на работе?

– Между вами что-то произошло? – осторожно спросила я папу, усевшись справа от него.

Мне казалось странным их поведение: они всегда были учтивы в общении, а сейчас – едва взглянули друг на друга.

– Ради всего святого, Иллан! – прорычал папа. – Что между нами может произойти?

– Чего ты злишься, пап? Я же просто спросила. Вы оба не в духе… Может быть, дашь ей что-то вроде отпуска? Она же никогда его не брала! Ната хочет, чтобы они поехали вместе отдохнуть куда-нибудь. Мне кажется, это отличная идея! Отдых ей точно пойдет на пользу. Может, тетя Аня даже закрутит курортный роман и…

Папа метнул на меня такой взгляд, что я невольно осеклась.

– Если ей нужен отпуск, пусть поговорит с твоей бабушкой, – произнес он холодно и отстраненно, давая понять, что не желает обсуждать эту тему.

– О чём это нужно поговорить со мной? – раздался голос бабушки, которая как раз подошла и заняла стул напротив меня.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.