Тина Лав – Бизнес-план для дракона (страница 4)

Игнар шел впереди, его широкая спина в темном камзоле маячила передо мной. Он не оборачивался, но я чувствовала, что он знает, что я иду следом. Что он ждет.

Мы поднялись по винтовой лестнице, свернули еще раз, и он толкнул тяжелую дубовую дверь.

Покои оказались огромными. Посередине - кровать с балдахином, похожая на ту, которую я видела утром, только раза в два больше. Она была застелена свежим бельем, и на подушках лежали лепестки белых роз. В камине горел огонь, отбрасывая золотистые блики на стены.

Это было настолько похоже на самую стереотипную сцену из романтического фильма, что я даже поразилась - вот, оказывается, что творится в моем подсознании! И это даже после двух лет терапии и доказательств самой себе, что я не нуждаюсь ни в ком, а все уже есть внутри меня самой.

Игнар повернулся ко мне. В свете пламени его глаза казались почти черными, с тем самым внутренним огнем. Он притянул меня к себе, и я не сопротивлялась.

Сон так сон. Горячий сон. Пусть так.

Я чувствовала, как его руки ложатся мне на талию, сильные, уверенные. Как его дыхание смешивается с моим. Как сердце начинает биться чаще, но не от страха, а от чего-то другого. От предвкушения. От вожделения. Настоящего, совсем реального.

Огромная кровать оказалась очень мягкой и удобной, когда мы опустились на нее. А без одежды Игнар оказался еще лучше, чем можно было бы представить. Конечно, это сон. Таких мужчин вообще не существует. Но это же мой сон, и почему бы не позволить себе такую вольность?

Весь мир перестал существовать. Плевать, сон это или явь. Если это самая лучшая ночь в жизни, каких в реальности никогда не было, то какая разница?

Я закрыла глаза и позволила себе просто быть. Здесь. Сейчас. С ним.

Глава 3

Я не торопилась открывать глаза. Память о моем таком ярком и необычном сне еще оставалась со мной, и мне не хотелось возвращаться в реальность. Там, в реальности, не было ничего интересного. Ноябрьская слякоть, пустая квартира, работа, которую надо делать, и одиночество, которое надо лечить терапией.

А здесь... Здесь было хорошо.

Я помнила его сильные руки, которые ложились мне на талию так уверенно, словно знали, что делать. Помнила его дыхание - горячее, сбивчивое - у виска. Помнила, как мое молодое тело реагировало на его прикосновения, отзываясь такими ощущениями, которых прежде я не испытывала никогда. Ни с бывшим мужем, ни с кем-либо еще. Это было... правильно. Как будто все сорок шесть лет я только и делала, что ждала этого.

Хороший был сон. Очень хороший. Но пора было возвращаться в реальность.

Я потянулась, чувствуя, как мышцы приятно ноют после... ну, после того, что было во сне. И открыла глаза.

И тут же чуть не закричала.

Потому что увидела балдахин. Тот самый, под которым вчера мы вытворяли такое, что у терапевта не расскажешь.

Я замерла. Сердце начало колотиться где-то в горле.

Медленно, очень медленно я перевела взгляд в сторону.

Рядом на подушке лежал Игнар. Я поморгала, словно всерьез рассчитывая, что он исчезнет. Но нет - это был несомненно он. Прикрыт одеялом до пояса, но явно голый. Его темные волосы были растрепаны, на щеке - след от подушки. Он спал, дыша ровно и глубоко. И даже, кажется, слегка чему-то улыбался.

Я опустила взгляд на себя.

Голая. Абсолютно голая. Кожа покрыта легким румянцем, на плече - легкий след от чьих-то зубов.

Нет. Нет, нет, нет!

Это не могло быть правдой. Не могло!

Это сон. Просто очень реалистичный сон. Сейчас я проснусь и увижу потолок своей квартиры. Или потолок больницы, если меня все-таки сбила машина, и я в реанимации.

Я резко ущипнула себя за руку.

Больно.

Еще раз. Сильнее.

Все равно больно. И след остался - красный, отчетливый. Явно будет синяк - я старалась от души.

Во сне не бывает синяков от щипков. Во сне не бывает боли. Во сне не бывает...

Я села на кровати, чувствуя, как холодный пот выступает на спине. Одеяло сползло, и я увидела свои ноги - вроде и свои, а вроде и не свои, длинные и стройные, которые видела вчера.

Это не сон.

Это не сон!

Я посмотрела на Игнара. Он даже не шевельнулся. Просто спал, словно рядом с ним лежала не женщина в состоянии шока, а какая-то привычная вещь. Плюшевый мишка.

Я тряхнула головой.

Я. Жена. Дракона. В другом мире. Навсегда.

И тут меня наконец прорвало. Я открыла рот, чтобы закричать, но из горла вырвался только хриплый, сдавленный звук. Это была не галлюцинация перед смертью. Это была новая жизнь.

И что делать теперь?

Я сидела на краю кровати, чувствуя, как покрывало соскальзывает с плеч, и даже не пыталась его поправить. В голове было пусто, как после хорошего шторма.

Ночь была прекрасна. Да что там прекрасна - великолепна. Свадьба поражала размахом - я такого даже в кино не видела. Тело - молодое, упругое, отзывчивое. Мужик рядом - красивый, сильный, с этими странными темными глазами и… другими интересными достоинствами. Еда вкусная, дворец уютный, служанки предупредительные.

Но во-первых, я не собиралась замуж. Спасибо, мне хватило первого раза. Во-вторых, я толком не знакома с этим Игнаром. А постель - это не повод для знакомства. По крайней мере, в моем мире.

Игнар зашевелился. Потянулся, сладко, по-кошачьи, и его рука потянулась ко мне - видимо, чтобы притянуть обратно. Но я не смогла справиться с противоречивыми эмоциями, которые нахлынули разом. Страх, злость, растерянность, и еще что-то липкое, похожее на панику.

Я оттолкнула его руку и вскочила с кровати, судорожно заворачиваясь в покрывало.

– Не смейте прикасаться ко мне! - каким-то не своим истеричным голосом выкрикнула я. - Вы не имеете права!

Игнар опешил. Его рука застыла в воздухе, а на лице сменилось столько выражений, что на секунду я снова подумала, не сон ли это. Сначала - удивление, потом - легкое раздражение, потом - что-то похожее на насмешку. Но пока я сомневалась, он уже успел прийти в себя. Приподнялся на локте, глядя на меня с тем самым спокойствием, которое бесит больше всего.

– Во-первых, я имею право к тебе прикасаться - ты моя жена, - довольно мягко пояснил он. - И вчера никаких возражений я что-то не слышал. Ни во время церемонии, ни во время скрепления союза. Ни даже во время первой брачной ночи. Зато слышал что-то вроде: “Да, еще!”

Я почувствовала, как лицо вспыхивает до корней волос. Потому что он был прав. Потому что я действительно это говорила. И довольно громко. И даже не один раз.

– Хватит! - завопила я и даже зажала уши, потом поняла, что покрывало соскользнуло с груди, оставив меня вновь обнаженной, подхватила его и завернулась плотнее. - Это… Это недоразумение. Где я? Отпустите меня!

Игнар прищурил глаза, и в них вспыхнул какой-то угрожающий огонек. Не злой, нет. Скорее - собственнический. Как у кота, который обнаружил, что мышь, которую он считал своей, вдруг решила, что она свободна.

– Недоразумение? - хмыкнул он. - Не думаю. Все прошло прекрасно, ты теперь - герцогиня де Валькор. Моя официальная жена. Ты у меня, теперь - у себя, дома. Есть еще вопросы?

– Есть, - кивнула я, слегка успокаиваясь, потому что Игнар не вел себя агрессивно. Он не кричал, не хватал меня за руку, не начинал угрожать. Просто смотрел с этим спокойным, почти ленивым любопытством, словно наблюдал за забавным насекомым. - Как мне попасть ко мне домой? В мою квартиру. Туда, где я не де Валькор, а Алена Крупская.

– Никак, - широко улыбнувшись, развел руками Игнар. - Теперь твой дом здесь. А что тебе не нравится?

Я открыла рот, чтобы выпалить что-то резкое, но тут же закрыла его. Потому что не могла сформулировать мысль.

Что мне не нравилось?

Тело нравилось. Молодое, здоровое, без боли в пояснице. Сам дракон - ну, Игнар - тоже ничего, красивый, высокий, с этими странными глазами, в которых иногда мелькает что-то нечеловеческое. Еда вкусная - вчера я ела запеченное мясо, которое таяло во рту, и фрукты, которых никогда не видела в магазинах. Дворец уютный - огромные комнаты, мягкие ковры, горячая вода в медных тазах, и служанки, которые смотрят на тебя так, словно ты богиня.

Не нравилось только одно.

Что никто не спросил, чего хочу я.

Или спросили? Разве не сама я вчера шла по ноябрьской улице и думала о том, как хорошо было бы вернуться в свои двадцать? Разве не сама я мечтала выбрать достойного мужа, не такого, как бывший? Разве не сама я желала себе семейного счастья, детей, дома, где ждут?

Вот и сбылось желание. Живи и радуйся.

Но что-то во всем этом было не так.

Я стояла посреди комнаты, завернувшись в покрывало, и смотрела на Игнара. Он сидел на кровати, откинувшись на подушки, и ждал. Не торопил. Не давил. Просто ждал, словно знал, что я сейчас думаю.

Надо было хорошо поразмыслить. А не пороть горячку.

– Мне нужно... подумать, - наконец сказала я. - Одной.

Игнар приподнял бровь, но кивнул.