Тина Карлова – Отпусти кого любишь (страница 1)
Тина Карлова
Отпусти кого любишь
ПРОЛОГ
ЖЕНЯ
– Ну, вроде бы все решили, документы подписали, и я теперь могу жить свободно, – со вздохом облегчения сказала женщина, глядя на своего сына, который последние месяцы метался между обоими родителями, как между двух огней, помогая им делить совместно нажитое долгими годами имущество. Сесть вдвоем и мирно поделить движимое, недвижимое и старого кота мама с папой категорически отказывались, не желая друг друга видеть и используя сына вместо голубя-почтальона. Жене эта роль порядочно надоела, и он был рад не меньше матери, что вся эта дележка наконец-то закончилась.
– Да, мам, дороговато ваш с папой развод обходится… – протянул парень, доставая из кармана сигареты. – Жили бы спокойно, без развода…
В ответ теперь уже свободная женщина поправила высокую прическу и повертелась перед своим отражением на стекле автомобиля, после чего восхищенно улыбнулась самой себе и, не глядя на сына, в который раз повторила, уже по слогам:
– Ты же знаешь, что с твоим отцом это невозможно. Он совершенно не считается с моим мнением!
Ее взгляд остановился на мальчишке лет шести, который с победным криком пронесся мимо. В другой момент Ольга Викторовна даже не взглянула бы на него, но теперь, видимо, в преддверии новой, свободной от долгого и весьма печального замужества жизни, она замечала малейшие детали, окружающие ее. А уж такую деталь, которую она тут же озвучила, не заметить было сложно:
– Поразительно, как этот мальчик похож на тебя в детстве! Тебе его мама случайно не знакома?
Евгений посмотрел на ребенка, потом на рыжеволосую девушку, которая схватила его за руку и что-то начала объяснять, и равнодушно ответил:
– Нет, не знакома.
– Бывают же похожие дети! Нужно будет дома пересмотреть твой детский альбом. Этот мальчик – совершенная копия тебя в этом возрасте!
Парень ухмыльнулся, сделал шаг к автомобилю и замер. К нему навстречу бежала Юля. Та самая Юля, которую он не видел уже много лет после расставания. Кстати говоря, его Юлька тогда сама же и спровоцировала. Долгое время Женя пытался понять причину этого поступка, узнать, чем руководствовалась девушка в тот момент, разрывая долгие и казавшиеся крепкими отношения, но никто с ним не хотел разговаривать, а ее отец и вовсе спустил Женю с лестницы, когда он поднял на уши весь подъезд.
А позже до него дошел слух, что Юлька уехала. Куда, когда и надолго ли – неизвестно.
И вот теперь она в распахнутом белом пальто и на ошеломительно высоких каблуках бежит навстречу.
Женя от неожиданности хотел было раскрыть объятья бывшей девушке, но она, даже не взглянув на него, свернула в сторону.
– Мамочка! – услышал он радостный крик малыша, который так приглянулся матери.
Юлька, не замечая взглядов смотрящего на нее в упор парня и с интересом – его матери, улыбнулась, присела и распахнула руки в сторону бегущего к ней навстречу мальчика.
– Костик, мой родной! Как же я по тебе соскучилась! – с этими словами она подхватила ребенка на руки.
– Ты приехала раньше, чем мы ждали, – громко заявила та самая рыжеволосая девушка, которую Женя поначалу посчитал матерью мальчика.
– Спешила закончить все дела, чтобы Костика быстрей забрать. Правда, сынок? – обратилась она к мальчику. Тот, сидя на руках у матери и перебирая ее светлые кудрявые волосы, в ответ улыбнулся и что-то быстро зашептал ей на ухо.
– Как скоро планируете обратно уезжать? – поинтересовалась рыжая.
– Думаю, послезавтра. Еще немного с родителями побуду, и на самолет.
– Неужели радиоволна без тебя закроется?
– Не закроется, – отмахнулась Юля. – Но оставаться здесь не хочу. Пойдем скорее, нас такси ждет!
С этими словами обе девушки с ребенком поспешили прочь с места встречи, а Женя продолжил стоять, переваривая увиденное. Мысли в голове словно огромным блендером смешались в вязкую кашицу, мозг отказывался понимать и анализировать происходящее. Ну не бывает такого…!
Ольга Викторовна тоже узнала бывшую девушку сына и, кусая верхнюю губу, ждала взрыва. Взрыва не последовало.
Евгений обошел машину, сел за руль и позвал мать садиться рядом.
– Или ты пешком идти собралась?
ЧАСТЬ ПЕРВАЯ
Мне иногда кажется, что я ненавижу свою работу. Правда, это ощущение не стойкое и через короткое время оно проходит. А когда, сломя голову, бегу через всю площадь за сыном в детский сад, едва успевая до закрытия – снова думаю о том, что завтра же с утра напишу заявление на увольнение. И так каждый будний день за редкими исключениями, а иногда не только будний.
На радио я работаю почти три года. За это время успела стать свидетелем мелких обманов, споров, шантажа и даже драк. В эпицентре событий чаще всего оказываются гости радио. Да я и сама успела порядком накосячить и чудом не потерять должность.
Катастрофа: вместо интервью с одной медийной дамой анонсировала другую, причем прямую ее конкурентку.
Трагедия: во время музыкальной паузы забыла выключить микрофон, и на фоне песни известного артиста весь Питер слушал мой страдальческий монолог о невкусной шаверме из ларька через дорогу.
Беда: пропал голос прямо перед открытием крупного торгового центра, которое я должна была вести вместе со своим со-ведущим Максимом Богачевым.
Чрезвычайное происшествие: перед эфиром поспорила с музыкальным директором по поводу внеочередной командировки, и в результате данный спор монологом продолжила во время прямого эфира, пользуясь тем, что оппонент не мог дать достойный ответ, поскольку не вхож в рубку.
Стихийное бедствие: опаздывала к началу эфира на несколько минут. Несколько раз. Очень много раз. Постоянно.
Но в целом работа на радио мне нравится, и все мои жалобы вилами по воде писаны. Более подходящую для меня работу сложно найти.
Мы с Максом ведем программу «Телеграмма» – глупая рифма, ставшая слоганом. Мне нравится вести интерактивы со слушателями – есть в этом что-то сближающее. Во время эфира приходится прерываться на новости, рекламу и, само собой – музыкальные паузы. За эти короткие отрезки времени длиной по пять-десять, иногда пятнадцать минут нужно успеть сделать кучу дел – прописать текст, если логисты заняты (а это бывает чаще, чем хотелось бы), придумать тему следующей передачи в обход креативщикам, записать телефонное интервью, отметить интересные сообщения в чате, который является эпицентром нашей программы, и прочее, прочее, прочее. Вообще-то всем этим должны заниматься программные редакторы, но наш постоянный редактор Сашенька очень часто отсутствует на своем рабочем месте, поэтому нам невольно приходится выполнять и его обязанности тоже. Причем абсолютно бесплатно, и чувствую себя иногда кем-то между рабами и волонтерами.
Нет, плюсов тоже полно, спорить не буду. Например, постоянные приглашения на концерты или фестивали. В первую совместную командировку мы с Максом открывали клуб в Москве, и его владелец, крупный бизнесмен, между прочим, предложил нам стать его резидентами. А еще я познакомилась с кучей довольно-таки известных личностей, которых раньше только в наушниках слушала или на экране видела. Эти личности очень разные и имеют весьма специфичную манеру общения – иногда приятную, а иногда с сумасшедшим желанием кинуть чем-нибудь тяжелым в эту самую личность. Даже я, человек достаточно терпеливый, несколько раз высказывала именитым гостям свою точку зрения в весьма грубой форме, за что потом, естественно, получала по шапке от вышестоящего руководства. Однако же дальше порицания так и не доходило, ведь наша с Богачевым программа раз за разом выбивала для радиостанции первые места в городском рейтинге, а это напрямую указывает на наш профессионализм. Поэтому нет-нет, да и пользуемся мы возможностью поставить зарвавшуюся звезду на место. Максим – реже, я – чаще. Хоть марку все же приходится держать, но иногда терпения не хватает.
Все-таки радиоведущие – люди публичные. Независимо от своего желания. Во-первых, потому что по долгу службы приходится постоянно общаться с теми, кто априори считается публичным. Не важно, кино, музыка или какой другой вид искусства прославил артиста. Сложно подсчитать, сколько подобных персон ходили по коридору нашей радиостанции за последний месяц. И это несмотря на то, что у нас местная городская волна. С одной важной поправкой – питерская волна. Очень много народу бывают в культурной столице нашей страны с концертами, гастролями и рабочими поездками, в ходе которых нам нужно успеть перехватить гостя раньше конкурентов. А во-вторых, потому что самим приходится кататься по этим чертовым командировкам – что-то открывать, делиться опытом или получать его, организовывать концерт или освещать какой-нибудь фестиваль. За три года работы на радио подобных поездок у меня накопилось предостаточно. Хочешь-не хочешь, но невольно приходится общаться с людьми – иногда приятными, а иногда (почти постоянно) не очень.
И после каждой такой встречи пропадают эйфория, удивление, и остаются только остаточные впечатления, причем не самые радужные. Большая половина рож, которые мелькают на экране телевизора или в разворотах газет и журналов – очень наглая и чувствует себя безнаказанно, а кто-то еще и умственно отсталый. Нам же, ведущим, под страхом смертной казни нельзя грубить или просто повысить голос в их присутствии. Наша задача – любым известным или неизвестным способом вытянуть эфир, мило улыбаясь гостям. Бывают, конечно, исключения, и кто-нибудь вспомнит, что ведущие на радио – тоже люди, но чаще к нам относятся высокомерно-пренебрежительно.