Тина Карлова – Москва-Нева (страница 1)
Тина Карлова
Москва-Нева
ПРОЛОГ
Знакомство родителей жениха и невесты – процесс волнительный для обеих сторон и уж тем более для будущих молодоженов. Вдруг не поладим? Не сойдемся характерами? Тогда вся семейная жизнь будет напоминать сидение на пороховой бочке. Рвануть может в любой момент. Ведь анекдоты про злую свекровь и сварливую тещу не на пустом месте придумали? В каждой шутке, как говорится…
Девушка сына мне нравится. Танюша милая, добрая, искренняя, а главное – она очень любит моего Ваню. Уж в этом я разбираюсь. Этот до краев наполненный нежностью взгляд не спутаешь ни с каким другим. Ведь когда-то и я сама точно так же смотрела, как мне тогда казалось, на любовь всей моей жизни. Это было много лет назад, когда я еще во что-то верила и на что-то надеялась. До тех пор, пока мои надежды не рассыпались песочным замком, не растаяли в туманной дымке и в принципе не исчезли с радаров моего восприятия этой жизни.
Я еще не знаю Танюшиных родителей, но заранее уверена, что сделаю все возможное, чтобы с ними поладить. Тем более они, уверена – вполне цивилизованные и порядочные люди. Ваня о них отзывается положительно, да и дочь свою они воспитали достойно. Никому не позволю обидеть эту маленькую хрупкую девочку.
ЧАСТЬ ПЕРВАЯ
Встречу и знакомство родителей решили организовать на нейтральной территории, чтобы всем было комфортно и уютно. Ресторан выбирали дети, поэтому мне оставалось лишь подчиниться, хотя «Джеральдин» на Остоженке – не просто приличный, а неприлично дорогой ресторан. Недавно моя коллега отмечала в этом заведении юбилей, и для того, чтобы праздник получился шикарным, ей пришлось взять в банке кредит. Как по мне, я согласна и на гриль-бар через дорогу от дома, но Ваня настоял на своем и уверил, что его зарплата в футбольном клубе позволяет оплатить по счету там, где он сам решит. И когда мой ребенок успел стать таким самостоятельным? Я даже испытала легкую гордость за сына, заодно попытавшись вспомнить, когда последний раз давала ему денег на карманные расходы. Кажется, года три назад перед тем, как Ваня начал показывать хорошие результаты в соревновательных матчах. И машину несколько месяцев назад подарила – Ванька как раз права получил. Сейчас, конечно, его зарплата в футбольном клубе существенно выросла. На свадьбу, по крайней мере, сам накопил…
Выскочив из метро, я помчалась вверх по Остоженке, хотя навигатор упорно пытался вывести меня к пункту назначения через Зубовский бульвар, а это, на минуточку, в другой стороне от «Джеральдина». Хорошо еще, что я часто бываю в этих местах, и сейчас не стала присматриваться к навигационным стрелкам на карте телефона, как делаю обычно. Иначе бы точно крюк через весь центр пришлось делать.
Вот он, заветный поворот на мою любимую Пречистенку, где я часами готова гулять, включив в наушниках классическую музыку, как то Вивальди, Дебюсси или Чайковский. Правда, только при хорошей погоде – тротуар там глубокий, и в случае дождя под ногами плывут не просто лужи, а реки воды. А вот в солнечные дни набережная как никогда напоминает о своем прошлом, хотя новостроек там значительно больше, нежели исторических зданий. Когда я впервые прогуливалась по тем местам, знакомилась с ними, толкая перед собой коляску с маленьким Ванькой, то смогла восхититься лишь знаменитым памятником Петру Первому, зданием всем известной кондитерской фабрики «Красный октябрь» и Храмом Христу Спасителю. Когда сын подрос, нашим любимым местом на Пречистенской набережной стал доходный дом Перцова, украшенный изображениями мифических животных. Мы долго кружили вокруг него, пытаясь высмотреть выложенную мозаику Жар-птицы на фасаде или чугунного Змея Горыныча под балконом. Сына так впечатлил дом-сказка, что он после этого еще долгое время рвался там жить.
Память услужливо подбросила волшебные картинки Патриаршего моста, где часто проводятся свадьбы и экскурсии благодаря панорамному виду на Кремль, но меня отвлек телефонный звонок.
– Мам, ты скоро? – услышала в трубке обеспокоенный голос сына.
Я мысленно сориентировалась и ответила:
– Через пару минут буду.
И действительно, спустя несколько минут я уже входила в ресторан.
– Прошу прощения, спешила как могла, – я буквально подбежала к столику, пытаясь на ходу успокоить участившееся дыхание. И, тут же, протянув руку будущим родственникам для знакомства, вовсе дышать перестала. Только не это…
Может, показалось? Столько лет прошло… да и свет в зале ресторана приглушен и создает легкий полумрак. И, в принципе, бывают похожие между собой люди…
Сын, видя мое замешательство, тут же пришел на помощь и придвинул мне стул:
– Мам, не волнуйся, ты не опоздала. Вот, знакомься, это Танины родители – Филипп Константинович и Ксения Сергеевна. А это моя мама – Дарья Александровна.
Я села буквально наощупь, от нарастающего в груди волнения едва не промахнувшись мимо стула. Филипп Константинович… Значит, моя память не ошиблась и зрение не подвело. Это он. Фил Ромашин. Мой самый страшный кошмар, которого я надеялась никогда больше не встретить.
И почему я раньше не расспросила Танюшу о ее родителях? Я ведь до сегодняшнего вечера и фамилию-то ее не знала… Мне было вполне достаточно, что она хорошая девочка, и ее выбрал мой сын.
Нет, этого оказалось недостаточно. Этого было ничтожно, катастрофически мало.
Фил тоже меня узнал. В упор рассматривал мою короткую стрижку, очки с роговицей, яркое платье от именитого дизайнера… Смотрел так, будто глазам своим не верил.
Еще бы! Ведь он думал, что сломал меня тогда. Что вывернул мою душу наизнанку. Разбил мою жизнь без возможности собрать осколки воедино. Так и было. Во время нашей последней встречи я оказалась перед ним сломленной, подавленной, разбитой и никому не нужной.
И вот теперь я взрослая самодостаточная женщина, главный бухгалтер в крупной фирме, выгляжу лет на десять младше своего возраста и уж точно никому не дам себя в обиду. А мой сын – копия Макса, лучшего друга Фила. Тут даже экспертиза ДНК не нужна, достаточно одного взгляда для сравнения.
– Не ожидал? – одними губами спросила я, но все сидящие за столом услышали и замерли в непонимании. Ведь что может быть общего у фактически незнакомых и чужих людей? Но, как оказывается, связывать может общее прошлое, о котором хотелось бы навсегда забыть и никогда не вспоминать.
– Нет, – после недолгой заминки все же овладел собой Фил. – Ты, как я понимаю, тоже не была в курсе?
– Не была, – повторила эхом, изо всех сил стараясь, чтобы мой голос не дрожал. Этот человек недостоин видеть мою слабость. Никто не достоин. Я должна быть сильной ради сына.
– Э… вы знакомы? – вмешалась Танюша.
– Да, – мгновенно нашлась я, не желая доставать наружу прошлое, как грязное белье из комода. Не то место, не то время и не при Ваньке. – Да, немного… Сталкивались раньше… по работе.
Ненавистная мне ложь стала главным блюдом на столе. Даже когда услужливый официант принес горячее, никто не обратил на него внимания, продолжая неспеша следить за развитием событий.
– Ну, давайте выпьем? – Ваня очень хотел разрядить повышенное напряжение и потянулся к бутылке с вином.
Но я прекрасно понимала, что может последовать за этим напряжением. Вполне возможно, что я сейчас же начну припоминать Филу всю ту мерзость, на которую он был способен много лет назад, а тот будет оправдываться и перекладывать вину на других, лишь бы остаться в глазах своих близких белым и пушистым. Это он умеет – двуличие его лучшая черта. И наблюдать за этой заранее лживой и явно неприятной картиной у меня не было никакого желания.
– Нет! Ваня, нам пора! – положила ладонь на руку сына, жестом давая понять, что встреча окончена.
– Но мам… – сын, как и его невеста с матерью, уже поняли, что между мной и Филом что-то произошло, и это «что-то» не позволяет сидеть нам за одним столом. Что-то слишком жестокое, тяжелое, которое не разрядить легкими шутками и вкусным ужином.
– Иван! – даже голос повысила, хотя никогда не позволяла себе кричать на него. – Собирайся, мы едем домой…
– Теть Даш… – Таня была растеряна и напугана, но в данной ситуации ее настроение интересовало меня меньше всего на свете. Гораздо важнее для меня сейчас было собственное душевное равновесие.
– Потом, Танюш. Все потом. Ваня, отвези меня домой!
Сыну ничего не оставалось, кроме как подчиниться. Он уже вытащил из кармана ключи от автомобиля.
– Даша! – услышала, и меня едва не стошнило от звука мужского голоса. – Не пали горячку!
– Никогда… слышишь? – прошипела сквозь зубы. – Никогда не смей произносить вслух мое имя!
– Давай попробуем успокоиться, – Фил попытался ухватить меня за руку, но я успела увернуться. Будто ядовитая змея тянула ко мне свой раздвоенный язык – настолько мне была неприятна сама мысль о его прикосновении.
– Не смей приближаться ко мне и моему сыну, иначе я тебя в порошок сотру, ты понял? – сквозь зубы прошипела я, готовая прямо сейчас всадить ему в глаз вилку.
Откуда во мне столько ненависти? Я даже испугалась нахлынувших чувств, особенно встретившись взглядом с Таней. Девочка сидела абсолютно неподвижно, только салфетку в руках сжимала от страха. Вот и сбываются ее самые худшие опасения. Родители не смогли поладить между собой и найти общий язык, даже более того – вслух высказали о своей неприязни.