Tina Jay Rayder – Замуж за монстра, или Любовь чистой воды (страница 18)

«Вспоминай Ноя! Быстро! Как можно подробнее и как можно эмоциональнее!» – скомандовала она.

И перед глазами замелькали образы. Вот моя первая встреча с ним. Слегка растерянный, чуть грустный, он стоит передо мной на нашей свадьбе. Вот удивление на его точеном, почти совершенном лице, когда я говорю о его красоте. Мило розовеющие ушные плавнички. Тонкие губы. Ясные серые глаза. Они могут то опасно блеснуть сталью, то вдруг стать теплыми и мягкими, точно уютное пуховое одеяло.

Думать стало тяжело, но я продолжала вспоминать. Его теплые объятия, нежные слова. То ощущение безопасности, что у меня возникало рядом с ним. И узы. Брачные узы, что всегда грели мягким сиянием где-то около сердца. На глаза навернулись слезы. Я скучала по нему.

Странная муть в мыслях ушла, и пришло четкое осознание – я люблю Ноя. Да, он слегка старомоден, необычен, и его семейка – братец, например, – привносит нотку безумия в мое осознание мира. Вот только я люблю его. Родной. Надежный. Мой.

«Теперь можно», – неожиданно оборвал мои воспоминания голос моей шизофрении-Стаси.

Я вернулась в реальность и открыла глаза. Передо мной стоял мужчина. Эмоции попытались что-то вякнуть, но тут же заткнулись, залипнув на образ Ноя в голове, я же пыталась осознать ошеломляющую мысль: я в другой стране. Если говорить на языке МУХа – на чужой территории, потому что передо мной стоял песчанник.

Ровно-смуглая кожа, настолько естественная и совершенная, какой может быть только кожа коренного жителя пустынь. Никакой солярий не обеспечит настолько прекрасного загара. Такая кожа будто светится изнутри. Волосы вспыхивали огненными искрами. Не в прямом смысле, но яркие пряди всех оттенков рыжего завораживали глаз. Сами глаза мужчины имели опасный кошачий разрез и отливали диким золотистым цветом, точно глаза хищника на охоте.

Все остальное тоже было прекрасно. Ну, чисто с эстетической точки зрения. Худощавый, но видно, что сильный и гибкий. Ловкий, наверняка. Он приковывал к себе взгляд и внушал опасность.

То, что доверять песчаннику не стоит, я убедилась, когда он заговорил.

– Ну, привет, невестушка, – лукаво улыбнулся песчанник. – Я рад, что ты очнулась.

– Да, я очнулась, – перебила я его, задетая обращением. – И я не невестушка. Я жена. Причем жена Водяного. Знаешь такого? А теперь объясни мне, какого шторма я делаю здесь?

Он выгнул одну бровь. Да так выразительно, что я вспомнила одного из героев земной популярной саги.

– Ты действительно не помнишь?

– Что я должна помнить? Буду благодарна, если просветишь. И да, прости за наглость, но ты кто такой? – Я насторожено уставилась на него – мало ли что прилетит за откровенное хамство.

– Ты можешь звать меня Азулле Вист. И я – правитель этой страны.

– Хорошо, Азулле Вист, что за страна?

Вместо ответа он подошел к стене. Одно движение его руки, и ковры раздвинулись, а затем стена в середине начала осыпаться, точно спресованный песок. А может, она им и была. И вот, спустя несколько мгновений на уровне моих глаз открылось окно.

Песчанник отошел в сторону и с издевательской улыбкой махнул рукой.

– Посмотри сама.

Я подошла к проему и выглянула.

«!..» – Стася очень эмоционально промолчала Стася и я была с ней абсолютно согласна. Перед глазами раскинулся город. В пустыне. В бескрайней ярко-желтой горячей пустыне.

– Как называется город? – Горло саднило от слез, но я всеми силами старалась не расплакаться.

– Ашенте. – Песчанник искоса глянул в мою сторону. – Не плачь. Я ничего тебе не сделаю.

Он направился к выходу из комнаты, но остановился у дверей.

– Я подожду, пока ты сама не примешь решение в мою пользу. Если вдруг не поняла – я хочу видеть тебя своей женой. Считай, что ты мне приглянулась. Твоя брачная связь разорвана, а значит, ты свободна. И да, не пытайся сбежать. А так – этот дворец полностью в твоем распоряжении. Слуги будут слушаться. Осваивайся.

И ушел, а я осталась одна – в расстроенных чувствах, пытаясь осознать все то, что мне только что сказали.

Стася молчала. Мы обе думали. Хотелось упасть и плакать, но что-то мне все же не давало покоя. Что же? Хорошо, а если рассуждать по порядку?

Стася сказала, что узы я заблокировала сама. Заблокировала, а не разорвала. Значит, мне это было для чего-то нужно. Вопрос первый: для чего?

Далее. Этот мужик, Азулле Вист, правитель, судя по всему. Дворец, город за окном, то, как он говорит о своих владениях, что-то да значит. А еще он не подозревает, что моя супружеская связь все еще существует, именно для этого я блокировала ее? Может быть. А может и нет.

Следующее. Стася сказала закрыть глаза сразу же, как только он вошел. Существует ли в этом мире сила, способная подчинить сознание? Перенаправить мысли в нужное русло? Возможно и существует. Есть же Непомнящие и такие, как я – на которых они не действуют. Наверное, у этого песчанника тоже есть какой-то способ воздействовать на разум. А может, это была только перестраховка. Надо будет у Стаси уточнить. Да и, думается мне, что никто бы не стал устраивать всю эту заварушку только ради того, чтобы получить себе женщину. А значит, песчаннику от меня что-то нужно.

И, наконец, раз я здесь, да и еще по своей воле – что сомнительно, но не верить словам Стаси сейчас нет смысла, – то мне это было для чего-то нужно. А значит цель номер один – исследовать все, что только возможно и доступно. Цель номер два – сбежать. Как можно скорее: не нравится мне все это.

***

Стася молчала. Я ходила по комнате, периодически выглядывая в окошко. Город жил своей жизнью, жаркой и суетливой. Люди внизу, казалось, не останавливались ни на минуту. И это было прекрасно в какой-то мере. Тут не было высоток с зеркальными окнами, не было машин и пробок, но сейчас, глядя на этот неумолкающий город – Ашенте – я чувствовала себя так, будто вернулась на землю.

Ашенте… Почему именно так? Название было странным, что-то до боли напоминающим, но что? Вспомнить не получалось.

«Ташкент», – съязвила в голове Стася.

– Ну нет! – возразила я. – Даже если и похоже немного по звучанию, совершенно не те ассоциации. Нет. Ашенте – довольно красивое название для этого города. Такое же жаркое и своеобразное, как, наверное, и он сам.

«Ну вот, проснулся твоей внутренний романтик», – проворчала Стася в ответ.

– Чего ему просыпаться? Романтика во мне и не засыпала.

«Вот только в куколку Барби не превратись».

– Фе! Ты не хуже меня знаешь, что я люблю милости, но ненавижу розовые сопли. Ладно, давай прервем нашу несомненно важную и нужную для всех баталию.

«Да, давай. А еще лучше, если ты выйдешь отсюда и пройдешься по дворцу».

– Выйду с удовольствием. Только как?

«Ножками! Пока ты предавалась шоку и меланхолии, я успела заметить, что этот мужик не закрыл двери, когда уходил».

– А раньше сказать не могла, да? – Невероятно досадно, когда собственная шиза укоряет тебя в невнимательности. Стася промолчала.

Дверь, скрытая за тяжелой драпировкой, поддалась сразу. Действительно – открыта, да и, похоже, никто не думал меня запирать. Снаружи даже охраны не стояло. Либо я не особо ценная тушка для правителя, либо сбежать отсюда настолько нереально, что даже охранять не стоит лишний раз.

Коридор выглядел так, как будто кто-то взял восточную сказку и целиком принес в этот мир. Ковры, драпировки – тяжелые и тюль, узоры на песчаных стенах. Арочные створки дверей или же просто проходы, внутренний дворик. Я, кстати, оказалась на втором этаже дворца, а всего их было три. По крайней мере, балконов я насчитала как раз три штуки до земли.

Прошлась вокруг по террасе, подергала некоторые двери. Большинство оказалось закрыто. Но, судя по расположению, это скорее всего были комнаты вроде моей.

– И что дальше? – пробормотала я вслух.

Рядом вдруг взметнулся песок.

– Что пожелаете, иммира? – Смуглая девочка – на вид лет десяти, в чалме и простом топе – появилась передо мной так неожиданно, что все вопросы и пожелания вылетели из головы.

Я молчала. Она тоже.

– А… – попыталась я выдавить из себя хоть что-то. – Привет?

– Дня доброго, иммира, – продолжала вежливо улыбаться девочка. – Я выполню любое ваше пожелание в пределах, установленных господином. Вам принести закуски?

На слово «закуски» желудок отозвался жалобным бурчанием.

– Да, пожалуйста, – пробормотала я. – Как тебя зовут?

– Прислужникам не нужны имена, иммира, – поклонилась девочка. – Закуски принесут в вашу комнату. Если пожелаете что-то еще, просто скажите вслух, иммира.

– Постой! – остановила я ее раньше, чем сообразила, зачем. – А почему ты называешь меня так странно – «иммира»?

– Это стандартное обращение к знатным женщинам в нашей стране, – ответила она и исчезла до того, как я успела задать какой-либо еще вопрос.

Вернувшись в комнату, я обнаружила поднос с фруктами, чем-то очень похожим на сыр, несколько лепешек и напиток в кувшине. Сердце кольнуло разочарованием, когда питьем оказалась не вода. Все же я надеялась, что через нее смогу так или иначе связаться с мужем. Что ж, пока оставалось только подкрепиться.

Фрукты казались знакомыми, но, как и дома, я не могла понять, что именно ем. Хотя было вкусно, да. Даже Стася оценила.

Перекусив, я пошла знакомиться с дворцом дальше. В целом, мне тут даже нравилось, хоть и было немного страшновато. Как оказалось, я уж слишком привыкла к воде, и теперь, находясь в песчаной коробке, хотелось найти хоть один её источник – обычную воду.