Тина Дорофеева – Временная жена для мажора (страница 73)

– И ты успела его настолько узнать, что готова вот так связать с ним жизнь?

– Ма, – затаиваю дыхание, – Макс едет со мной в Израиль.

Ну вот… сказала.

Мама прокашливается, а у меня в груди сердце набирает бешеный темп.

– Как это в Израиль? Лера. – Мама растеряна, и от этого меня снова колет чувство вины.

– Ма, я сейчас все тебе по порядку расскажу, хорошо? А ты не перебивай, пожалуйста, – задумчиво вожу пальцем по клавишам ноутбука, стараясь обвести каждую, чтобы успокоиться.

Мама молчит несколько секунд, за которые я успеваю накрутить себя. Мне кажется, она сейчас скажет, что ей неинтересно. И все равно, как вообще получилось, что я выскочила замуж, не сказав ей об этом.

– Ну давай. Я с удовольствием послушаю, как так у тебя все повернулось. Я думала, ты мне доверяешь. – Горечь в голосе мамы причиняет мне почти физическую боль, но я до скрипа сжимаю зубы, чтобы не броситься извиняться.

Мне кажется, что сейчас мои извинения будут неуместны. Я хочу поговорить с мамой на равных, а не с позиции слабого.

– Я доверяю тебе, мам. Но я уже могу самостоятельно распоряжаться своей жизнью и свободой. Так ведь? Ты же сама мне рассказывала, как бабуля тебя постоянно давила авторитетом и не давала спокойно вдохнуть.

Прикрываю глаза. Мысленно прошу сил, чтобы пережить этот тяжелый период в наших отношениях.

Я могу понять маму, но и сама заслуживаю их понимания, а не осуждения и порицания.

– При чем тут бабушка, Лер?

– А при том, что ты сейчас точно так же пытаешься меня задавить и надавить на жалость. Не нужно так делать.

Глубокий вдох.

– Хорошо, прости. Я тебя слушаю, милая.

Голос мамы на этот раз звучит не так категорично, и она смягчается.

– Спасибо. Макс действительно застал меня немного врасплох после свадьбы Тима, когда сказал, что мы женаты по-настоящему. Первый мой порыв был во что бы то ни стало добиться развода и не морочить голову ни себе, ни окружающим.

– Зачем ему нужна была фальшивая жена?

– Ма, все по порядку. Я и до этого доберусь, не торопись.

– Все-все. Молчу и слушаю.

Хмыкаю. Мама в своем репертуаре. Сначала пытается направить разговор, как ей удобно, а потом замолкает и до окончания не произносит ни звука.

– Так вот. Макс попросил Тима помочь с этой липовой свадьбой, и Тим согласился. Потом оправдывался, что он знает Макса и ничего плохого он бы мне не сделал ни в коем случае. Макс предложил помочь мне с Израилем, и я решила, что это хорошая возможность воплотить свою мечту, при этом не ставя вас в неудобное положение. Не хотела, чтобы вы чувствовали за собой вину, что не смогли меня обучить на того, кем я давно мечтаю стать.

Во рту пересыхает, и я делаю большой глоток чая, который предусмотрительно заварила перед звонком маме.

– И что дальше?

– А дальше мы пообщались с Максом. Мы жили в отдельных комнатах, и тут его не упрекнуть. Он очень порядочный парень, мам.

Да, я пытаюсь его выгородить, чтобы родители не думали про него плохо.

– Лер, я не понимаю, зачем надо было обманывать нас про семинар? – вздыхает мама.

– Потому что я была уверена, что через месяц мы разойдемся, как в море корабли. Но получилось совсем не так, как мы планировали. Я не думала, что могу вот так в человеке раствориться и не думать ни о чем.

– Ох, дочка.

– Что?

Я стискиваю в руке кружку, пока жду вердикта.

– Меня пугает, что ты его совсем немного знаешь, а уже готова с ним всю жизнь провести вместе. Лер…

– Ма, – перебиваю ее, потому что если сейчас не встрять, она запросто может залезть в такие дебри рассуждения, – сколько вы с папой были знакомы, прежде чем он сделал предложение?

– Полгода.

– А через сколько ты поняла, что он тебе дорог и ты готова с ним строить серьезные отношения?

Мама замолкает. Недовольно пыхтит.

– Не помню точно. Может, через месяц.

– Ты говорила, что чуть ли не на третьем свидании, так что не пытайся сейчас отнекаться.

Тихий смех мамы греет душу, и я немного расслабляюсь.

– Да-да, у тебя хорошая память. Но я не переехала к отцу после первой встречи.

– Да, но могла бы, так ведь?

– Нет, не могла. Твоя бабуля меня бы сжила со свету.

– А теперь ты хочешь повторить ее опыт и сжить меня? – спрашиваю в лоб.

Не вижу смысла танцевать сейчас вокруг друг друга. Мы должны быть честны.

– Нет, конечно. Но я мать, и я волнуюсь за тебя, Лер.

– Я ценю, мам, правда. Но и за это время я поняла, что Макс мне идеально подходит.

– Ну хорошо, это я уже поняла. Еще вопрос. Зачем Максу нужна была эта свадьба?

– Эм, ну, в общем, – нервно стучу по телефону, кусаю губы, – мам, давай это останется между нами, пожалуйста.

– А папе что говорить?

Логичный вопрос. И вполне ожидаемый. Впрочем, несмотря на это, я понятия не имею, что нужно сказать.

– Потом подумаем. Пожалуйста, – добавляю в голос мольбу.

Очень рассчитываю, что получится задобрить маму и она не скажет папе всей правды. Протяженный вздох.

– Ты меня пугаешь, Лера.

– Да там ничего такого страшного, мам. Честно-честно.

– Тогда почему я не должна говорить это папе?

Действительно! Почему?

– Потому что не хочу, чтобы у него сложилось ложное представление о Максе. Ты же сама знаешь папу. Он часто пылит не по делу, а потом по ходу дела выясняется, что паника в той или иной ситуации была ни к чему, а он уже всех поднял на уши.

– Ну да, в этом весь наш папа, – хмыкает мама, – ладно, я не скажу папе.

Выдыхаю. Такой ответ меня вполне устраивает.

– Отлично. В общем, у Макса не так давно умер дедушка, и по завещанию Макс должен был жениться, чтобы наследство досталось ему.

Мама чем-то давится и прокашливается.

– Прости. Это он из-за денег все устроил?

Закатываю глаза. Вот жеж… именно этого я и боялась.

Кажется, тут не обойтись без всей правды. Да простит меня мой муженек, но мама теперь с меня не слезет, пока не расспросит про все-все.