Тина Дорофеева – Временная жена для мажора (страница 26)

– А-а-а-а, – сдуваюсь, – можно ее как-то переубедить?

Макс скептично гнет губы.

– Не думаю, что это реально, Лер. У нас мама, как ледокол, никакой лед и мерзлота не остановит эту женщину. У нее три ребенка, о чем я? – Макс передергивает плечами. – Ее не остановить.

– Я же не умею готовить, – еле слышно шепчу, оглядываясь зачем-то на входную дверь.

Как будто сейчас на пороге появится мама Макса.

– Ну вот так. Придется срочно учиться, – и ржет, скотина.

Округляю глаза.

– Нет уж, мы так не договаривались. Ты не предупредил, что мне надо будет готовить с твоей мамой.

Он разводит руками.

– Обстоятельства могут поменяться.

И просто сваливает, больше не сказав ни слова.

А я остаюсь наедине с этой всей информацией и только могу открывать рот от шока.

– Ну ладно, если муж не хочет решать по-хорошему проблему, то я сделаю это без него.

Набираю Машку и терпеливо жду.

– Слушаю, золовка, – хихикает, чем еще сильнее меня раззадоривает.

– Привет, подруга, – цежу сквозь зубы.

Машка сразу же перестает глупо хихикать.

– Что стряслось?

– Пришел твой братец и обрадовал меня тем, что сегодня ваши родители приходят к нам на ужин.

Подруга угукает.

– Ну я это знаю, потому что мы с Пашкой тоже будем.

– Отлично, об этом муженек как-то забыл упомянуть. Но это не самое критичное.

Подхожу к плите, и меня передергивает от одного вида этого кухонного монстра. Все мои познания в приготовлении сводятся к тому, чтобы поставить еду в микроволновку и разогреть.

И это не потому что я не хочу готовить. Я хотела, очень, и поплатилась за это ожогом, от которого на животе теперь некрасивые шрамы, напоминающие про неудачу.

С того момента мама не подпускала к плите, говорила, что она лучше сама наготовит, чем умрет от разрыва сердца, когда ей опять сообщат, что я загремела в ожоговый.

Сглатываю комок от досады. Кривые руки плюс везение – это убойная смесь. Иногда чувствую себя неполноценной, а исправить это никак не получается.

– Эй, ты что там, ревешь? – испуганный голос подруги.

А я уже забыла, что разговариваю с ней.

– Смотрю на плиту и понятия не имею, как я вообще перед твоей мамой буду готовить.

Машка цокает.

– Тоже мне проблема, закажи из рестика и скажи, что ты была слишком занята.

А я осознаю, что мне хочется произвести только приятное впечатление на так называемую свекровь.

– А если это ее настроит против меня?

Машка пыхтит. Задумывается.

– Ладно, когда она, говоришь, собралась к вам?

Бросаю взгляд на часы.

– Где-то минут через сорок.

– Заказывай еду из рестика и не волнуйся ни о чем. Я отвлеку маман, и мы приедем к вам на самый ужин.

Выдыхаю. Вот что бы я делала без такого помощника.

– Спасибо.

– Будешь должна, – хихикает подруга, – шучу, я на вашей стороне и сама хочу, чтобы Макс утер нос братцу.

– Да что там у вас за братец?

Наступает гробовая тишина на том конце.

– А Макс тебе не рассказывал ничего?

Внутри все покрывается льдом.

– Нет, а что там?

– Ну сегодня и понаблюдаешь. Пока-пока, целую тебя.

Глава 11

– Да все уже идеально, Лер, хватит трястись, – посмеивается Макс, когда я в тысячный раз поправляю скатерть на столе.

А мне кажется, что все еще что-то не так. Тянусь к вазе в центре, но мою руку перехватывают и разворачивают к себе лицом.

Макс выгибает бровь, и от улыбки в уголках его глаз появляются морщинки.

– Знаешь, я до сих пор в шоке, как вы с Машкой провернули фокус, что мама все же не пришла и не начала тут командовать как полководец. Эй-эй, ты что так пугаешься.

У меня лезут глаза из орбит после такой характеристики.

Макс фыркает.

– Блин, Лер, ты чего такая нежная-то? Нормальная у меня мама.

– Полководец? – обретаю голос и упираюсь ладонями в грудь, обтянутую красной футболкой.

– Это я так, немного преувеличил, – ухмыляется мой муженек, – слушай, – опускает глаза на мой рот, – мне кажется, нам надо порепетировать с поцелуями.

Пришибает меня предложением. Открываю рот от изумления и не сразу нахожу, чем ему ответить.

– Обойдешься, – прикладываю указательный палец к его губам и ощущаю, как по телу проходит дрожь.

Такие мягкие. Не свойственные парню.

Макс недовольно кривится.

– Попытаться стоило. Хотя что я тебя спрашиваю. – Он стискивает меня крепче, пока я пытаюсь с визгом освободиться из захвата. – Ну-ка быстро целуй мужа, – добавляет в голос угрозы.

А меня пробивает на смех.

– Блин, Макс, отпусти меня, – отпираюсь от него.

Нас прерывает стук в дверь. Мы застываем, обмениваясь взглядами.