Тина Дорофеева – Сводная не для меня (страница 23)

– А твой отец где?

– Они с мамой развелись давно.

– И вы перестали общаться?

– Так получилось, – опираюсь подбородком на руку и смотрю снизу вверх на замершую Снежану, – папа, он…, – стараюсь подобрать правильные слова, – в общем, он у меня творческий человек и у него были постоянные проблемы с работой. Мама сказала, что он не в состоянии прокормить даже таракана, не то, что дочь. Забрала меня, и мы переехали от отца.

В глазах Снежи мелькает сочувствие.

– Мне жаль. Так а что с мамой?

Она не перестает задавать вопросы, в то время, пока я принимаю мысль, что давно не хватало вот такого разговора по душам. И плевать, что нас не назвать подругами. Но сейчас я хочу побыть эгоисткой и просто поделиться своей болью.

– Мне нужно сегодня к врачу. И я хотела, чтобы она поехала со мной. Поддержала, поговорила с врачом.

– А она не смогла?

К горлу снова подкатывает комок, который говорит о том, что сейчас я снова разревусь как обиженный ребенок.

Открываю рот, чтобы ответить, но не могу. Глаза заволакивает влага, и последнее, что я замечаю, как Снежана закусывает губу, а потом притягивает меня к себе.

– Если тебе станет легче, то поплачь. В этом нет ничего зазорного.

– Она не захотела, Снеж, – выдавливаю с трудом слова и снова ощущаю, как слезы катятся по лицу, – я тебе сейчас блузку намочу.

– Да и пофиг. Уроки закончились, высохнет до завтра, – хмыкает одноклассница.

А меня резко отпускает. Обида словно вся вылетает из меня. Слезы высыхают.

– Давай вместе съездим к врачу, если ты одна боишься.

Моргаю несколько раз.

А вдруг мне это послышалось.

Но Снежана отодвигает меня и внимательно всматривается в лицо.

Щеки теплеют от её взгляда и я отвожу глаза.

– Да прям, что тебя ещё отрывать от дел.

– От каких? Не никаких дел. Могу и Бородина попросить, он довезет. У него вроде даже баллы накопиться успели, не успел растерять.

– Не надо Бородина, – мотаю головой.

Вот уж точно будет глупо, если ещё и Ярослав в это все ввяжется.

– Ника, – Снежана закатывает глаза, – предлагаю все что было в прошлом, там и оставить. Я, если честно, в последнее время вижу, как сильно ты изменилась. И я уверена, что ты никогда не была той мымрой, которой предстала в мои первые недели.

Не сдерживаю нервного смешка.

Снежа тоже улыбается.

– Мымра, значит?

– Ну-у-у-у-у, ты вела себя далеко не как ангел.

И я не могу с ней не согласиться. Потому что, да, когда я общалась с Викой, мне почему-то казалось, что мы лучше остальных.

Как-то отличаемся. А как только перестала общение с Викой, словно с глаз пелена спала и я увидела свое поведение со стороны.

– Ну так что, я зову Бородина? Обещаем быть тебе самой лучшей группой поддержки.

Глава 16

– Карета подана, – в форточку высовывается улыбающийся Яр, а я ощущаю только неловкость.

– Пойдем, не бойся, он не кусается, – Снежана подталкивает меня вперед и подмигивает.

– Ага, сегодня точно не кусаюсь.

Передняя дверь распахивается и я удивленно моргаю.

Снежана цыкает.

– Ну мог бы побыть культурным и открыть дверь.

– А, мы поместимся? – блею, глупо хлопая глазами.

Потому что машина Бородина настолько крохотная, что кажется и двоих-то с трудом вместит внутри.

А мне придется бежать следом.

– Конечно поместимся. Ты ж не слон из зоопарка, – продолжает язвить Бородин.

Кресло откидывается вперед и я с кряхтением заползаю назад.

– Да уж, эта машина абсолютно не приспособлена для обычных потребностей людей, – Снежана садится на пассажирское сидение и проезжает вперед, чтобы освободить мне место для коленок.

– Ну что делать? – Яр трогается и выруливает, – дареному коню в зубы не смотрят, – Куда едем?

– Больница областная, на Глинки которая.

– Ага, знаем, знаем. Больничка для местных шишек. Ну что ж, вперед с ветерком.

– Вот давай только без твоего ветерка, Яр.

Снежана вжимается в кресло и тянется за ремнем безопасности.

Яр начинает громко хохотать.

– Снежинка, мне кажется, сейчас Ника от страха на ходу из машины начнет выпрыгивать.

– Так ты не бей себя в грудь. Гонщик-угонщик.

Бурчит Снежа. Я же молча слежу за их перепалкой и в этот момент в груди впивается укол зависти.

Тоже хочу, чтобы обо мне кто-то переживал и заботиться. Прикусываю щеку, чтобы не скатиться в пропасть состоящую из жалости к себе любимой.

– Снежинка, ну серьезно. Для чего мне такая тачка, если на ней нельзя даже на газ в пол давануть? Зря, что ли, отец мне её дарил.

Снежана складывает руки на груди, пронзает Яра невидимым мне взглядом, который заставляет его заткнуться.

Я даже моргаю от того, что не верю, что на Бородина можно воздействовать вот так. Одним взглядом.

Он всегда был взрывным.

И куда это делось?

– Яр, – рискую прервать это сцену и ловлю на себе вопросительный взгляд в зеркале.

Ерзаю на сидении.

Откашливаюсь. Кошусь на Снежану, но она словно и не замечает, что я сейчас собираюсь разговаривать с её парнем.

И даже стыдно становится, что когда-то я на этого парня претендовала.

– Ты на меня ещё злишься? – мне сложно спрашивать об этом.