Тина Чайка – С любовью…из Сеула (страница 8)

Сказать, что она была в шоке, ничего не сказать. Забеременеть от «сексуальных ушек», после одной бурной ночи. Жизнь её к этому не готовила. Получив на руки кучу направлений, Лия стояла на улице и не знала, что делать.

На календаре был конец января, а снег Москва так и не видела. Накинув капюшон, Лия шла по улице. На работу в таком состоянии идти не хотелось, слишком много мыслей вертелось в голове. Арбат. Главная улица города, еще не отошла от празднования Нового года. Всюду мигали гирлянды, витрины пестрели новогодней атрибутикой, прохожих, снующих туда-сюда, переполняло праздничное настроение. Но Лие было всё равно. Как вообще такое могло случиться, как и что ей делать с этим? Ни обещаний, ни слов любви они друг другу не дарили. Просто встреча, просто секс. «Да кого я обманываю!» – размышляла Лия. «Ну, какой просто секс. Стала бы я так переживать из просто секса!». Ведь несмотря на свое бегство в то утро, она продолжала думать про Джи Вона. Лия так увлеклась мыслительным процессом, что на ходу врезалась в большое и каменное.

– Осторожнее, – услышала она. А подняв глаза, увидел перед собой… Михаила. – Здрасти! – только и смогла она сказать.

– О, огонёк. Какая встреча! И снова в Москве!

– Смешно. А то ты не знал, что я тут живу.

Михаил всегда знал, что все беды от женщин, горький жизненный опыт помог. Вот и сейчас перед ним стояла представительница бедовая. Только присмотревшись к девушке, мужчина заметил, что огонёк не горит, не сверкает. Другая стала.

– Предлагаю выпить кофе.

– Я....!

– Если я предлагаю, это означает, что ты идешь вместе со мной.

Когда они зашли в кофейню, там было не многолюдно. Но стоявший, в заведении терпкий запах кофе, снова сыграл с девушкой злую шутку. И не успев опомниться, она уже бежала в сторону дамской комнаты. Ополоснув лицо холодной водой, Лия посмотрела на своё отражение в зеркале. Серо-зеленое лицо, на фоне рыжих волос смотрелось слишком странно. Михаил, вот его она не ожидала увидеть. Интересно, Джи Вон тоже с ним?

Войдя в зал, Лия увидела, что Михаил занял столик в углу, как раз где работал кондиционер.

– Итак, огонёк, давай рассказывай, что случилось? Что это за побеги, и почему глаза на мокром месте?

Гормоны, как потом вспоминала Лия, только они могли сотворить такое.

– Он уехал, понимаешь! А я здесь, понимаешь. Да, провели время вместе, да я сбежала. Ты понимаешь, он весь такой в костюме, деловой, с ушками, и я. Он олигарх? Или как у них там богатые называются? Частный дом, телохранитель.

– Не средний класс, – ответил Михаил. – Нормальный он. Папа дипломат, мама бережет семейный очаг, ну и он строит карьеру.

– Вот и я говорю, я для него ниже среднего, – откуда вообще у Лии в тот момент были такие мысли, трудно сказать. Но поток мыслей уже было не остановить. – Я просто HR–менеджер в крупной компании, у меня сын и бывший муж. У него и папа и мама, чёрт, еще и беременность эта! – Лия промокнула глаза салфеткой и замерла. – Ой, – от своих же слов.

– Стоп, огонёк, погоди! Ты что беременна?

– Да! – девушка посмотрела на мужчину. И как камень с души. Настолько стало хорошо, свободно. Но и Михаил такого от неё не ожидал. – Но ничего, была сказка, да кончилась. Куда нам простым до поднебесной.

– То есть ты не в курсе, кто он и чем занимается?

– А как? С переводчиком в телефоне? Знаешь-ли не очень удобно. Да и времени на такие вопросы не было.

– Дай телефон!

– Зачем?

– Так, ещё раз. Я говорю, ты делаешь. Переводчик им не такой, – пробурчал себе под нос Михаил. – Вот, читай! А потом решать будем, – Лия так и замерла с телефоном в руке. «Джи Вон, айдол, восходящая звезда Сеула. Благодаря упорству и колоссальной работе, всего за несколько лет, молодой айдол добился таких высот». Лия сидела, тихо–тихо, и смотрела на телефон.

– Со средним классом я как-то промахнулась. Видимо.

Подошедшего к их столику официанта, Михаил развернул назад, попросив заменить кофе на ромашковый чай.

– Понимаешь, в вашу первую встречу, в Питере, он и представить не мог, что здесь его не узнают, в отличие от Сеула. Ведь у себя на родине ему прохода не давали. А здесь, прошли девушки и никакой реакции. А потом ты со своими «сексуальными ушками». И ты ведь не айдолу это сказала, а просто мужчине.

– Вот это меня занесло! – Лия схватилась за голову. – Такого приключения у меня не было. Да ещё с продолжением.

– Поверь, сам в шоке. А Джи Вон такой сентиментальный, когда узнает.

– Стоп! Теперь слушаешь ты, а говорю я. О том, что я жду ребёнка, Джи Вон не узнает никогда. Это останется моей тайной, и теперь твоей. У нас разные не только статусы, но и миры. Из того, что я успела прочитать, у Джи Вона сейчас самый разгар карьеры, и мои проблемы сейчас должны волновать его меньше всего. Поэтому, давай так. Если он когда-нибудь упомянет меня, моя жизнь для тебя закрыта.

– То есть, ты предлагаешь мне, врать своему клиенту и другу?

– Называй это как хочешь.

– Лия, огонёк, – быстро пересев, Михаил прижал к себе девушку, – ты мне дай знать, когда всё произойдет!

– Обязательно.

10

Семья. Для любого уважающего корейца, семья оставалась на первом месте, и не важно кто ты, пекарь или айдол.

Так и Джи Вон любил и уважал свою семью, прислушивался к советам родителей. Правда, не всегда. О его желании выйти на сцену, он узнали первые, точнее мама:

– Ты же понимаешь, сынок, что твой отец слишком старомоден. И все новомодные увлечения он не понимает, – рассуждала Исеул Вон. – Так что давай я приготовлю любимую папину курицу с рисом, а там все обсудим. И каждый раз, возвращаясь домой, Джи Вон благодарил свою семью, за то, что не бросили его в трудную минуту. Мама начинала хлопотать на кухне, так хотелось побаловать любимого сына, отце напротив – был сдержан и молчалив. Как и говорила мама, как только будущий айдол решил бросить учёбу, папа не разговаривал с ним около недели.

Вот и сегодня, приехав в гости после гастрольного тура, получив порцию жарких объятий от мамы, родители вызвали его на разговор:

– Джи Вон, мы понимаем как ты занят, – начала мама. – Но и ты нас пойми, мы тоже не молодеем.

– О чем вы?

– Все твои сверстники имеют приличную, постоянную работу, завели семьи. Пришло и твоё время.

Джи Вон терпеть не мог таких разговоров. Они в семье проходили с периодичностью, но глядя на родителей сегодня, он понял, что настроены они очень серьезно. Да и о каких отношениях могла быть речь, когда, там, далеко в заснеженной Москве, осталась та, кому он отдал частичку души.

– Пока ты мотался по миру, мы с провели согэтхим, – продолжил отец. – Конечно, семь Ким, очень настороженно отнеслась к твоим увлечениям. Но наше положение в обществе, и моё слово, что основное время ты, как наследник будешь посвящать развитию общего дела, немного смягчили их.

– Меня вы, конечно, спросить забыли!

– Замолчи! – неожиданно осекла его мама. – Мы уже всё решили. Свадьба через три месяца. Так что, можешь согласовывать свои графики туров и концертов.

– А невеста? Она вообще в курсе, что будущий муж, Джи Вон?

– Ты знаешь, как мы чтим семейные традиции, впрочем, как и семья Ким. Мы рассказали родителям невесты о твоих увлечениях, но Харин ничего не говорили пока.

– Так её зовут Харин. Прекрасно.

– Давай без твоего паясничества.

– Да без проблем. Прошу меня извинить, – встав с кресла и поклонившись родителям, Джи Вон добавил:

– Я ценю вашу заботу о моём будущем. Прекрасное решение. Удачной подготовки к мероприятию, на этом у меня все.

Всю дорогу Михаил наблюдал за Джи Воном, уж слишком он был молчалив и угрюм.

– Поправь, если лезу не в свое дело. Просто ты приехал в хорошем настроение, а тут раз, и все, сидишь, молчишь. Что–то случилось?

– А что говорить, Михаил. Честно говоря, положение мое тупиковое, и выход найти вряд ли смогу. Родители, пока я был на гастролях, договорились о моей свадьбе. Даже согэтхин провели. И как мне быть? Без чувств и эмоций, когда человека вообще не знаешь. И как быть с душой, где обитает мой огонёк?

Михаил был всегда помочь другу. Но в этой ситуации, его роль больше походила на роль судьи. С одной стороны, девочка Лия, яркая и безумная, но имеющая секреты, которые он никак не мог выдать. С другой стороны, молодой мужчина, живущий с долей ответственности перед родителями.

За рулем такие вопросы не решаются. Остановившись возле парка, Михаил предложил Джи Вону прогуляться. Независимо от материка, страны или города, в каждом можно было найти такой оазис. Место, где принимались важные решения, место, где была возможность подумать вдалеке от городской суеты. Такое место было здесь. И несмотря на то, что Сеул – это мегаполис, с сотнями небоскребов, огромным потоком людей. Именно сюда приходили люди, чтобы принять важные решения.

– Ситуация у тебя не позавидуешь! – начал Михаил. – И здесь, вряд–ли я могу дать правильный совет. Угораздило же вас встретиться, – пробубнил Михаил на русском. – Решать только тебе.

– Знаю. Но мне было важно и твоё мнение. У меня будет к тебе одна просьба. Ты же бываешь в России. Так вот, присмотри за Лией. Просто со стороны, чтобы у нее все было хорошо.

«Штирлиц отдыхает!» – подумал про себя Михаил. Эти двое решили свести его с ума. Не иначе.

Первый триместр беременности, Лия страдала от токсикоза. За пару месяцев она потеряла несколько килограмм, ходила вечно серо-зеленая, каждый запах вызывал приступ рвоты. Именно такую её и увидел Громов, когда вернулся после очередной командировки. Пашка знал, что расспрашивать о том, кто это был, как так произошло, было просто бесполезно. На каждую попытку, у неё был один ответ: