Тимур Свиридов – Миры Непримиримых III - Ледяной Простор (страница 4)

Черт, что за существа! – снова подумал он, с трудом перебарывая омерзение.

Гонклард тем временем сделал странное движение – его внешние, крупные руки соединились внизу, у паха, а маленькие внутренние руки сходно сложились наверху под подбородком, создавая как бы ручное "кольцо".

– Запри дверь, – приказал ему Дар, – и выключи любую аппаратуру, следящую за твоей комнатой.

– Атлон! – произнесло огромное насекомое в золотой одежде, или кто это был.

Его быстрые маленькие руки и замедленные большие пропорхнули по "столу". Дар нахмурившись, попытался понять что именно тот сделал, но не заметил ни клавиатуры, ни тумблеров, блистеров, пинктонов или переключателей. Даже просто лампочек тут не было. Серо-голубой кристалл погас.

– Ау-А-да? – вдруг певуче промолвил тощий инопланетянин, его глаза из печальных стали лучистыми. – А-да ан стан!

"Ты – Грибник?" – с напряжением в темени пришло понимание нового языка. – "Ты конечно грибник!"

– Что? – удивился Дар. Но тут же повернулся к золотомундирному. – Ты запрешь люк и не будешь отвечать на вызовы без меня!

– Эти идиоты взяли рабом Грибника! – какое-то волнообразное пиликание раздалось в воздухе, и Дар понял что это смех тощего. – Ты должен слушать меня. Я расскажу что нам делать. Мы должны срочно выпустить…

– Я никого не слушаю! – отрезал Дар, поворачиваясь к тощему. – Я приказал этому золотому, – он коротко кивнул на застывшего гонкларда, – чтобы он прихватил тебя, надеясь что ты хотя бы немного знаешь ситуацию. Теперь слушай ты: мы должны захватить этот звездолет!

– Да! – тихо сказал тощий, – да! Я знаю что надо делать. Но этого недостаточно! – он картинно коснулся кистью лица и Дар поразился длине фаланг его пальцев. Чуть позже заметил, что этих фаланг у него на одну больше на каждом пальце. Дар нахмурился и стал проверять свои конечности – не ошибся ли? Нет, все было правильно.

– Ты кто? – перебил его Дар.

Тощий на мгновение замер, словно проглатывая его слова. После без запинки выдал:

– Меня зовут Меелгинн, я из расы моголонов. Тебе еще не встречались моголоны, не так ли?

Странно было слушать этот язык – по сравнению что с языком гонлардов, что тангров – казалось он состоял из одних мягких гласных звуков. Куда делись все эти щелкания, шипения, скрипы и рык?

– Ты из Сопротивления?

– Ты и это можешь видеть?

– Давай договоримся, – прищурился Дар. – У нас очень мало времени и очень большие задачи впереди. Если нет ничего особо важного, ты молчишь. Когда задают вопрос отвечаешь коротко. Хорошо?

– Чудесный Грибник! – своим мелодичным голосом почти пропел моголон. – Сам по себе и с натуральной планеты!

– Короче! Я тут с моими воинами, и я уже сказал, что собираюсь захватить этот звездолет. Ты в состоянии помочь?

– И что потом? – с детским любопытством в глазах спросил Меелгинн.

– Я рассчитываю добраться на этой колымаге до Сопротивления, а там придумаем, что потом.

– Поэтому я и сказал сразу – мы должны выпустить Д-Цэна, – и, не давая Дару снова перебить его, заторопился: – Это дэхр из высокой ветви Сопротивления, он очень информативен, и он знает этот тип кораблей как никто-либо.

– Никто-либо? – повторил Дар, чувствуя что ему сложно понять этот словесный оборот.

– Совершенно никто-либо! – закивал головой Меелгинн и было приятно видеть, хоть кто-то кивает так же как это принято в земном Содружестве. – И даже больше! Он знает ветви Сопротивления, и сможет привести захваченную "Речную Змею" на Ньепу!

– "Речная Змея" – это название звездолета? – уточнил Дар. – А что такое Ньепа?

– Первая из внешних планет главной Ветви Сопротивления. Но и это не все, – Меелгинн умел говорить с совершенно потрясающей скоростью. – только он сможет изменить генетические установки шарки корабля для этого полета!

– Ну, положим не только он, – наконец-то вставил веское слово Дар, расправляя плечи. – Но все что ты рассказываешь, интересно.

– Вот, – сказал моголон.

В его тоне одновременно прозвучали утверждение и вопрос.

Любопытный у них, моголонов, язык однако.

Гонклард так и стоял недвижно рядом, разглядывая невидимую точку в столе. Но Дар ни черта не доверял этим неподвижным фасеточным глазам, и внимательно присматривал за ним. Одновременно, при разговоре с тощим моголоном, он каким-то другим пластом своего сознания продолжал осматриваться в "зрении травы". Огонек воли гонкларда был охвачен зеленым ореолом и почти полностью приглушен. Внутри же моголона, в отличие от тангров, он не заметил следов цнбр. Его золотистые огоньки были чисты и ярки. Если верить утверждениям шарки "Карасса" что Сопротивление ориентировано на использование цнбр, это длинное болтливое существо перед ним – не было из Сопротивления. В таком случае и его словам нельзя было доверять полностью.

– Меелгинн, – сказал он, глядя тому прямо в глаза. – Ты не из Сопротивления!

Тот глянул на себя вниз, словно осматривая свою одежду, после поднял улыбающееся вытянутое лицо.

– Грибник видит меня насквозь!

– Как я могу тебе…

– Я не из Сопротивления, точно. Но я из сочувствующих. Трабдрагх, потому меня и загребли эти, – он кивнул на застывшего золотомундирного. – Но сейчас лучше не тормозись на этом, иначе нас быстро скормят Дыре. Открой свой ум. Придумай как привести сюда дэхра Д-Цэна!

– Ты слышал? – повернулся Дар к гонкларду. – Вели доставить Д-Цэна!

– Доставить Д-Цэна! – эхом отозвался тот. Его палец тронул воздух над поверхностью стола. Темный кристалл в центре осветился мутным голубым свечением, и он, уже громче, рявкнул: – Доставить Д-Цэна!

Откуда-то с другой стороны этого кристалла, из глубины нутра звездолета раздались быстрые далекие выкрики:

– Служба семнадцатого уровня, пжуги правой стороны, рабы ноль-тринадцатой зоны, дэхры. Заключенный Д-Цэн срочно к начальнику верхней палаты двеннадцатого слоя Шэ-лэн-дэру. – И тут же, более близкий голос сказал – четко, словно стоял рядом: – Раба Д-Цэна приведут на допрос через четыре шнуха. Атлан!

– Атлан! – лениво ответил золотомундирный и отключил кристалл, вновь ввинтив палец в воздух над столом.

Дар с интересом глядел на эти манипуляции пальцами – похоже пространство над поверхностью стола, прозрачный воздух, был запрограммированно разделен на участки разной информативной нагрузки. Гонклард фактически управлял кристаллом через касание воздуха.

– Отлично, – тонко улыбнулся моголон. – Осталось придумать, как мы втроем захватим звездолет набитый вооруженными гонклардами. Ты конечно Грибник, тебе проще, но…

– Кто сказал втроем? – косо усмехнулся Дар, чувствуя как внутри него перекатилась покуда сдерживаемая ярость. – Тут семьдесят четыре моих верных воина…

– Рор-тангры? – деловито спросил Меелгинн.

– Реальные отаруги! – Дар снова оскалился. – И они не любят когда с ними так обращаются, поверь мне. Жаль у них отобрали шиташи, но я тут рядом заметил оружейную. Думаю, я найду им другое оружие.

– Все равно ничтожно мало, – скривилось длинное лицо Меелгинна. – Вас толком на один-то уровень не хватит, а в "Речной Змее" десятнадцать уровней.

– Десятнадцать? – не понял Дар.

– Пол-сорокета, – отрезал моголон и отвернулся, оставив Дара путаться в чужой арифметике.

Что-то резко щелкнуло, после зынькнуло и протяжно зашипело в воздухе.

– Старший начальник верхней палаты охраны двеннадцатого слоя Шэ-лэн-дэр! – рявкнул гонклард, неожиданно оживая и начиная функционировать.

Моголон отпрянул, в его остром взгляде на гонкларда мелькнул ужас. И снова Дар поразился, что совершенно подконтрольный золотомундирник как на автомате исполняет процедуры своей службы. Видимо за эту часть его поведения отвечал не разум, а некий иной орган, типа спинного мозга или грудного копчика… Так бывает, разрубишь змею, а обе части долго шевелятся – в какой половине у нее ум?

– Запрошенный раб с девятнадцатого уровня дэхр Д-Цэн приведен на допрос. Атлан!

– Атлан! – гаркнул золотомундирник, касаясь толстым пальцем воздуха над столом.

Люк почти беззвучно съехал вбок.

Дар и Меелгинн едва успели юркнуть за стену, чтобы их не заметили вытянувшиеся снаружи часовые.

Приведенный оказался невысоким крепышом с таким телом, что Дар затруднился бы сказать – это кость или кожа. Ростом он едва доходил среднему тангру до груди, а голова в ширину была едва ли больше чем высоту. Однако два мрачно блеснувших глаза сообщили об уме и осторожности этого существа. Едва удостоив взгляда тангра и моголона, он косо посмотрел на возвышавшегося у стола гонкларда.

– Зря надеешься, – тут же зачастил Меелгинн. – Говорить надо не с ним. Он на крючке. У нас тут – смотри – натуральный Грибник нашелся. Мы тебя и вызвали.

Глаза дэхра широко открылись, но тут же снова превратились в щелки.

– Мне сказали что тебя зовут Т-Цэн, и ты можешь помочь увести это звездолет! – отодвинул в сторону болтливого моголона Дар. – Это так?

– Ты правда Грибник? – спросил дэхр, сбрасывая свою отрешенность и удивленно поднимая руку.

Глядя на него, Дар невольно пожалел его. Такое впечатление, что дэхров природа обделила всем, дав им меньше. Недостаток роста был еще полбедой. На руке у него было на один палец меньше, а в открывшемся рту видны были только по три зуба на каждой челюсти – зато сантиметров семи в ширину…

– Впервые услышал это слово здесь, – сказал Дар. – На Рортанге это называется махо – тангр травы!