Тимур Свиридов – Миры Непримиримых III - Ледяной Простор (страница 35)
И, наконец, тожествующий вопль пронесся над тесным полем битвы. Тотай вскочил, продолжая контролировать течение схватки. И не смог сдержать улыбки – этот вопль принадлежал б'рванцу!
Все медленно поднялись, еще разгоряченные яростью боя, еще неспособные погасить горячие молнии в глазах. Как немного их осталось – бойцов его отобранной группы. Тору губами считал фигуры – восемнадцать сизокостных и семь родных б'рванцев. Вместе с ним – двадцать шесть живых из сорока…
– Что дальше? – подошел здоровенный рудван сизой кости.
Его ноздри раздувались, и глаза смотрели куда-то в сторону. Он дышал так глубоко и громко, словно был дромом после долгой скачки. Отбив его цнбр сейчас чувствовался особенно отчетливо – чужой, кисло-горклый, чуть сухой и травянистый привкус в воздухе.
Тотай прекрасно понимал его чувствал, казалось он даже мог смотреть его глазами вокруг – втрое больше бойцов сизой кости лежали, изуродованные и истекающие алой кровью, на железном полу. Втрое больше, чем поверженных желтокостных б'рванцев. Но тут уж ничего не поделаешь. Сперва стань элитаром сводного отряда, а уж потом будешь распоряжаться, кому куда бежать, и кому первому подставлять грудь под вражий выстрел!
Бухание ударов в стальную дверь казармы стало особенно отчетливым. Оттуда слабо доносилась и "песнь смерти" – вопли готовящихся к бою гонклардов.
– Перестраиваемся! – презрительно гаркнул Тору. – Выставляй полукругом своих перед люком казармы, тех у кого каддруламы. Бить только по ногам и рукам. И не дай, великое небо, вам промахнуться!
– Сделаем! – рявкнул сизокостный рудван, все также глядя в сторону.
– А ну посмотри на меня! – разозлился вдруг Тотай. – Вы не мальчишки здесь, и каждый уже обречен на неминуемую смерть. Мы, отаруги с Рортанга, смогли поднять восстание и освободить всех вас! Показывай уважение!
Сизый тангр наклонил упрямую головую, глядя в глаза, проглатывая свое недовольство, и свою ненависть, и все свои проклятые чувства. Но Тотаю было это безразлично. Сколько таких вот упрямцев он увязывал в рабские баржи… скольких передал гоклардам – и не сосчитать.
Сизые покорно встали перед люком казармы – но на этих бойцов можно было залюбоваться. Все как один рослые красавцы, с мощными мускулами рук и ног, с переполненными тангрописью знаками удач на латнирах, с решимостью в лицах и огнем в глазах. Молодцы… почти как настоящие б'рванцы!
…На четвертом уровне все было неожиданно и скверно. Атакующая семерка уже привычным маневром ушла из-под лучей страж-стрелков, а вторая группа, двигая стальной щит, отвлекла прикованных гонклардов, третья, маскирующаяся семерка зашла к врагам с тыла и неожиданным броском обездвижила их. Этот маневр Тотай лично придумал и обкатал на уровнях выше. Следом шла отработанная связка захвата казарм. Наиболее активные гонкларды, первыми выскакивающие из люка, оказывались в одиночестве перед запертой дверью, и лишались ног и большних рук в бою с десятью носителями каддруламов. Малые продручия решено было им оставлять, особой опасности они не представляли. Затем четырехруких выпускали по одному и все становилось куда более управляемым.
Однако в этот раз события пошли не так.
В казарме было совершенно тихо, будто она пуста. После того, как первый отаруг, кивнув присевшим носителям каддруламов, отжал кнопку запора и щелкнул скрытый замок, массивный люк буквально вынесло могучим ударом изнутри. Громоздкие четырехрукие повели себя совершенно нестандартно. Фактически, тангры не смогли достаточно быстро отреагировать и это стоило жизни сразу трем из них. В открытую дверь вышел не один, как было раньше. Выпрыгнуло сразу двое, четкой сложившейся парой, оба с зажатыми в руках какими-то длинными выломками труб. Один из них был в верхней стойке, две ноги четыре руки, а другой в низовой, на шести ногах. Самое плохое – Тотай был уже совершенно уверен в малой опасности этой части захвата уровня, и именно тут поставил своих братьев-б'рванцев, выслав сизокостных тангров против вооруженных страж-стрелков…
Отаруги все же были опытными воинами, успели зацепить ногу верхнему нападающему, срезав ее наполовину. Но парный удар это все же парный… Нижний сбил сразу двоих, вырвав из руки одного каддрулам, и отвлекая на себя внимание основной группы бойцов. Его искривленный рот продолжал издавать мерзкую "песнь смерти", а стальной копье-топор очерчивал взмахами сверкающий круг смерти рядом с собой. Отаруги взревели, бросившись на него и как-то выпустили из внимания второго, да и вообще всю ситуацию. Первый гонклард, уже одноногий, как-то докатился до полегшей еще в начале ударной групп и… вырвал из руки мертвого бойца заветный га-чейжи. Дальше пошло куда хуже. Россыпь ярко-красных лучей хоть и не успела убить много тангров, однако позволила прикрыть люк и еще три двойки гонклардов выпрыгнули в тамбур, добавляя к общему гвалту свой мерзкий вибрирующий крик…
Становилось жарко!
Родные б'рванцы уже разделались с крутившимся гонклардом, правда, оставив на полу два бездыханных тела и Тотай-Тору боялся посмотреть какого цвета у тех кость. Боевые крики тангров перекрыли "песнь смерти" гонклардов, и люк все же удалось закрыть, ценой жизни еще двух отаругов. Но теперь преимущества было не так много. Пятеро живых и израненных гонклардов рассыпались по тамбуру и вооружаясь. Они и не думали прятаться, совершенно безумные создания. Многорукие, они одновременно держали по два каддрулама, а в добавок и га-чейжи в подручиях.
Шипя проклятия, Тотай выкрикнул приказ, и вторая захватная семерка подняла свой поплавленный щит. Они быстро двигались, отжимая цокающих, орущих и высоко прыгающих четырехруких в сторону от люка казармы. В ответ был открыт верный огонь, правда, принесший мало ущерба тем, кто был укрыт за стальной плитой. Поднялся совершенно невозможный крик и гвалт, и слова команд уже никто не разбирал. Бегущие, прыгающие, катящиеся тела, запах паленой кости и мяса, звон сшибающихся каддруламов, цокание заостренных ног гонклардов по шумному полу, визги от тонких просверков жгучих красных лучей…
Только четырнадцать бойцов поднялись целые, когда с гонклардами было покончено. Только восемь из них были родного, пятнисто-желтого цвета. Сердце бухало в груди, норовя выпрыгнуть наружу, когда Тотай разжимал пальцы, выпуская каддрулам из левой, а огненный тронк из правой. Все четыре двойки гонклардов лежали бездыханные, их могучие тела были множественно истыканы кто черными ровными отверстиями с обуглеными краями, кто ровными срезами наточенной стали. И Тору было совершенно наплевать что скажет на это верховный камнекожий. Если не нравится – пусть сам идет сюда и разбирается с этими сумасшедшими существами.
Поворотившись, он увидел мельком скользнувший по нему взгляд третьего рудвана сизокостных. Презрения не было в нем – только какое-то тягучее удовлетворение. Да уж, сизому можно было радоваться – не только его травы воины были перемолоты в этом неожиданном бою…
Он поворотился к люку казарм с перекошенным лицом:
– Стальной щит поставьте в двух шагах от двери! И отстреливайте голову любому, кто снова задумает прыгнуть…
Глава 8 – Высокое Собрание
После прибытия Нокотугана, всех неожиданно провели в совершенно другое место. Похоже, именно здесь и было помещение Высокого Собрания – затемнененное, с пучками неяркого света, падающего сверху. Оно было будто странная помесь официальных залов бюрократических структур человеческой цивилизации, только без огромных металлических столов, и клановых советов Рортанга, но без тронов по стенам. Окон не видно, да и зачем они с такой атмосферой.. Приглушенный свет исходил от кроги, собраных на потолке небольшими группами.
Хозяева Ньепы уже были здесь, они приветствовали гостей ленивыми взмахами рук. Теперь их было куда больше – тех, кто по должности обязан быть в курсе всего происходящего, кто пришел посмотреть на восставших тангров, прибывших из другой части галактики .Руководители Ньепы стояли в странных, чуть откинутых позах – десятка три расслабленных существ различной природы, с уверенными лицами и настороженными глазами. Дар с удивлением заметил среди них Безыменного, похоже он уже вернулся к своему нормальному положению. Весь вид руководства Ньепы рождал впечатление мягкой, неторопливой, благодушной мирной жизни. Эти функционеры давно забыли, что такое подготовка к войне или внезапная схватка с врагом… И это те, кто борется с реццами?
Вокруг их тел переливались необычные полупрозрачные нимбы, приковывающие взгляд. Лица были видны хорошо, видимо кроги на потолке были составлены так, чтобы освещать именно эти места.
Были видны кожистые моголоны, твердотелые дэхры, длинноспиные безымянные, было несколько странных существ, чья поверхность, казалось, состояла из одних висячих бородавок.
Тангров среди встречавших было большинство, едва ли не две трети. Дар чуял их отбив – у всех одинаковый, и – какой-то… родной? Он вдруг понял, что все принадлежат к тому же корню, что и он сам – к цнбр Древних. Он ловил их удивленные и подбадривающие взгляды, это было как если бы он вернулся в родной клан. Чувство родства, единой связи было неразрывным, хотя он тут не знал совершенно никого! Странное раздвоение восприятия….