Тимур Свиридов – Агент Омега-корпуса (сборник) (страница 66)

— Мне кажется, — продолжил Вирист, — что, используя нас, Аркл ведет куда более сложную игру. После вашего рассказа, после того, что случилось с каждым из нас, после всех этих странностей я хочу спросить: так ли вы уверены в правильности своих действий? Аркл все время устраивал нам подстановки: сначала свел вас троих у Длора, после ввязал в дело рэбберов, затем выдернул «Старкад» с трассы раньше времени. Уирдам зачем-то необходимо, чтобы люди боролись с людьми.

— Одна ошибка, Вирист, — поправил его Илья. — Уирды как раз стремятся, чтобы такой борьбы не было. Мы должны отрезать Мастеров от их воинства, на этом дело заканчивается.

— Это вы так думаете. А если, убрав с вашей помощью верхушку рэбберов, уирды займут место Мастеров? Ведь они способны создать куда более мощного Демиурга.

— Они могли бы создать его намного раньше, — перебил Вириста Крис. — Для уирдов это не проблема. Они первыми разгадали и освоили необычные качества редлита.

— Уирды не воины, — добавил тихим голосом Хеликс, — вы все время ошибаетесь. Им не нужна война. Им нужны другие люди.

— Еще лучше! — отозвался Вирист. — Они будут изменять людей.

— Запомните: редлит нужен, чтобы проявить в человеке индивидуальность огня, — голос Йоронга окреп, — потому-то им сначала и понравились блоссисты. У Блосса есть такой афоризм: «Индивидуальность человека — это скорее индивидуальность огня, чем индивидуальность камня». Помните? Блосс попал в точку.

Илья в который раз задумался над словами Хеликса и Блосса. Каким образом собираются помогать уирды людям? Если предположить, что Майя — планета со сверхразвитой цивилизацией, то как бы стали вести себя ее обитатели? Человек привык представлять себе контакт с далеко ушедшими вперед собратьями по разуму как обмен дружественными делегациями, как фонтан открытий и изобретений, что изобильно прольется на Содружество.

Но так ли это будет на самом деле? Захотят ли сверхразвитые делиться своими достижениями? И техническими ли достижениями они станут делиться? Вполне вероятно, что уровень развития людей в целом покажется им удручающе низким. Конечно, человек поставил себе на службу многие законы природы, сумел преодолеть космические расстояния, заселить многие прежде непригодные для жизни планеты. Но в этом ли смысл развития и эволюции? С начала времен общественные структуры претерпевали различные изменения, но человек зачастую оставался все тем же, что и прежде. Скорость наших реакций та же, что и миллионы лет назад, способность усваивать новое не отличается от способности предков. Конечно, мы стали неимоверно умнее, информированнее, но что дальше? Наш ум зачастую — способность запоминать множество разнообразных фактов… Если вспомнить диалектику, то ситуацию можно уподобить периоду накопления количества, которое должно претерпеть качественный скачок..

Не об этом ли говорит фраза Блосса? Индивидуальность огня — что это может значить в таком контексте?

— В любом случае, — прервал его мысли холодный голос Криса, — мы начинаем борьбу против Мастеров. Какие выгоды при этом извлекут уирды, будет решать эскадра адмирала Ашора. Думаю, там найдутся ксенологи.

— Хорошо, — сдался Вирист, — будем считать, что вопрос с Арклом исчерпан. Когда выступаем?

— Вам пока не мешало бы попрактиковаться с редлитом, — сказал Моросанов, сверился с хронометром и добавил:-А нам пора. Приближается час Парада. Крис, Хеликс, вы готовы?

Вид сверху открывался просто великолепный.

Так высоко Корбодан еще ни разу не поднимался.

Комбинезоны и короткие шлемы воинов отчетливо выделялись на поле. Несколько боевых машин сверкали стальными перепонками.

Внизу воздух плавился от жары, но здесь она не ощущалась — козырек надежно защищал от палящих лучей Шичи, оставляя свободу ветерку.

Немного портил картину раскинувшийся неподалеку призрачный город проклятого Аркла. Он начинался сразу за последними рядами рэбберов — дымчатый, голубоватосерый. Снова он был полон разрушенных зданий и поверженных обгоревших звездолетов. Тут и там поднимался к душному небу черный дым, кое-где сверкали языки пламени. Солдаты, уже привыкшие к подобным зрелищам, не реагировали на мираж, хотя сегодня он, пожалуй, был особенно реалистичным. Корбодан задержал взгляд на искореженных обломках огромного центрального здания, в котором без труда угадывался Дворец Великого Демиурга. Нет, Аркл — сущий простак. Ведь остальных зданий нет и в помине. На кого же подействует такая картинка, насквозь лживая? Такими безделками рэбберов не запугать!

Час Парада — ежемесячная торжественная церемония — неизменно рождал трепетное чувство в груди Корбодана.

Впервые находясь в группе подмастеров, он горделиво смотрел перед собой на ряды идеально построенных рэбберов, упиваясь своей возросшей властью над ними. Еще немного, и эти люди покажут Галактике свою удивительную выдержку и стойкость.

Рядом с еле заметной ухмылкой стоял Страз, быстро переводя глаза с одной фигуры на другую. За ним Корбодан увидел напыщенного Хорхе.

— Конечно, — донеслась до них речь Третьего Мастера, — еще достаточно у нас противников на центральных планетах и, я не боюсь говорить об этом, даже на самом Додарбе. Но то, чему мы посвятили свои жизни, великое новое сознание, неумолимо пробивает себе дорогу. Едва ли найдется человек, который скажет: нет ничего нового в этом старом мире, все идет по-прежнему, и нет никакого Великого Демиурга. Едва ли найдется сегодня тот, кто не заметил манящих зарниц грядущего, не заметил, как начинает судорожно лихорадить весь космос от закладки фундамента великой новой стройки.

Легкий ветерок трепал бахрому волос вокруг тонзур Мастеров, солнце плясало в звездах на их мундирах. Они осанисто держались на возвышении перед стройными рядами. Заглядение! Корбодан чуть не задохнулся от восторга, глядя на это чудесное зрелище. Как удачно случилось, что он сразу понял, на кого надо ставить, и пошел за Четвертым. Теперь, когда предсказания Блосса стали сбываться, когда бывший простой человек трансформировался в могущественнейшего и всеведущего Великого Демиурга, даже последнему сопляку стало ясно, что конец старого мира близок. Теперь миллионы людей бросятся записываться в рэбберы, но цена им будет грош.

Но что это? Корбодан заметил какое-то недопустимое движение в рядах. Головы воинов сближались, некоторые поворачивались. Как они смеют разговаривать в такой торжественный момент?! Это было просто невероятно.

Корбодан проследил, куда поворачивались солдаты, и у него перехватило дух: издалека, неторопливо шагая, к плацу приближалась колоссальная фигура в свободном белом балахоне. Метров десяти ростом, прикинул Корбодан, если не больше. Он бросил быстрый взгляд на трибуну и понял, что Мастера тоже заметили гиганта. Они стояли на возвышении так же уверенно, но в глазах заблестел огонек растерянности.

Ораторствующий смолк, и над плацем повисла знойная тишина. Забыв про дисциплину, воины Великого Демиурга развернулись к приближающемуся великану. Ряды ощерились стволами луч, еметов. Тот не спеша подходил, лицо его было младенчески спокойно. Никаких красных оттенков в облике. Нет, не мираж!

Гигант остановился и поднял руку в приветствии.

— Здравствуйте, братья! — прозвучал его зычный и властный бас. — Слушайте меня, ибо я принес вам весть!

— Блосс! Блосс! — послышалось в рядах. — Это он, Учитель!

— Зачем рядитесь в бранные одежды? Зачем руки ваши держат приносящее смерть оружие? Опомнитесь, пора уже. Звал я вас к настоящей власти. Но, отдавшись сну, теряешь настоящую власть. Проснитесь, братья! Не о той власти вы печетесь!

Четвертый сориентировался быстрее остальных, и его выстрел первым вонзился в грудь пришельца. Затем засверкали лучи остальных Мастеров.

«Дьявол! — испугался Корбодан. — Да это же, кажется, сам Бун Блосс! Учитель проснулся? Боже, Боже, что это значит?» Он ошалело вытаращил глаза, а в голове рождался страшный вопрос: неужели верховные их обманывали?

Подмастер прекрасно помнил облик Учителя, ведь некогда сам был ярым блоссистом. Какое поразительное сходство! Перед ним возвышался Блосс.

Белый гигант скорбно улыбнулся, глядя на рэбберов как на забавляющихся детей. На месте выстрелов возникали рваные раны, которые тут же затягивались. Когда ударила пушка одного из вездеходов, луч выдрал из тела большой клок, но плоть мгновенно восстановилась.

— Хуже делаете не мне, но себе, неразумные! — Его голос набрал такую силу, что люди хватались за уши. — Разве я учил вас насилию? Разве Рэбб — это то, что стреляет? Где ум ваш? Дела подобные не смейте прикрывать моим именем. Обманывают вас. — Он резким движением руки указал на мастерскую трибуну. — Дьявольские замыслы кроются в этих душах. Послушаете их — и превратитесь в преступников. Истинно говорю вам: море крови пролить можете. Остановитесь!

— Волю Великого Демиурга грех называть дьявольской! — орал Четвертый, но голос его тонул в визге выстрелов.

— Остановитесь, братья, и других остановите. Но если не остановитесь, я вас остановлю. Предрекаю: если не бросите оружие прочь от себя, навеки запру вас на этой заброшенной планете. К утру все свершится. Говорю: не верьте пастырю своему. Ибо пастырь ваш не Демиург. Пират ему имя! Серкер и убийца! — Белый великан развернулся и зашагал прочь.