Тимур Патеев – Утечка мозгов (страница 2)
Производить доработку можно только по факту. Как и реализовывать идеи, существующие только в голове Павла. Он вздохнул и посмотрел на чашку с остывшим кофе:
– Замкнутый круг.
В висках разгорелся болевой пожар. Он зажмурился, из глаз потекли слезы. Инстинктивно схватился за голову, отчего сделалось еще больнее. Павел застонал и попробовал удержать равновесие, но не справился и упал.
_connection_error
Замкнутый круг, в котором все, вроде бы, идет хорошо, размышлял он, медленно приходя в себя на холодном кафеле. Щеку саднило, но ощущение казалось приятным по сравнению со вспышкой боли, которую испытал несколько мгновений назад.
Упорство кратчайший путь к успеху. Падая, Павел делал все, чтобы встать. Так и сейчас, тяжело поднявшись, он отряхнулся и грузно опустился в кресло. Непроизвольно вздохнул, словно готовился заплакать.
Желание потрясти мир будоражило до сих пор. Несмотря на череду неудачных питчингов и выступлений перед научным сообществом, Павел сохранял долю оптимизма.
Пока что сделанные ставки не сыграли. Дедова квартира ушла на закупку оборудования и серверов,ведь компания предложила только софинансирование. Правда, без значимых результатов есть риск потерять и его.
Дни и ночи он проводил в офисе, стараясь добиться результата, после которого перед ним начнут открываться возможности.
Подойдя к зеркалу, он грустно взглянул на отражение. Собственный отзвук. Далекое эхо некогда веселого и молодого инженера-программиста, подававшего большие надежды. Неужели, все самое важное, интересное и необычное осталось в прошлом?
Судьба, отпущенная жребием, не удовлетворяла Павла. Работа на износ, проверка любых даже самых ненаучных гипотез. Непрерывное бегство за постоянно ускользающей удачей и все по новой.
Мысли об ухудшающемся здоровье были неприятны. Но больше всего он боялся не тревожных симптомов.
Больше всего на свете Павел боялся узнать, что свернул не туда. В его работе нет смысла и там, за последним поворотом, вместо «точки респауна», как ее в шутку называли ребята, ничего нет.
Клиент «Зета»
Открытую площадку обступала темень. Редкие огоньки и вспышки смартфонов выхватывали то один, то другой край сцены. Клубившаяся дымка скрывала мокрый дощатый пол.
Пару раз он чуть не поскользнулся, пританцовывая в такт музыке. Фонограмма звучала хрипло, плоско. Иногда динамики фонили, отчего раздавался визг и закладывало уши.
Внизу вяло шевелились суровые мужчины в грязной военной форме. Они изредка поднимали свои хмурые лица, глядя на яркий макияж и блестящую укладку артиста. От таких взоров всякий раз становилось неловко.
С военными на концерт пришли их жены, дочери, сестры и матери. Женщины всегда были для него более лояльной публикой. Они с интересом следили за пластикой, охотно вслушивались в тембр и ритм его голоса. В какой-то момент он мог почувствовать, словно завораживает некоторых из них.
Привычный жест, прижатая к сердцу ладонь, томный взгляд, скромно опущенный в пол, загадочная улыбка и снова пританцовывание. Пластичный рисунок погружает зрителя в подобие дремы. Звуковая и ритмическая гармония довершает это погружение.
Часть женщин и девушек смотрят благосклонно, довольными улыбающимися глазами, контрастирующими с лицами солдат. А некоторые, помоложе, и вовсе взирали влюблено.
Значит, дело сделано, его выстрел достиг цели и поразил хотя бы нескольких из них. Это, хоть и ненадолго, лечит сердца и души, дарит надежду и улыбку.
А еще, все это понарошку. И музыка, и позы, и красивые слова, чувственно отправляемые со сцены в разогретую толпу женщин, изголодавшихся по нежности и вниманию. Солдаты, не моргая, смотрели на популярного певца, будто догадываясь о чем-то.
Руки военных покоились на прикладах, готовые в любой момент вести огонь на поражение. Кто-то должен оставаться начеку, а не растекаться в неге. Пусть женщины радуются, распевая песни далекой столицы под ярким светом прожекторов и софитов.
Рады певцу были далеко не все, и это отчетливо ощущалось. Эстетика выступления сильно контрастировала с настроением толпы. Со многими из них Ведун находился на разных идеологических полюсах.
Продюсер учил его, что профессионала от новичка отличает один небольшой, но очень важный нюанс. Оба чувствуют настроение публики, но профессионал продолжит действовать даже если что-то пойдет не по плану.
Долгие изнурительные тренировки, вокал, хореография, спортивный тренер. Тоска и уныние репетиционных залов. Успеху предшествует бесконечная вереница дней, как две капли воды, похожих один на другой.
В сущности, подумал он, успех, это мелкие вспышки на фоне беспросветной череды повторяющегося цикла. И моменту успеха подчинено все существование артиста, ведь только в нем он живет. Все остальное просто длительная подготовка к краткому мигу.
Выступая на мокрой сцене, по которой еще недавно стелился сырой туман, он стремится оставить свой след. Молчаливые воины с неодобрением взирают на эти попытки.
Он идет к цели сквозь темные залы, оцепленные охраной, бесконечные тренировки, интервью, борьбу с усталостью и выгоранием.
И вот этот миг готов наступить: рыжая девчонка с изумительными кудрями подняла на него свои глаза. В них заметен отблеск ясной зари, обещание счастья, торжество чувств. Заворожил, зашаманил, помог улыбнуться посреди вооруженных солдат и разбомбленных городов.
Это и есть один из редких моментов успеха. За ним он приехал сюда. А суровые воины пусть и дальше стоят, словно изваяния, охраняя покой своих дам. Сердца их и думы он сегодня похитит. Ведь куда приятнее думать о веселых ритмах и красивых словах, а не о взрывах, потерях и скорби.
Фонограмма стихает. Раздаются вялые хлопки, затем женщины начинают подбадривать криками, просят исполнить главный его хит. Сколько раз он жалел, что написал его на английском языке, не счесть! Ладно, хоть псевдоним выбрал правильный, подходящий, словно предчувствовал, как все может резко обернуться.
За спиной на большом экране красивыми буквами высветилось: Ведун. Хороший сценический образ. Несколько диссонирует с православной атрибутикой, которую он намерено, подчеркивает в своем образе. Имиджмейкер, создавший ему образ, объяснил, что таким образом в народной памяти подсвечивается механизм двоеверия.
Ведун и не спорил. Ведун, так Ведун. Очень даже удачно, по-славянски, похвалила его Наташа Лизулина из «лиги чистого интернета». С этим именем долго останешься на слуху, просто и лаконично, ничего лишнего, и главное, по-нашему.
А вот с главным презентующим и продающим хитом вышел промах. Впрочем, аттракцион продолжается.
– Дамы и господа, – он принялся ритмично похлопывать в ладони, подбадривая публику. – I’m slave!
Затем он тряхнул осветленными африканскими кудрями, и снова принялся ведовать пластикой своего тела. Фонограмма ровно легла на слух. Этот трек ободрял своей окрыляющей энергетикой. Пусть в нем было мало логики. В сущности, кто слушает песни ради логики? Зато в ней заключалась сила, пробуждавшая людей.
Она заставляла светлеть хмурые суровые лица солдат и вытирать радостные слезы с милых женских лиц. Сколько макияжа было испорчено во время ее исполнения…
– I’m slave!..
Пока пребываешь в моменте, согретый светом софитов, посылаемой любовью и восхищением, не поскользнись на сыром полу сцены, ловя суровые взгляды сильной половины слушателей. Ведун осознал, что пришедшую неожиданно мысль можно смело вешать в рамочку и продавать на маркетплейсе с принтом подписи.
Он прибыл в город, недавно отбитый у противника, не только ради шоу и привлечения внимания. Ведун хотел повлиять на конфликт, внести вклад в дело мира.
Жаль, что вдохновение, которое он дарит всем поклонницам, быстро улетучивается. Работу приходится начинать заново. Каждый его след, оставленный на вытоптанном поле славянской культуры слишком неглубок, слишком незаметен. Он истаивает, стоит только затихнуть музыке.
Наверное, поэтому, всякий раз, встречаясь с каменным взором солдат, парень робко отводил взгляд, не переставая излучать радость и позитив. Ему становилось неловко.
Клиент «Альфа»
Перед началом питчинга на кафедру вышел седоволосый мужчина в сером костюме. Он запросил тишину, властно подняв правую руку. Аудитория, состоящая из ученых, притихла.
– Дорогие друзья, прежде, чем вы впечатлите нас результатами своего труда, прошу минуту внимания. Вы собрались здесь с четкой целью, у каждого она своя.
Он сделал паузу и прошелся из одного конца в другой.
– У меня тоже есть цели. – На демонстрационном экране появился график. – Одна из них остановить утечку мозгов. За последнее десятилетие из нашей страны уехало более 35 тысяч коммерческих исследователей. Это очень много. Как минимум 35 тысяч проектов, которые будут реализованы где-то за границей.
Мужчина прокашлялся.
– Остановить перетекание науки из наших голов в чужие кошельки и банковские счета. Это одна из амбициозных задач, для которых было создано общество «Архистратига».
Спикер вытер губы платком и продолжил:
– Создавая технологии мы, становимся конкурентоспособными. Поэтому нам нужны умные люди с самыми смелыми научными предложениями. Задача стоит нетривиальная: построить новый мир. Бережно поместим туда ростки культуры, науки, наполним личностями и идеями и станем следить за развитием.