Тимур Машуков – Огненный князь (страница 9)

— Да, еще, закажи те иглы, о которых мы говорили. Пусть их сразу пришлют сюда.

— Я уже распорядилась об этом, еще когда мы были в Москве, — тут же отреагировала она.

— То есть, ты знала, что меня переведут сюда?

— Несложно было догадаться. Слуги много слышат из разговоров хозяев. Нас ведь за людей не считают и относятся как к предмету мебели.

— Я так не считаю!!! И это, Мила, мне очень неловко... ну, за то, что в ванной произошло.

— Не берите в голову, господин. Это моя обязанность — следить за вашим физическим и эмоциональным здоровьем. Жаль, что у меня это не получилось до конца. Простите, у меня мало в этом опыта, но я исправлюсь.

— Не нужно, -тут же заявил я, — твоя работа — помогать мне, а не трахаться со мной. В общем, с этого момента никаких контактов, кроме деловых.

— Как прикажете.

Голос ее был сух, безэмоционален, хотя мне показалось, что в нем мелькнула обида. Черт, никогда не понимал женщин!

— Да, и еще, господин, -забрав посуду, она остановилась у дверей. — Ваше дистанционное обучение в связи с переездом не может продолжится, так что с понедельника вы идете в школу. Через месяц выпускные экзамены, вам надо наверстать то, что вы пропустили. Правда, у нас школы проще, чем в Москве, но это не отменяет факта, что вам нужно заниматься. Я скинула вам на телефон перечень предметов, которым стоит уделить больше времени и внимания.

Развернувшись, она вышла, оставив меня смотреть ей вслед с легкой паникой.

Школа, ненавижу школу!!! Еще в своем мире я там натерпелся на десять жизней вперед. Погрузившись в телефон, я понял, что до этого момента не осознавал всю глубину задницы, в которой оказался, и что мои шансы выжить стремительно падают к нулю.

Ладно, отец с этой подставой. Топорно сработано, глупо рассчитано, что парень не догадается, что его банально слили. Видимо, всем понятливым заткнули рты деньгами, чтобы не особо лезли в дела князя. Ну, и налицо была явная спешка. Я ведь мог взбрыкнуть и тупо удрать из дома. Ищи меня потом по всему миру.

Аристократ, пусть и несовершеннолетний, может путешествовать без сопровождения, так что умотать я мог куда угодно. А там день рождения, подача документов в любой имперский банк — и плакали все его мечты о моих деньгах. Тем более, я ему ясно сказал, что собираюсь на Аштаэлию, где он меня просто не достанет. С этим я еще разберусь, но вот школа...

Она была для одаренных аристократов. Отец, естественно, это знал, как знал и то, что эфира теперь у меня нет. Вот только любая проверка покажет наличие у меня дара, пусть и совсем маленького, а значит, учиться я должен именно в ней. В школе, полной наглых, самоуверенных деток местной элиты, для которых я быстро стану мальчиком для битья, неспособным дать сдачи.

То, что я калека, никого не смутит — тут все решает сила и жалости ко мне точно никто не будет испытывать. К тому же, бывший владелец тела и тут успел отличиться — две дуэли, чуть не закончившиеся смертью противников. Так что в школе меня явно тоже не любили. Блять, а меня вообще кто-нибудь любит в этом мире?!

Так, школа имени князя Потемкина. У меня 12 класс — выпускной. Какого черта я, почти великовозрастный балбес, учусь в школе?! А вот, оказывается, количество классов увеличили на один почти пятьдесят лет назад, потому как в академию магии набор стал проводиться с восемнадцати лет. Но это касалось только аристократов с даром. Пустые и аристократы без дара учились десять лет. Это меня сейчас прям должно было утешить?

Так, что там по предметам? Все обычные. Задания, принципы все те же, что были у меня в старом теле. В общем, с этим проблем не будет. Что касается истории этого мира, Тимофей учился хорошо, даже отлично, поэтому в памяти хранились все нужные знания. Значит, с учебой вопрос закрыт, в отличии от самих учащихся.

Копаясь в телефоне, я не забывал сливать эфир в позвоночник. Опустошая до дна его остатки, я чувствовал неприятную пустоту в организме, но продолжал это делать. Сейчас я не был способен ни на что в плане магии. Тех каплей, что были мне доступны, не хватило бы даже на то, чтобы зажечь свечу. Что ж, как говорил мой старый учитель Кензо Идемицу: Феникс — суть стихии огня. Умирая, он падает на землю, больно ударяясь в огне. Но лишь затем, чтобы вновь возродиться и взмыть в небо, став еще сильней. Запомни, малыш — сколько бы раз ты не падал, пока у тебя есть силы встать, тебя не победить. Ты много раз упадешь в своей жизни, но прими это не как слабость тела, а как возможность подняться, став сильней и мудрей.

Теперь эти слова обрели для меня иной смысл, буквально выжигая в мое душе мой новый девиз — упасть, чтобы вновь подняться, но уже более сильным. После этого я сам не заметил, как заснул.

Следующие дни были похожи один на другой. Меня перевезли в комнату, похожую на мою, но располагавшуюся на первом этаже. Теперь я мог самостоятельно, сев в кресло — каталку, двигаться по дому, а после и выбираться на улицу. Неразговорчивая Мила была моей тенью, а другие мне только кланялись, не спеша идти на контакт. Любая моя просьба воспринималась как приказ. Молчаливый поклон, рука к груди — и вот я снова один.

Служанка по-прежнему купала меня, но больше между нами ничего не было. Да и я, несмотря на бушующие гормоны, не спешил пользоваться господским правом и тащить ее в постель. Мне по принуждению не нужно. И хотя я стал ловить ее заинтересованные взгляды на себе — тело у меня было как у взрослого парня, поджарое, мускулистое, без грамма жира — к решительным действиям не приступал. Повторюсь — мне насильно не надо. Хотя повод к размышлениям я все же получил, случайно подслушав ее разговор с подругой, когда проезжал мимо комнаты для слуг поздно ночью, решив подышать свежим воздухом на улице.

— ... ну и дура ты, — тихий яростный шепот, — ты его видела? Красавчик писанный. И что, что калека? Снизу то, как я поняла, у него все работает более чем хорошо. Да я бы за то, чтобы с ним покувыркаться, полжизни отдала! В общем, не хочешь ты, я сама начну за ним ухаживать. Глядишь, и перепадет мне немного барской ласки.

— Только попробуй! -зашипела Мила. — Мой он и никому не отдам. А полезешь к нему — утром не проснешься. Ты меня знаешь!!!

Дальше я слушать не стал. Мой он, да как же! Я даже пока не свой собственный. В туалет вон нормально сходить не могу, а эти уже делят. Эх, бабы, никогда мне вас не понять. Хотя, я думаю, выи сами себя не понимаете.

Понедельник — будь проклят тот, кто его придумал. С раннего утра начались хлопоты. Меня подняли, помыли, подали легкий завтрак, кресло — каталка — и вперед, на учебу. Выехав из поместья, которое, кстати, занимало немалую площадь, мы отправились к месту моего мучения. Ворота гостеприимно распахнуты, но мне они чудились в виде пасти демона, что пожирает всякого, кто в них входит.

На территорию школы Милу не пустили. Какой-то пацан, по-видимому, дежурный, подхватил мою каталку и повез в сторону главного здания. С легкостью вкатив ее на пандус, он быстро вез меня в сторону кабинета. Все мои вопросы о том, что и как, остались без ответа. Черт, я так скоро разговаривать вообще разучусь! Вкатив меня внутрь, он осмотрелся и решительно убрал стул от последней парты, затем подвез меня к столу.

— Так, сегодня я за тебя отвечаю. Нужна будет помощь — кинь прозвон, я сразу приду, -он выхватил у меня из рук телефон и вбил туда свой номер. — Кабинет вы до конца занятий не покидаете, так что если захочешь в столовую или в туалет, звони. Все, я побежал, ну, и это, удачи тебе.

Развернувшись, он едва не сшиб входящую в класс девчонку и выскочил прочь.

Активировав все боевые щиты и достав противотанковое ружье, я ждал учеников, которые постепенно заполняли класс. Я был готов ко всему, но то, что я увидел, меня откровенно порадовало. Я был пустым местом. Меня игнорировали, со мной не разговаривали. Не бросали заинтересованные или ненавидящие взгляды. Нет, я просто был пустым местом. Даже вошедшая в класс учительница, устроившая перекличку, запнулась, читая мою фамилию, удивленно посмотрела на меня и продолжила.

Три урока прошли как один. Я сидел, слушал, вникал, но не лез. Меня ни о чем не спрашивали, ко мне никто не подходил. Заранее вздыбленная шерсть на холке улеглась, и я терпеливо ждал конца занятий, поверив, что меня пронесло и все не так уж и плохо. Да как же! Стоило мне ненадолго забыть о том, какая судьба меня ждет в этом мире, как мне тут же об этом напомнили.

Конец урока, все тот же угрюмый парень, поездка по коридорам, только не в сторону выхода из школы. Мой вопрос, куда мы едем, традиционно остался без ответа, а попытка помешать движению привела к удару сзади по голове, после которого я вырубился.

С трудом разлепляю глаза. Большое помещение типа спортзала, я лежу в центре на полу. Вокруг меня стоят мои одноклассники. На их лицах маски зверей, закрывающие глаза. Типа маскировка, ага. И вот теперь я увидел их эмоции — ненависть и презрение.

— Что, толпой будете бить инвалида или по одному? -усмехнулся я, садясь. Проклятые ноги по-прежнему не слушались, превращая меня в безвольный кусок мяса. Хотя, я и лежа многое могу, и сейчас эти детки в этом убедятся. А может, и нет.

Эфир подхватил мое тело и поднял в воздух, я завис над полом. Резкий удар по животу выбил из меня воздух. Потом еще один, еще. Прилетело в голову, в кровь разбивая губы. Каждый считал своим долгом мне врезать — разделения на пол не было. Меня били и парни, и девушки. Причем, последние с особой жесткостью, стараясь навредить посильней. Они царапали мне лицо, сломали нос, рассеченная бровь заливала глаза кровью. Пара человек вели съемку на телефоны. Правда, периодически они менялись между собой. Каждый хотел приложиться к моей безвольной тушке.