Тимур Машуков – Ненаследный сын императора. Часть 1 (страница 43)

Он простер руки над телом Даши и тихо шепнул:

— Истинное пламя!

И яркий, слепящий белым светом огненный шар моментально воспламенил алтарь с девушкой на нём. Несколько минут — и на каменном ложе осталась лишь горстка пепла.

И только в этот момент ко мне пришло осознание — все кончено. Даши больше нет.

Когда я покидал дом Нарышкиных, погрузившийся в глубокий траур, у экипажа меня поджидал незнакомец. Учтиво поклонившись, он обратился ко мне:

— Ваше Высочество, прошу меня простить, что обращаюсь в столь тяжелый момент. Но мне велено передать вам, что граф Дарем нижайше просит вас посетить его резиденцию. Появились важные обстоятельства, требующие вашего присутствия!

Он подал мне запечатанный гербовой графской печатью конверт, на котором виднелась сложная вязь защитных рун. Вскрывая послание, я промолвил:

— Что ж, не вижу причин тянуть с этим визитом. Прошу вас сопроводить меня к графу.

Устроившись в экипаже, мы отправились в путь под охраной нескольких десятков гвардейцев…

Глава 19

Подъехав к обширному участку, скрытому от посторонних глаз высокой каменной оградой, мы медленно прокатили в гостеприимно распахнутые ворота. Экипаж приблизился к крыльцу солидного здания так близко, что, открыв дверцу, я шагнул сразу на ступеньки. Пока я осматривался, мои охранники разделились. Часть осталась дежурить собственно у экипажа, пара человек отправилась в обход особняка, остальные ожидали, когда я войду внутрь, чтобы последовать за мной.

Посланник, передавший мне записку от английского дипломата, уже поджидал меня у двери.

На листе бумаги, который я тщательно изучил во время поездки, было всего несколько фраз, общий смысл которых сводился к одному — граф Дарем принимает важных гостей, с которыми я непременно должен познакомиться. По каким таким причинам нельзя это сделать официально, представив таинственных гостей во время визита во дворец, я не очень понял. Но эти очередные загадки меня настораживали. Хотелось сейчас мне одного — побыстрее вернуться к себе, чтобы немного отойти от тяжёлых событий этого дня, да и необходимо было заняться делами, связанными со смертью императора. Поэтому, решив не задерживаться здесь дольше необходимого, я взбежал по ступеням и решительно потянул на себя массивную дверь.

Встретил меня низким поклоном вышколенный лакей, проворно помог мне избавиться от тяжелой зимней шубы и произнес:

— Ваше Высочество, вас уже ожидают в гостиной. Позвольте проводить вас…

Следуя за слугой, я с интересом осматривал интерьер резиденции английского посла. Если он приложил руку к обустройству своего временного жилища, то он был человеком с тонким вкусом, предпочитающим лаконичность и даже некоторую простоту, помпезной роскоши.

Неприметной молчаливой тенью скользя впереди меня, лакей распахнул двери уютной гостиной, торжественно объявил о моем приезде, и шагнув в сторону, словно растворился в полумраке коридоров. Я же шагнул ближе к горящему камину. Мне навстречу из удобных кресел поднялись сам хозяин дома, выглядящий, как всегда, безупречно и подтянуто, и, видимо, его гость. Невысокий, худощавый мужчина с длинноватым лицом, которое обрамляла тщательно ухоженная бородка, производил впечатление некоторой мягкости, утонченности, но, вместе с тем, и рассеянности…

— Ваше Высочество, — уважительно склонил голову граф Джон Джордж, — позвольте выразить вам свои соболезнования в связи с кончиной императора… Это огромная потеря для государства!

Я молча кивнул. Эти дежурные фразы уже успели мне надоесть до зубовного скрежета.

— Поменьше официоза, граф… — послышался мягкий голос гостя. — Принц в один день потерял и подругу, и отца… Меньше всего сейчас он хочет слышать протокольные фразы…

Участливо взглянув на меня, мужчина продолжил: — Алексей Александрович, поверьте, любая чёрная полоса в жизни заканчивается! И чем беспросветнее мрак сейчас, тем светлее будет следующий день… И кто знает, может, именно наше знакомство откроет вам новые горизонты…

Я настороженно смотрел на него, опасаясь, что это еще один приверженец горячей мужской любви… Иначе, с чего бы ему возлагать такие надежды на продолжение нашего знакомства? Но мои сомнения разрешил граф Дарем:

— Позвольте вам представить герцога Эндрю Йоркского, являющегося средним сыном королевы Великобритании, а также — отцом вашей будущей супруги, леди Маргарет Йоркской!..

Вздохнув с облегчением, я пристально всматривался в черты герцога, пытаясь найти что-то общее с портретом его дочери. Тут меня посетила неожиданная мысль — поскольку императора, задумавшего этот брак, уже нет, то, может… Потом я с сожалением покачал головой. Если в делах своей семьи Александр проявил себя недальновидным, то во внешней политике его решения были прозорливыми и тщательно взвешенными. И если уж он, охваченный личной неприязнью ко мне, все же устроил эту помолвку, я, во имя своей страны, не имел права от неё отказываться.

— Очень рад, сэр Эндрю! Хотя я предполагал, что ваш визит состоится несколькими месяцами позже…

Герцог измученно вздохнул и глянул почему-то вглубь гостиной.

— Так сложились обстоятельства, Ваше Высочество, что мы были вынуждены несколько скорректировать наши планы. Надеюсь, это не вызовет вашего неудовольствия. Дело в том, что мы тут неофициально, инкогнито, так сказать…

Я успел только удивиться этому «мы», как вдруг из дальнего конца комнаты, находящегося в полумраке, куда так обеспокоено и поглядывал герцог во время разговора, послышался приятный женский голос:

— О Господи, папа! Вы долго будете топтаться на одном месте, не решаясь сказать самого главного?!

И на свет вышла девушка, одним своим видом сразившая меня наповал. То, что это и была моя сговоренная невеста, я осознал. То, что она не имеет ничего общего с тем злополучным портретом, подсунутым мне Громовым — тоже. С этим моментом я пообещал себе обязательно разобраться позже. Если это была шутка со стороны канцлера, то весьма жестокая. Если же этот обман имел какую-то определенную цель, то я должен обязательно узнать, какую.

Но самое главное, что поразило меня в самое сердце — юная англичанка, гордо стоящая передо мной, могла бы быть родной сестрой Даши! Та же осанка, те же тонкие черты лица, вздернутый носик… Сейчас её губы были упрямо поджаты, но я был уверен, что улыбнись она — и они окажутся такими же пухленькими и манящими! Даже её огромные глаза отливали той же зеленью, но если у Даши это был оттенок мягкой, молодой весенней травы, то у Маргарет цвет был более насыщенным, холодноватым… И только волосы леди Йоркской были белокурыми, даже без легкого намека на рыжину…

Внезапно я осознал, что неловкое молчание слишком затянулось, и что я, как неотесанный деревенский чурбан, пялюсь с приоткрытым ртом на девушку. Поспешно взял себя в руки и, учтиво склонившись, поднес её повелительно протянутую руку к губам. Вдруг внутри меня шевельнулась моя стихия, словно игривый, любопытный котенок, легкий порыв воздуха потянулся к моей невесте — и ощутил ответное прикосновение! Словно два урчащих зверя, теплые потоки воздуха терлись друг о друга, перемешивались, осторожно пробовали друг друга на вкус… Взглянув на ошеломленное лицо Маргарет, я понял, что и она испытывает те же невероятные ощущения… Испугавшись, я шагнул назад, разорвав контакт, дрожащим голосом произнес:

— Леди Маргарет, я счастлив приветствовать вас на своей земле! К сожалению, обстановка не столь торжественна, как того хотелось бы…

Девушка пристально смотрела на меня неверящим взглядом, потом гневно встряхнула головой и топнула от возмущения:

— Да о чем ты??? И не говори, что не почувствовал! Это… это было… Грандиозно!

Она обернулась к отцу:

— Папа! Его сила почувствовала мою! И все так смешалось, и было так странно! Я хочу в этом разобраться!

Она порывисто схватила меня за руку и требовательно потянула в тот самый темный дальний угол, в котором и пряталась, ожидая моего приезда…

Не в силах сопротивляться, я бросил невольный взгляд на герцога. Обреченно качая головой, он мученически закатил глаза. Граф Дарем же упал в кресло и трясся от едва сдерживаемого беззвучного хохота.

Усадив меня на маленький диванчик, Маргарет уставилась на меня. Я так же пристально смотрел на неё, по прежнему находя массу черт, что роднили её облик с Дашиным. Наконец, моя невеста возмущенно спросила:

— Может, ты соизволишь объяснить хоть что-то?

Я оторопев, вопросительно посмотрел в её пылающие глаза.

— Во-первых… Что это было? Как ты так сделал, что наша сила соприкоснулась? А во-вторых — почему ты так на меня смотришь? У меня грязь на лице? Или волосы не в порядке? Или моя внешность тебя разочаровала???

Начиная закипать, девушка сыпала вопросами, не давая мне вставить ни слова.

— Подожди… — попытался я остановить этот словесный ураган. — Давай по порядку. И начнем с конца, а то ты меня, похоже, скоро стукнешь!

Сам не заметив как, но я тоже перешёл на простое общение с ней, откинув все правила приличия и хорошего тона. Как ни странно, казалось, что так и должно быть.

— Твоя внешность превосходит все мои тайные мечты и желания… — я поежился, вспомнив тот образ, что стоял передо мной все это время… — Ты прекрасно выглядишь, но есть причина, по которой я так невежливо на тебя пялился…