Тимур Машуков – Гром над Академией. Часть 2 (страница 30)

Взмахнув рукой, она швырнула в меня сгусток энергии, светящийся пронзительно-голубым. Моментально стало лучше, голова прояснилась, и, хотя в теле еще ощущалась дикая слабость, желание помереть куда-то испарилось. Попытавшись встать, я снова шлепнулся, больно ушибив зад. Сил не было от слова совсем.

Бабушка, охнув, кинулась ко мне, приобняв за плечи, помогла встать на ноги.

—Эк тебя моя изба-то выпила! — удивилась она. — А ведь должна была почуять кровь родную. Ан нет… Видать, в тебе много тьмы-то скопилось. Хотела я с тобой побеседовать сначала, да видно, сперва лечить тебя придется. С таким-то не о чем и разговаривать! Ну да ничего, дело поправимое.

Недовольно что-то приговаривая, она потащила меня к стоящему в сторонке от избы срубу, над которым вился дымок. Затянув внутрь и уложив на лавку, она споро принялась раздевать меня.

Сняв всю одежду, она чуть ли не волоком затащила мое ослабленное тело внутрь жарко натопленного помещения.

—Баня, — догадался я, рассматривая пыточные инструменты, развешанные по стенам. Веники, кадушка, мочалки всякие. Для меня, как городского жителя, про баню слышавшего только из рассказов, все было в новинку. И зад мой, почуяв, что скоро все-таки получит долгожданных трындюлей, заныл в ожидании.

А она, разложив меня на лавке, метнулась в другую комнату, откуда вернулась уже в длинной белой нательной рубахе.

Плеснула какой-то отвар на камни, отчего в помещении запахло медом и мятой. Тело моментально покрылось испариной, старушка, взяв приятно пахнущую мазь, стала втирать мне ее в спину. Руки у нее были мягкие, но чувствовалась в них огромная сила. С каждым её движением мне казалось, что мазь проникает все глубже в меня.

Нисколько не смущаясь, закончив со спиной, она перевернула меня и проделала ту же процедуру на другой стороне тела.

Завершив растирание, она откинула мокрую прядь со лба и вновь поддала жару, налив на раскаленные камни отвар уже из другого ковша. Вдохнув пар, насыщенный пряным ароматом неизвестных мне трав, я почувствовал, что сознание мое стало уплывать.

А она, взявшись за заранее запаренный веник, осторожными движениями стала охаживать меня, приговаривая:

— В высоком тереме, в горнице Перуновой

Сидит на дубовой колонне Орел, птица витязей.

Взор его ясен, когти остры, а крылья черней ночи.

Всем дарует он силу, кто телом крепок, да душой чист.

Всех лечит он силой рода, кто к дубу тому прикоснется.

Дуб, символ родовой силы, дуб, символ мужской силы.

Суть твоя могущественна, корни твои глубоки, ветки твои крепки.

Пусть же и добрый молодец будет крепок перед врагами своими,

пусть же будет он защищен от их козней и нападок!

Пусть хвори и тьма, что в теле его, уйдут по семи дорогам и развеются на семи ветрах.

Слово это не перебить! Так тому и быть! Да свершится!

Произнеся заговор двенадцать раз и столько же раз ударив меня по плечам веником, она взяла второй и снова принялась охаживать меня ими, не жалея сил.

Пребывая в полубессознательном состоянии, чувствовал я, как возвращаются силы, как с каждым ударом очищается тело, как свежеет голова и наливаются силой мышцы.

А она все била и била, и тело уже не чувствовало ударов, растекшись по лавке, подобно киселю.

Наконец, закончив меня избивать, она вновь подняла меня на руки и вынеся во двор, швырнула в небольшое озеро, что было за баней.

Ледяная вода так взбодрила меня, что я, матерясь на чем свет стоит, вылетел обратно и, ничуть не стесняясь наготы, забегал по кругу под громкий смех старушки. А она призывно махнула мне рукой и вернулась в баню. Вынеся большое мягкое полотенце, она укутала меня в него и повела в дом.

А там усадила за стол, который был уже накрыт, стала раздувать самовар.

На еду я набросился так, будто не ел вечность. Каша из печи с маслом, да с румяным хлебом, моченые грибочки, мясо какой-то птицы, тушеное с квашеной капустой. Я сметал все, и никак не мог наесться.

Мне казалось, будто я заново родился. Ушли все тревоги, сила вернулась. Нырнув внутрь себя, я удивлением обнаружил, что мой источник будто стал ещё больше, хотя куда уж дальше — непонятно. И он играл, переливался всеми цветами радуги. На пляже возились волки, играя с Валей!!! Она приняла форму!!! Неужели она наконец-то все вспомнила?!!

Увидев меня, девушка испуганно зажала рукой рот и, снова превратившись в сгусток мягкого света, поспешно скрылась в домике. Но я не мог скрыть радости. Раз вернулась форма, значит, и память скоро вернется.

Довольный, я вернулся в реальность и увидел, как бабушка смотрит на меня с улыбкой, не сводя с меня глаз. Я с удивленьем понял, что она знает, где я только что побывал, хотя, когда я ныряю во внутренний мир, время в реальности останавливается.

—Бабушка, а вы кто? — повторил я вопрос, который задавал до этого.

—А ты сам-то как думаешь? — усмехнулась она. — Да и ответ ты знаешь, просто признаться себе в этом не хочешь.

—Баба Яга? — с недоверием спросил я, решив, что раз есть лешие и русалки, то и она, возможно, существует.

—Угадал.

—А это значит, сейчас вы меня в баньке попарили, накормили, напоили, потом спать уложите и съедите, когда я засну?

—Ах-ха-ха-хах, — залилась она веселым смехом. — Вот прям сырым и съем! Хотя нет, лучше зажарю целиком, если печь подходящую по размеру найду… Совсем вы со своими сказками из нас монстров сделали!

—Тогда кто же вы?

—Не выкай, — строго попеняла она мне. — Не должно родовичу выкать. Отбрось обезличенное «вы» и обращайся строго на «ты».

—Но как же, — запротестовал я. — К старшему всегда на вы…

—На ВЫ, — передразнила она. — Забыли истоки языка родного, все переиначили. Уже и не думаете, что говорите. Выя-тьма, за пределами видимости. «Иду на ВЫ» — говорили русичи, собираясь на войну. А в обиходе всегда тыкали, невзирая на чины и звания. Назвать человека на вы считалось страшным оскорблением. Увы — у тьмы, ура — у света. А сейчас-то что?

Пользуетесь словами, не понимая их значения. Творите волшбу, сами себя загоняя в клетки неправильных слов. А потом удивляетесь бедам, что на вас обрушиваются. Вот скажи ты мне, задумывался ли ты хоть раз о том, что говоришь? Знаешь ли ты истинное значение слова? Из чего оно состоит?

—Приставка, суффикс, окончание, — попытался пошутить я.

—Балбес ты, а не суффикс, — усмехнулась она. — Ладно, объясню тебе суть, невелика тайна, глядишь, и пригодится когда. А потом уже о серьезном поговорим.

Любое слово несет в себе информацию. Я не говорю о заморских словах, мне до них дела нет. Обезличены они и скорей вредят, чем пользу приносят.

—Вот как нас называют в народе? Баба Яга, костяная нога?

А почему — знаешь? Потому что мы в движении все время. Не понимаешь? «Га» означает движение- ноГА, дороГА, телеГА. Есть даже стишок, что детям неразумным читают матери:

Слог ГА означает движенье:

дороГА, телеГА, ноГА.

А жизни большой отраженье-

есть мудрая баба Я-ГА.

ГАГАра — та к солнцу стремится,

Ведь имя у солнышка-РА.

И РАдуга в небе родится -

то капель весёлых дуГА.

И в космос летал наш ГАГАрин.

Улыбку запомнил весь мир.

И наша Уланова ГАля

стирала пуанты до дыр.

А ГАджеты? Новое слово.

Компьютерной мысли полёт.

…Так АзБука снова и снова

нам пищу для мозга даёт.(Надежда Балахонова)

Вы говорите спасибо вместо благодарю. А что такое спасибо? Спаси Бог. От чего и кого он должен спасать? Вы называете ведающих магию женщин ведьмами, произнося это как ругательство или обозначая, что-то плохое. Хотя именно оно отражает их суть. Вы, загадывая желание, говорите — что бы все «БЫЛО» хорошо, не думая, что слово «БЫЛО» — это прошедшее время.