Тимур Машуков – Гром над Академией. Часть 1 (страница 9)
– Можете звать, как и раньше, братиком, мне нравится. А насчет вас планы у меня не изменились, и от своих слов я не отказываюсь, – ободряюще улыбнулся я. Более того, о том, что я сделал вам предложение, я сообщил деду и, хотя он был недоволен тем, что я не посоветовался предварительно с ним, с этой стороны препятствий не будет. Как и со стороны ваших родителей, я думаю. Но это, к сожалению, еще не все. За меня будет драка, и сильная. Вы заметили, что в этом году много иностранцев поступило в академию? И, в основном, это девушки… Дальше продолжать – или сами догадаетесь? По закону мне разрешено иметь трех жен, и это непреложный факт, который не изменить. А вот наложниц можно заводить сколько угодно. Из меня хотят сделать бычка-производителя, чему я буду жестко сопротивляться. Да и о том, что два места из трех уже заняты, никто не знает.
– А с Ольгой Долгорукой что? – в нетерпении спросила Вика.
– А что с ней? – удивился я. – Мы расстались, нет, не так, она меня бросила. Сделала свой выбор, и я, хотя и не понимаю этого, но уважаю ее решение. У нее своя жизнь, у меня своя.
– А ты не думаешь, что из-за твоего изменившегося статуса, она может передумать?
– Знаешь, Вик, не хотелось бы строить из себя обиженку, но я не вещь! Захотел – надел, захотел – выбросил. Один восточный мудрец сказал:
– Красиво, – задумчиво протянула Ника.
– Мудро, – ответил ей я. – Поэтому, даже если она чего-то захочет, не уверен, что я, захочу чего-то в ответ. Как-то перегорело к ней все. Не знаю, даже думать об этом не хочу. – Теперь о вас и нас. Я вас люблю, и это не обсуждается. Но вокруг меня всегда будут крутиться девушки. И они будут пытаться залезть ко мне в постель, а после заявить какие-то права на меня. Я буду сопротивляться этому, как могу, но есть такое понятие, как интересы рода, и нам нужны сильные союзники. Поэтому политических браков (наложницы тоже сочетаются с мужчиной браком, только статус их ниже, чем у официальных жен) не избежать. Теперь вопрос, сможете вы это терпеть? Хватит ли у вас сил делить меня с другой женщиной, а возможно, и не одной? Сможете терпеть завистливые или презрительные взгляды, что будут кидать на вас породистые суки? Подумайте, пока все не зашло слишком далеко.
Ника и Вика переглянулись, и Ника, набрав в грудь воздуха, сказала то, что я не ожидал услышать.
– День откровений, да? Хорошо. Ну, во-первых, мы с самого начала знали, что ты нам не брат. Я умею чувствовать ложь, поэтому все, что ты говорил, нами было услышано и частично принято. Раз ты не рассказывал правду, а дядя был в курсе, значит, была какая-то тайна, но мы решили подождать, пока сам не расскажешь. Во-вторых, что у тебя странная магия – мы тоже поняли с самого начала. Это мой второй большой секрет. Я умею чувствовать чужой эфир, его окрас, расположенность к стихии. У тебя было все так намешано, что я сразу и не поняла, что это такое. А когда дошло, что и как, подумала, что ошиблась. – Ну, и в-третьих – мы сразу поняли, что ты не простой парень. Сначала мы решили, что это наш шанс вырваться из той дыры, где мы находились до той поры. Но потом пришли чувства. Мы сами не поняли, как ты нам стал дороже всех. Мы сможем все вытерпеть, если ты будешь рядом… – Из ее глаз капали слезы, но она их как будто не замечала. – Ты можешь подумать, что мы такие корыстные, увидели перспективного парня и вцепились в него всеми руками. Но это не так. Мы действительно любим тебя. Я не хочу, чтобы между нами оставались недомолвки, поэтому честно тебе все рассказала. А как быть дальше – решай сам. Если прогонишь, уйдем, но очень бы хотели остаться.
Не выдержав, я встал и обнял таких любимых, глупых и дорогих мне девчонок. Они, вцепившись в меня, будто боясь, что я исчезну, рыдали во весь голос.
– Так, – сказал я, вытирая их слезы. – Я вас не брошу, потому что люблю. И чтобы даже мыслей не возникало об обратном. Сейчас собираетесь и бегом в общежитие, и чтобы завтра были как огурчики, не подумайте, что такие же зеленые…
– Но мы хотим остаться… – заканючила Вика.
– Я тоже этого хочу, но не сегодня. Дед прислал защитные артефакты. Там тонкая настройка, и надо действовать строго по инструкции. И во время этого в доме не должно быть чужих эфирных потоков. Займет это много времени, так что сидеть и ждать, смысла нет. Да и потом я буду очень уставшим. Так что все завтра.
Пошмыгав носом, они поцеловали меня в щеку и с грустным видом отправились на выход. Глядя им вслед, подумал – может, ну его к черту, эти артефакты, и завтра все настрою? Но нет, раз решил надо делать.
Расположив четыре артефакта снаружи дома по его периметру, я сделал то же самое и внутри. Управляющий контур спрятал под кроватью. Соединив их все эфиром и замкнув управление на один, я получил защиту, способную на пару секунд сдержать даже архимага.
К тому же, теперь я всегда мог узнать, кто и когда ко мне приходил. Вдобавок ко всему, ко мне поступал сигнал, что кто-то подошел к воротам дома. И я мог увидеть, услышать и поговорить с гостем, не выходя наружу.
Вконец умаявшись, я откинулся на кровати, решив лечь спать пораньше, но какая-то мысль не давала мне покоя…
– Покахонтас, черт бы их побрал!!! – озарило меня, и я подскочил с кровати.
– Они, интересно, так и сидят снаружи – или свалили?
Недолго думая, я взглядом нави просканировал все окружающее пространство и быстро обнаружил недалеко от дома три источника жизни.
– Так, с этим пора заканчивать! – окончательно разозлился я.
Накинув скрыт, я перемахнул через забор и неслышной тенью приблизился к сидящим на траве девушкам. Небольшой толчок эфира – и мой удар легко пробил их защиту, войдя в голову. Потеряв сознание, они свалились на траву, как сломанные куклы. Призвав ветер, я поднял их над землей и потащил к дому.
В доме я уложил их на диван в холле, благо, он был достаточно большим и, сковав им руки водой, пошел ставить чайник. Судя по их посиневшим моськам, они серьезно продрогли, как бы не заболели. Плохого они мне пока ничего не сделали, поэтому и вредить им я тоже не собирался. В себя они должны были прийти минут через десять, как раз чайник закипит.
Расставив перед ними кружки с горячим ароматным чаем и поставив тарелку с горкой вкуснючих булочек, что прислал дед, я достал ученический планшет и стал просматривать информацию в нем, ожидая, когда непрошенные гостьи очнутся.
Не прошло и пары минут, как я услышал легкий стон, и девушки открыли глаза – разом, как по команде. Увидев, где находятся, и поняв, что руки у них связаны водой, они с ужасом уставились на меня.
– Ну что, будем говорить или так и будете молчать? Мне не нравится, что вы за мной целый день ходите и молчите. Мне не нравятся ваши взгляды на меня. Мне не нравится, что вы караулите меня возле дома. У меня возникает сильное желание обратиться в Тайную Канцелярию, чтобы они вас забрали и выяснили, с какой целью вы прибыли.
– Не надо в Тайную канцелярию, – тихо сказала одна из них.
– Освободи нас, мы тебе ничего плохого не желаем.
– Значит, все таки понимаете по-русски, да и акцента почти нет. И да? С чего бы мне вам верить? Хотя, ладно…
Я снял водные оковы с их рук.
– Пейте чай, а то совсем продрогли, и рассказывайте.
Нападения от них я не боялся. Если что, защита дома уничтожит их меньше, чем за секунду, да я и сам с ними легко справлюсь.
– Меня зовут Эйелен из рода Науа, – начала та, что сидела посередине.
– Это, – она кивнула на правую соседку, – Анпейту из рода Ичиго. И Кимемна из рода Шайенов. Повторюсь, мы не желаем тебе зла. Нас послали сюда встретиться с тобой и поговорить. Ну, еще и получить знания магии вашей страны. Но главная цель – это пригласить тебя к нам, чтобы ты мог поговорить с нашим богом. Он узнал про тебя и хочет видеть.
– Увидеть? Насколько я знаю, чтобы увидеться с вашим богом, надо умереть, а я пока туда не спешу. Ну а поговорить? Я не против, пусть приходит, и поговорим.
– Бог солнца Кецалькоатль не ходит на встречу со смертными, – вспыхнула Анпэйту. – Прими с радостью и смирением, что он обратил на тебя свое внимание! Мы все – лишь вместилища его воли и подчиняемся всем его желаниям.
– Знаете, милые дамы… У нас, у русских, есть хорошая пословица: «Овес к коню не ходит». Если хочет встретиться и поговорить, пусть приходит сюда, а на нет – и суда нет. Мне разговор с ним не нужен, да и не интересен. Он не мой бог, и мне, собственно, глубоко плевать на его волю.
– Да как ты смеешь!.. – вскинулась она, но, взглянув в мои глаза, полные тьмы Нави, забилась на диван, прячась за подругами и дрожа от страха.
– Мне безразличны желания вашего бога, как и ваши. Будете за мной ходить – вырву душу и отдам Чернобогу. Я ему как раз задолжал тыщёнку. Правда, он хотел праведные, но думаю, и ваши подойдут. Так, все, вы мне надоели. Поднялись и свалили. А ты, – я показал на Эйелен, – пока останешься. Есть у меня к тебе пара вопросов.
– Зачем она тебе, мы без нее никуда не пойдем!!!
В ответ я молча призвал воздух и подняв их, вынес из дома, не вставая с кресла, и перекинул через забор. Невысоко вроде, так что ничего себе не сломают.